Одинцов остановился, крылан последовал его примеру и расправил крылья, показывая готовность продолжить играть в интересные догонялки.
— Мир? — спросил Одинцов крылана, и тот оглянулся на меня.
— Мир, — согласилась за друга.
Крылан, довольно переваливаясь на лапах, подошел ко мне и подсунул лысую голову под руку.
— Почему сразу Старикова? Как будто я всегда виновата, — бурчала под нос, гладя довольно урчащего крылана, сочувственно посматривающего на меня.
— Потому что ты всегда устраиваешь каверзы, — сказал, подошедший Одинцов, услышав мою фразу.
— Вы его прогнать хотели, а мне за друга стало обидно, — надулась на него.
— Рита, почему опять на «вы»? — Одинцов подсушивал волосы и одежду на себе.
— Потому что ведете себя как ректор, — объяснила ему.
— А ты ведешь себя как вечная студентка, — отчитал Мирослав.
— Я ни к кому не напрашивалась. Нечего за мной ходить, — крылан внимательно смотрел за нашей пикировкой.
— Ты не сказала куда пошла! — повысил голос ректор.
— С каких пор я должна отчитываться перед вами? — возмутилась я, а крылан начал предупреждающе шипеть. — Я взрослый и самостоятельный человек, давно академию закончила! — отвернулась от него.
Все я обиделась!
— Ай! — раздался возглас за моей спиной.
Обернулась и увидела, что ректор лежит на спине, а крылан победно переминается на его груди и держит Одинцова клювом за горло.
— Классное задержание! — похвалила крылана. — Ну, его! Отпусти. Пойдем прогуляемся в парке.
Довольный крылан соскочил с ректора и сначала семенил следом, а потом взлетел. Я подняла голову и заворожено смотрела на его. Красиво! И никакой магии.
Прогулка вышла чудесной. В душе царило умиротворение, потому что никакие заботы не обременяли, и крылан радовался свободе. Тренькнул туек. Демон.
— Что с Мирославом? — спросил он.
— Кажется, на крылана обиделся, — хохотнула в я.
— Догонялки устроили? Жаль пропустил, интересно посмотреть, — судя по голосу, Демон улыбался. — Рит, где встретимся?
— Подъезжай в парк рядом с академией, мы с крыланом гуляем.
— Хорошо, — Демон отключился.
— Рит, не пойму, что с Крузом делать, — озадаченно произнес Демон.
— А что с ним делать? — пожала плечами, глядя на крылана, который летел рядом, наотрез отказавшись возвращаться в академию без меня.
— Думаю, он может нам конкуренцию составить. Вдруг с адвокатом раньше сговорится, — задумчиво произнес Демон.
— Ой, не хотелось бы, — отозвалась я. — Какой план у нас? Я буду в образе медсестры или ты поселишься соседом к Моисею?
— Давай на месте посмотрим, но в медсестру точно не буду переодевать. Боком выходят твои преображения, — покосился Демон, явно намекая на мою вину. Можно подумать!
Старое здание построили из серого кирпича. По периметру и над всей площадью находилась железная сетка.
— Ограждение зачем? — спросила я, указывая взглядом.
— Под напряжением, чтобы психи не сбежали, — ответил Демон и выключил музыку. Место не располагало к веселью.
В здании располагались два входа: парадный и хозяйственный, через который заезжали грузовики с продовольствием. Во дворе росли цветы на симметрично разбитых клумбах. Мое внимание привлекли две параллельные полосы, тянущиеся по земле сквозь ограждение.
— Демон, смотри! Неужели рельсы? — показала рукой.
— Похоже. Откуда они здесь? — недоумевал Демон.
Охрана у здания оказалась серьезная. Как мы попадем вовнутрь и выйдем с человеком, непонятно.
— Нужен Мирослав, — сказала Демону, сидевшему с насупленным видом.
— Нужен, — согласился со мной.
Уговаривать Одинцова пошли вдвоем.
— Мирослав, посмотри план и посоветуй, — попросил Демон.
Одинцов сидел в гостиной на диване и хмуро смотрел на просителей.
— Не хочешь участвовать — не надо. Но посмотри наш план, который мы придумали, — продолжал уговаривать парень.
— Хорошо. Что придумали? — хмуро спросил Одинцов.
