Дневники марионетки. Книга 3. Цена свободы - Зинина Татьяна

– А если и я? – невозмутимо парировала моя сумасбродная подруга. – В любом случае, тебе здесь больше нет места!

Я смотрела на происходящее со смесью веселья и ужаса. Но остановить это представление была не в силах. Собственный голос отказывался слушаться, потрясённый поступком Лари, а шоу тем временем продолжало набирать обороты.

– Илария, уймись, – попытался остановить её Тамир, но вряд ли сейчас это было бы под силу кому-то. Лари понесло, а в таком состоянии она могла и горы свернуть, причём, совершенно не напрягаясь.

– Что? Ты просишь меня замолчать? – закричала героическая заступница всех униженных и оскорблённых. – Ты так просто затыкаешь мне рот? И это после всего, что между нами было? – она восклицала всё это с такой непередаваемой обидой в голосе, что я даже засмотрелась. Вот тоже мне, актриса! Чувствую, она сейчас тут такого наиграет, что потом ещё месяц расхлёбывать придётся.

– Даже так? – удивлённо воскликнула Ния, отходя от Тамира, чем Лари и решила воспользоваться.

– Именно! – гордо произнесла она, нежно и как-то немного робко обнимая ошалевшего главу Дома Солнца. Он даже слегка вздрогнул, но отчего-то тоже не спешил останавливать представление.

– Что-то я не вижу в его глазах огромной любви, – скептически проговорила Ния, с недоверием гладя на предполагаемую «соперницу».

И тут мне пришлось зажать себе рот ладонью, чтобы не заржать, потому что происходящее перестало быть простой шуткой.

– Котик мой, разве ты меня не любишь? – нежным голоском спросила Лари, обвивая шею Тамира руками и глядя на него такими покорными и молящими глазами, что он даже растерялся. Чем и воспользовалась заигравшаяся актриса.

Сначала она осторожно коснулась губами его губ, но, видимо, решив, что для полноценного «доказательства неземной любви» этого явно недостаточно, прижалась к нему всем телом. И тут спектакль закончился, плавно переходя в реальность.

Тамир осторожным движением обвил руками талию Лари и, довольно ухмыльнувшись, ответил на её поцелуй. Подыграл, так сказать… да только играми здесь и не пахло. Эти двое сейчас представляли собой нечто единое, целое… своеобразную идиллию переплетения душ. Их поцелуй был таким нежным, что я, почти пьянея от их эмоций, совершенно выпала из реальности. А ведь они действительно нравились друг другу, по крайней мере, сейчас чувства этих двоих просто зашкаливали. И прекращать сие безобразие никто даже и не собирался.

Ния лишь улыбалась, скрестив руки на груди. Весь её вид говорил о полной готовности красиво закончить эту игру. И как только наши голубки всё-таки соизволят отлипнуть друг от друга, Лари ждёт финальный сюрприз.

Поцелуй прервался, но Тамир не спешил отпускать девушку из своих объятий, лишь сильнее прижимая её себе. Хотя, судя по выражению её лица, саму Лари такое положение дел вполне устраивало.

– Ну, подруга, ты выдала! – проговорила Ния, снова рассматривая картину над камином. – Всё, сдаюсь, Тамир – твой.

Илария опешила от таких слов и, высвободившись из рук Тамира, повернулась к той, ради кого, собственно, этот цирк и был затеян.

– То есть, ты уходишь? – поинтересовалась Илария.

– То есть, я не буду возражать, если мой братец решит остановить выбор на тебе.

Вот она, долгожданная развязка. А на трибунах прибавление: Тарша и Лит тоже выбрались из своей комнаты и теперь с большим любопытством наблюдали за происходящим.

Лари замерла, ошарашенно гладя на ухмыляющуюся девушку.

– Ния? – очень тихо и почти безэмоционально спросила она. – Я что, снова облажалась?

– Почему же? Нет! – ответила Леония, которая выглядела сейчас донельзя довольной. – Ты всего лишь боролась за своего любимого мужчину! Думаю, ему было приятно узнать, что у него такая… заботливая девушка.

