Демоноборец. Том 2 (СИ) - Петров Максим Николаевич

Тут-то я наконец понял — кажется, она на полном серьёзе решила посоревноваться с Натановой за внимание молодого барина. И потому надо обязательно её похвалить. Не для галочки, а вот прямо чтобы по-настоящему.

— Степанида, это не солянка, — сказал я. — Это что-то на уровень выше. Никогда в жизни ничего подобного не ел.

— Очень вкусно!

— Просто восхитительно, Степанида Игоревна.

И чтобы закрепить:

— Может быть, есть смысл пригласить Надежду Игоревну, чтобы она у вас получилась? Я был бы не прочь видеть эту солянку в меню трактира.

— Ой, Алексей Николаевич, — опять зарделась служанка. — Скажете тоже, — и опять убежала.

Мы же продолжили обед. А разговор… разговор как-то сам собой пошёл. О снегопаде, о последних новостях в городе, о том, о сём, и тут вдруг:

— Точно! — воскликнул Саша, аж подпрыгнув на стуле. — Забыл совсем! Надо же тебе обязательно рассказать, что сегодня было.

Комбаров застыл с улыбкой на лице, — весь из себя интриган, — и явно выклянчивал уточняющий вопрос.

— И что же сегодня было?

— Помнишь Лизу Шереметьеву?

Будто по щелчку в голове из тумана выплыло имя. Лиза. Ну да. В воспоминаниях Алексея Николаевича было много, очень много упоминаний Лизы. Высокая фигуристая шатенка с длинной косой ниже… пояса. Смазливая, но при этом с вечно недовольным выражением лица.

Первая любовь! Лиза с Алексеем встречались какое-то время. Ходили в кино, гуляли, несколько раз целовались и… да и всё, в общем-то. В силу нежного возраста назвать это серьёзными отношениями было невозможно.

— Помню, конечно, — кивнул я.

— Ну вот, — Комбаров подался вперёд, понизив голос до заговорщицкого. — Она сейчас с Костей встречается. Но это не суть! Суть в том, что она сегодня на весь класс вчерашнюю дуэль обсуждала. Так, мол, и так, Светлов так изменился, Светлов так возмужал. Светлов совсем другой и вообще красавец-мужчина.

— Вот как.

— Ага-а-а-а, — довольно протянул Комбаров. — Короче говоря, тебя ждёт ещё один скандал по возвращению в лицей. Константин, когда всё это выслушивал, чуть было реактивной тягой стул под собой не прожёг. Потом вскочил, перебил Лизу и начал тебя, мягко говоря…

— Унижать, — сказал Дитмар, не подбирая слов.

— Ну… Да…

— Товарищ он вспыльчивый, так что будь готов, — улыбнулся Саня. — Будет драться за свою самочку до последнего…

Новость… А я вот не знаю — интересная она или нет? Потому что внутри меня сейчас боролись два чувства: ирония и лёгкое такое утомление. Ирония от того, что какой-то мальчишка прямо сейчас видит во мне главного врага своей жизни, и видение это приобрёл просто на пустом месте. Ему и в голову не приходит, какие твари ходят рядом с ним. Какие демоны прячутся за улыбками друзей. И что Светлову, которого он сейчас ненавидит, гораздо важней разобраться с этими самыми демонами, и не играться в детский сад.

С другой стороны, это теперь часть моей жизни. Нужно вписываться в коллектив. И если придётся потратить полчаса времени на то, чтобы поставить на место одного ревнивого юнца, то так тому и быть. Лишь бы это не отвлекло от основной цели.

Разговор на время утих, и спустя какое-то время я сам вспомнил новость, которую мне следует выложить Комбарову. Ну точно же!

— Саш! — Я аж вскрикнул, но потом одёрнул себя. — То есть, Саш. Помнишь, мы вчера с тобой разговаривали наедине? Про ферму?

— Ну… да, — осторожно ответил Комбаров. — А что?

— Пропущу подробности, но у меня есть для вас двадцать гектар земли. Нормальной, незаражённой. Прямо здесь, в Торжке, — спокойно сказал я. — Она сейчас пустует, вот я и подумал: а зачем добру пропадать?

Комбаров замер.

— Не понял…

— Хочу предложить вам с матерью возродить своё хозяйство на моей земле. Начнёте с малого, а там пойдёт. Опыт же у вас есть, верно?

— Но… Лёх… Спасибо, но деньги, — тут он тряхнул головой и постарался прийти в себя. — Деньги, Лёх. Чтобы запуститься, нам нужны инвестиции. Инвентарь, скотина, рабочие, и ещё куча всего. Спасибо большое, но мы столько просто не наскребём.