Интересно, почему недовольный?
— На территории есть железная дорога, — с восхищением произнесла я.
— И это план? — переспросил непонятливый Мирослав.
— Ну да, — подтвердила неуверенно я.
— Рельсы проложены под сеткой ограды, находящуюся под напряжением. Значит, электроника выйдет из строя сразу, а старые паровозы на угле ходят, — сообщил Демон.
— Об технике они подумали, — усмехнулся Одинцов. — А о себе? Кто проследит, чтобы вас не ударило?
— Вот досада! — озадачено пробормотала я, потирая кончик носа.
— Вечные студенты, — развеселился Одинцов. — Вам проще больницу взорвать, чем продумать детали. Вы знаете, как выглядит адвокат?
Мы переглянулись с напарником. Как-то не подумали.
— Похитители-любители! — развлекался ректор.
— Найду я его фотографию, — буркнул Демон. — Потому к тебе пришли за помощью, — Он уставился на Одинцова с немой мольбой, и я присоединилась с щенячьим выражением.
— Видимо, вы ни за что не откажитесь, хотя обстановку увидели своими глазами, — произнес Одинцов и немного задумался. — Мне ваша затея с паровозом очень нравится! — после паузы сказал ректор. — В детстве обожал железную дорогу.
Одинцов придвинул лонг и погрузился в базы данных. Мелькали картинки, планы, схемы. Что-то убиралось, приближалось, разглядывалось под увеличением. Я снова заказала пиццу, испытав приличный голод.
Пока Мирослав разбирался в планах и схемах, мы успели поужинать, напиться чаю и посмотреть глупый боевик. Представляю, сколько у нас времени ушло на поиск информации. Ректор точно знал, что и где искать.
— Это нам понадобится, — сказал наконец Одинцов, протягивая список Демону. — Но учти, нам предстоит масса подготовительной работы.
Демон прочел, задумался и убрал список в карман.
— Буду искать.
Глава 9
Одинцов находился за рулем грузового сапрона. В огромном кузове скрывался маленький паровозик. Каким образом Демон смог раздобыть его в городском парке для меня оставалось загадкой. Я помню, в детстве родители приводили кататься. Старичок замечательно пыхтел паром, приводя в восторг детвору. Игрушечные билеты раздавали кондуктора, которых изображали дети по старше.
Сапрон мягко приземлился на старые рельсы. Задний борт въехал в кузов грузовика. Мы с Демоном выбросили магические лучи и стали ими устанавливать щиты с рельсами, чтобы они точно совпадали. Одинцов запрыгнул в кузов, протиснулся между бортом кузова и паровозиком, открыл дверцу и залез в кабину.
Когда рельсы установили, Одинцов завел двигатель и выдал пар белого дыма прямо в кузове. Под четкое чух-чух-чух на сходни выехал паровозик — мечта детворы и аккуратно скатился на ржавые рельсы. Мы с Демоном забрались в кабину, заранее облачившись в резиновые костюмы, полностью закрывающие наши тела, а на лица натянули резиновые прозрачные маски. Костюмы взяли у аквалангистов в детском аквапарке из аттракциона «Пнгвины наши друзья». Одинцов поддал оборотов, паровозик стал разгоняться. На всем ходу пролетели сквозь сетку под высоким напряжением. Треск, скрежет, звук лопающихся проводов, искры. По рельсам и паровозу пробежался электрический ток, однако мы пробили проход и прорвались внутрь, остановившись перед стеной под жуткий скрежет тормозов.
Аншлаг в больнице был обеспечен. Охрана отрыла стрельбу, и мы поставили магические щиты, пули в них вязли и сопровождали нас повсюду, жужжа на месте. Меня звук нервировал, но Одинцов уверял в надежности заклинания пока утром дрессировал меня ставить на раз-два.
Больные в желтом и спецперсонал в сером выскочили из дверей. Мы внимательно рассматривали изумленные глаза присутствующих. Искомое лицо адвоката не находилось. Ор стоял несусветный. Одинцов собрал огонь в руку и громыхнул молнией с раскатом, и сразу наступила тишина.
— Вы представляете, что нарушили представление о нормальной жизни людей, которые не всегда адекватно реагировали на окружающих.