– Ага, особенно, если учитывать, что между нами ничего нет, – абсолютно бесцветным тоном ответила главная героиня представления. Потом она медленно и как-то боязливо повернулась к Тамиру.

Мне ещё никогда не приходилось видеть Лари такой потерянной… нет, скорее, поверженной. Но она напоролась на свои же грабли. Сама придумала, сама вляпалась, сама же себя и наказала.

– Прости, – еле слышно произнесла она, глядя в зелёные глаза того, в чьих объятиях таяла минуту назад. – Глупо вышло.

Лари попыталась улыбнуться, но улыбка вышла какой-то нелепой. Потом обвела взглядом всех собравшихся, включая зрителей с верхних рядов, украдкой покосилась на дверь и, глубоко вздохнув, поплелась наверх, но уже на последней ступеньке лестницы остановилась и, не обращаясь ни к кому конкретно, сказала:

– Надеюсь, ты не будешь против, если на ближайшие пару недель я превращусь в затворницу, давшую обет молчания?

Когда она скрылась, я ещё долго приходила в себя, не зная, то ли смеяться, то ли плакать.

– А у вас тут, оказывается, весело, – с озорной улыбкой подвела итог представлению Ния.

– Ты даже не представляешь, насколько, – ответила ей озадаченная Тарша.

– Надеюсь, этот дом и моя психика выдержат вас троих, – проговорил Тамир, направляясь наверх. Кого именно он имел в виду, было непонятно, но что-то мне подсказывало: я в это список точно не вхожу.

***

И снова всё пошло по накатанной.

Не представляю, что именно сказал моей подруге Тамир, но после его визита она решила сократить своё добровольное затворничество с двух недель до двадцати минут и довольно скоро уже вовсю смеялась и шутила. К моему удивлению, с Нией они практически сразу нашли общий язык, Тарша же старалась держаться особняком, но через пару дней сдалась и она.

Ежемесячный Совет Дома Солнца должен был состояться через неделю, но когда его уважаемые делегаты-заседатели узнали, что на нём будет присутствовать Ния, они решили провести собрание на три дня раньше. Не знаю, что именно двигало ими при принятии этого решения, боязнь за город или желание поскорей решить столь щекотливый вопрос, но нам такое положение вещей оказалось только на руку.

В общем, в назначенный день на Совет мы отправились всей толпой…

Сегодня здесь было необычно людно. Видимо, озвученный накануне список вопросов для обсуждения привлек внимание не только участников заседания, но и простых жителей. Ещё бы, такой скандал, такая сплетня! Искренне радовало, что наш вопрос решили обсудить первым, и нам не придётся торчать здесь целый день…

Но вот суета стихла, и в центре круглого подиума появился тот тип, что выступал здесь кем-то вроде председателя. Почему этим не занимался сам Тамир (как, к примеру, Эрик), мне было неизвестно. Хотя это в любом случае только его дело, может, ему так больше нравится.

Мы с Таршей и Лари заняли свободные места на дальних скамьях, так как ближе всё было забито, и с огромным интересом и нетерпением стали ожидать долгожданной развязки. Кстати, сопровождающие меня девушки всеми силами старались не обращать внимания друг на друга. После того, как Тамир объявил, что в качестве наказания они должны ближайшие полгода провести вместе, между «старыми подругами» воцарился мир. Впрочем, особой радости от общества друг друга они не испытывали и, по возможности, старались не контактировать. А сегодня я была для них чем-то вроде связующего звена и, вместе с тем, играла роль буфера, не давая им забыть, что сегодня здесь они только зрители, не больше.

Тем временем господин председатель обвёл тяжёлым взглядом непривычно полный зал и громогласным голосом объявил первый решаемый сегодня вопрос.

Как я успела узнать от Тамира, по местным правилам прошение на заключение брачного союза должны были подавать предполагаемые жених и невеста лично, или их родители. Но, в исключительных случаях, допускалось отправлять на Совет за подобным разрешением представителей будущих молодожёнов. Так как притянуть сюда родителей Арти и, тем более, Насти, как и самих жениха и невесту, было проблематично, их интересы на Совете представляли Лит и Ния. Вот уж, действительно, те, кого в этом городе не любили больше всех остальных.