— Мира, — тихо сказала я.
— Так меня только мама называла в детстве, — улыбнулся Одинцов.
— Происходящее меня озадачивает, — произнесла вслух свои сомнения.
— Риточка, что может озадачивать? — поцеловал в плечо он.
— Ты, я, происходящее с нами. И я не про магию. Я о нас, — попыталась объяснить.
— Хочешь, чтобы я на тебе женился? — задал вопрос в лоб.
— Ни за что! — воскликнула в ответ.
— Почему-то я так и думал, — рассмеялся Одинцов.
— Не понимаю, как между нами что-то могло возникнуть? — произнесла, досадуя из-за его смеха.
— Рита, нам хорошо вместе? — прямые вопросы, видимо, привычка ректора.
— Да, — пришлось сознаться.
— Тогда, что тебя смущает?
— Ты! — повернулась к нему. — Если бы это был кто-то другой, у меня вопросов не было.
— Кто другой? — спокойно спросил Одинцов.
— Да хоть Демон, — в сердцах высказалась.
Демон, несмотря на свое положение и богатство, мне казался более приемлемой кандидатурой, чем Одинцов.
— Значит, Демон. Ты уехала с ним после выпускного, и вы провели горячую ночку. Почему с ним не осталась? — прямые вопросы ректора — его конек.
— Я женщина, не мне решать с кем быть. Мужчины выбирают пару, — призналась о наболевшем.
— Если бы ты могла выбирать, ты бы меня никогда не рассматривала как вариант? — он убивает своей прямотой.
— Скорей всего нет. Я слишком вас боюсь, — перешла на прежнюю дистанцию ректор-студентка.
— Меня? — удивился Одинцов. — Это я тебя боюсь. Страшно представить, что ты можешь сотворить в следующий момент.
— Если что-то случается, обязательно Старикова виновата. А я, между прочим, утром спала и никого не трогала! — возмущалась справедливо.
— Рита, пока ты училась я пытался остаться в живых, — рассмеялся Мирослав. — А может это был тонкий намек, чтобы мы обратили внимание друг на друга?
— Какой-то он слишком тонкий. Я почему-то его не заметила, — улыбнулась его предположению.
— Мы могли пройти мимо друг друга и встретиться на вручении диплома. Я бы просто прочитал ничего не значащую для меня фамилию. Ты бы взяла корочку, потупив глазки в низ, и мы разошлись в разные стороны. А нас упорно сталкивали, с каждым твоим действием, проступком приходилось тебя вызывать к себе. Чем не намек.
Как ему сказать, что не все мои поступки происходили случайно? Многие, очень многие были направлены на подрыв нервной системы ректора. На большем количестве я попалась. Но студентке нормально отравлять жизнь новому, молодому, жутко противному ректору, который не простил случайно перевернутое ведро с краской.
— Получается тебе с Демон лучше, чем со мной, — сделал вывод из моего молчания Одинцов.
— Нет, — выдохнула я. — Оставь парня в покое, у него свадьба срывается. Планы и любовь летят в тартарары.
— Ты его любишь? — спросил Мирослав.
— Нет, и это не имеет никакого значения, — честно ответила я.
Интересно давно? Сколько раз просыпалась после той ночи с бешено бьющимся сердцем при воспоминаниях? Сейчас ни Демон, ни одна единственная ночь между нами не вспоминались, все прошло.
В мою жизнь ворвалось нечто прекрасное. Прежде я принимала это за череду безумных приключений, но вчера они закончились, а искреннее и светлое чувство осталось.
— Рита, ты говорила, что любишь. Ты не веришь? — заглянул он в глаза.
— Не знаю. Когда говорю — верю, а сейчас во всем сомневаюсь.
— Давай договоримся, мы нравимся друг другу и встречаемся. А дальше, как сама решишь. Хорошо? — он смотрел внимательно, ожидая ответа.
— Хорошо, — согласилась на его предложение.
И я получила за обещание поцелуй и не только в губы.
Ароматный кофе приятно щекотал нос, Мирослав умеет готовить его. Я по привычке пальчиком настучала заряд бодрости, чтобы быть готовой к сегодняшнему дню.
— Скоро придет Демон, — сообщил Мирослав, делая глоток.
— Кофе сварить? — спросила из вежливости, потому что кофе мне Мирослав не доверял варить.
Щи нахваливал, а к напитку не подпускал.