— И об этом я тоже подумал, — хохотнул я. — Один человек согласен одобрить вам кредит. Пятилетний, на очень щадящих условиях.

— Это какой-такой человек? — с недоверием нахмурился Комбаров, явно ожидая услышать фамилию какого-нибудь криминального авторитета или около того. — Ты, Лёх, так не шути. Мы с матерью уже все банки обошли и…

— Кротов.

— КТО⁈ — Саша чуть тарелку не перевернул. — Ты сейчас серьёзно, что ли?

— Абсолютно.

Комбаров явно перекипел от информации. Сидел, открыв рот, и пялился на меня.

— Саш?

— А?

— Ты поговори с матерью, ладно? Обдумайте всё хорошенько. Я же не тороплю. На днях зайдёте вместе в трактир и ещё раз всё обсудим.

— Хор-р-рошо, — кое-как выдавил из себя Саша. — Я поговорю. Спасибо, Лёх, даже и не знаю, что ещё сказать…

— Не надо ничего говорить, — улыбнулся я. — Просто делай своё дело и пообещай мне скидку на говядину.

Проводив ребят уже в сумерках, я вернулся в свой импровизированный класс. Смотрел на пробковые доски, на разложенные учебники, на чудо-принтер, и думал: про ревнивого Костю, Кротова, Комбарова, земле и ферме. Но где-то глубоко, на задворках сознания, за всем этим шумом и суетой таилась тревога. Что-то подсказывало: демоны не дремлют. И что чем спокойнее мне живётся в последние дни, тем жёстче и опасней может быть следующий удар…

Слухи. В городе всегда полным-полно слухов, но этот был особенно интересен для дворянина, поскольку касался его главного врага. Этот слух, а если быть точнее, новость, принёс утренний доклад.

Светлов. Слова о том, что «пацан, который был на волосок от смерти, внезапно начал делать то-то, то-то и то-то» уже набили оскомину и обесценились. Хватит уже относиться к нему, как к калеке. Меньше всего на свете Алексей Николаевич напоминает жертву, и не раз это доказал.

А теперь он на полном серьёзе решил вернуться в лицей.

Казалось бы, от этого ничего не меняется, но! Но-но-но! У дворянина появилась возможность оптимизировать свой план. Светлов был его первой целью, а второй — Геннадий Сергеевич Зарубин. И раз эти двое теперь будут довольно часто находиться поблизости, то и убрать их можно вместе. Чтобы было не так шумно.

Дворянин представил себе следующую картину: утром в Торжке узнают новость о гибели подростка, который только-только выбрался из комы, а уже вечером хоронят любимца женщин и детей, господина Зарубина. Простые люди, может быть, поверят в совпадение и злой рок, но те, кто действительно наблюдает — вряд ли.

Дворянин отставил бокал с вином в сторону и набрал своего человека.

— Слушаю.

— Лис, — сказал дворянин. — По Светлову отмена. Не трогай его пока.

В трубке повисла короткая пауза. С одной стороны, Лис был не из тех, кто переспрашивает и уточняет приказы. А с другой, очень не любил, когда у него отбирают добычу.

— Принято, — наконец ответил он. — Есть новая цель?

Дворянин усмехнулся и подумал о том, что Лис ненасытен. Его не волновали причины, нет-нет-нет. Только задача.

— Генрих Дитмар, — сказал аристократ. — Немецкий барон, присягнувший Величеству. Живёт в Твери, женат на нашей, есть взрослый сын. Остальное сам узнаешь.

— Требуется устранить? — спросил Лис.

— Нет, — отрезал аристократ. — Пока что нет. Пока что ограничимся наблюдением. Мне нужно знать о каждом шаге барона, о каждой его встрече и каждом разговоре.

— Интересует что-то… конкретное?

— Интересуют его связи с губернатором, — аристократ усмехнулся, — но еще раз повторю. Это не к спеху.

Лис ничего не ответил, и на этом разговор закончился. Аристократ рухнув в кресло взял в руки блокнот и подчеркнул одну из строчек. В отличии от ячейки Торжка он не будет спешить, нет, он получит желаемое без риска, без спешки…

Торжок. Особняк Светловых.

Пролистав очередной учебник я откинулся на спинку кресла и тяжело вздохнул. Н-да, учеба, никогда не думал, что вернусь к ней. В бытности студентом мне все давалось достаточно легко, и я решил, что и тут будет так же, но нет. Некоторые моменты мне приходилось перечитывать, чтобы понять смысл. Но сдаваться меня отучила сама судьба, так что в итоге выбранный на сегодня объем был поглощен полностью, а все остальное в течении недели.