— Лучше чаю. Наш адвокат чем сегодня питался? — я поперхнулась от неожиданности. Про него совершенно не думала.
— Не знаю, — ответила ошарашено.
— Надо покормить. Сделаешь? Не боишься?
Нашел, о чем спрашивать! чтобы я да кого-то боялась!
Радостная улыбка Кипельмана встретила меня на пороге. Он был выбрит и умыт, лицо светилось радостью. Но я не приняла знак дружбы. Молча поставила завтрак-обед и вышла, выдохнув за дверью. Поставила на место заклинания и ушла в квартиру Одинцова.
Демон сидел в гостиной хмурый и злой. Нерадостный кивок в мою сторону означал приветствие.
— Как Кипельман? — поинтересовался Одинцов.
— Улыбается, — сообщила основное.
— Хорошая у него закалка. Видимо не раз в передрягах участвовал.
— Демон, чай будешь? — предложила я.
Жаль парня. Он мотнул головой в знак согласия. Я пальчиком добавила заряда бодрости и немного успокоительного, чтобы в себя пришел, видно не спал всю ночь.
— Итак, грабители-любители. Я нашел способ достать наш бриллиант, — широко улыбаясь, сообщил Одинцов. Слова произвели лучший эффект на Демона, чем бодрительно-успокоительный чай.
— Какой? — спросила я.
— Мы не налетчики, хотя и им там делать нечего. Мы маги, но магия в банке и в хранилище блокируется, охранники знают адвоката лично. Я все перечислил? Ничего не упустил? — говорил он с довольной улыбкой, хотя от его слов становилось не радостно.
— Вроде, — неуверенно произнесла я.
Демон, не произнеся ни слова, хмуро смотрел на Одинцова.
— Значит, заклинания применять нельзя, но есть один способ, о котором мы, как маги, никогда не вспоминаем. Гипноз. Обычный, не магический, который фона не оставляет.
— Кого собираешься обрабатывать? — спросил Демон, у которого в глазах загорелась надежда.
— Одного из охранников, но сначала нам нужно достать ключ из сейфа Кипельмана в его доме. Потому узника кормить регулярно, пока не заберем бриллиант из банка, — продолжал улыбаться Мирослав.
Квартира Кипельмана находилась на третьем этаже, что не облегчало задачи. Ночью в темной одежде, мы тихонечко пробирались к подъезду. Код от входной двери и от сейфа адвокат выложил под гипнозом. Одинцов тренировался на нем, чтобы на охранниках осечки не случилось. Мы получили план дома и расположение сейфа. Я все старательно записала, стараясь не перепутать.
Залезать в квартиру пришлось ночью. Днем всегда находилась либо жена Кипельмана, либо домработница. Сейчас супруга адвоката спала и находилась в противоположной стороне от кабинета.
Тихо поднялись по лестнице, чтобы звуки поднимающегося лифта не привлекли внимание спящей вахтерши. Замок вскрывали с помощью магии, заморозив его сверхнизкой температурой, после чего от легкого толчка металл, ставший хрупким, рассыпался.
Следуя плану квартиры, который я нарисовала, мы крались в кабинет. Из туалета нам навстречу вышла женщина в ажурном пеньюаре и бигуди на голове. Мы с Одинцовым успели скрыться в открытой двери комнаты, в коридоре остался стоять Демон.
— Вы насильник? — спокойно спросила возрастная красотка.
Демон что-то невнятно промычал в ответ.
— Если я не стану сопротивляться, вы будете вести себя нежно? — кокетливо спросила жена адвоката.
Пока Демон пытался сообразить, что ему ответить, ночная соблазнительница цепко схватила парня за руку и потащила, упирающегося насильника к себе в спальню. Мы с Одинцовым проводили парочку недоумевающим взглядом, потом поймав отчаянный взгляд Демона, зажали рты ладонями, чтобы не расхохотаться.
Дальше ограбление проходило без прямого участия несчастного насильника. Подсвечивая фонариками, быстро прошли в кабинет, прислушиваясь к шорохам из спальни. Демон держался стойко, хотя его пытались соблазнить разными способами. Мы, хихикая, добрались до сейфа, набрали код, и дверца открылась. Заветный ключик лежал и молчал в дальнем углу. Аккуратно закрыв, мы, стараясь не шуметь, прошли обратно ко входной двери. Демон старался из-за всех сил держаться, но, кажется, скоро крепость должна была пасть.
