Из золота в свинец 2 (СИ) - Капелькин Михаил

Мелким шрифтом было написано, что таблетки производятся на оборудовании компании «Воронов Фармацевтика» и возможно выявление в составе следов синтопиозина и других лекарственных веществ компании.

Да я готов зелье Костелома выпить на спор, что он там точно есть!

Знаю, что к составу лекарств предъявляются жесткие требования в этой стране. Но эти пилюли лекарственным средством и не были. Это же просто добавка. К ним требования куда менее строгие. А он, похоже, ел их как не в себя. Боялся, что плохо запомнит материал и завалит экзамен.

Эх, Роман, Роман. Значит, ты отравился Порчей.

Ладно, я уже знаю, как в такой ситуации действовать. Надо ее просто вывести из его организма.

— М-мхм… — простонал вдруг Роман и поморщился.

Можно вызвать скорую, но пока они приедут, пока промоют желудок, пока организм сам выведет всю эту гадость…

Я справлюсь быстрее.

Повернул тело друга на бок на тот случай, если его начнет рвать, и поспешил в свою комнату. Мозг лихорадочно перебирал в голове рецепты зелий, которые могли помочь с отравлением и очистить организм от Порчи.

Именно от Порчи я знал всего одно зелье. То самое, с которым пошел против Диметрия в свой последний бой. Но готовить его нужно очень долго, узел Нитей сложный, вдобавок оно способно убить неподготовленного человека.

А терять друга вот так просто я не хотел. Он ни разу не оставил Исаева в беде, да и меня тоже помчался вызволять из отделения, как только узнал. Я отплачу ему тем же.

Ладно, зелье от Порчи не подходит, но есть куча рецептов от магических отравлений. С побочным эффектами и слабые, но это максимум, что я могу приготовить из имеющегося у меня в данный момент. Радовало, что, скорее всего, друг отравился не слишком сильно.

Руки действовали практически в отрыве от мозга. Хватали реагенты, пучки трав, зажигали спиртовку, расставляли оборудование и раскладывали инструменты. Они практически порхали над столом, который снова стал маленькой алхимической лабораторией. Я даже дышал через раз — так спешил с готовкой зелья.

С нюансами зельеварения в этот раз заморачиваться не стал. Завяжу узел так.

Как же вовремя я сходил в алхимическую лавку с Григорием! Два из трех ингредиентов для зелья Spiritus pura potio как раз там купил.

Готовится оно буквально за пять минут. Буквально!

В подогретую воду опустил мелко порезанные листья Folia Achilleae, и от них сразу потянулись изумрудные разводы. Это растение, которое нашел Листницкий, — природный антидот. Выведет токсины и снимет воспаление, если есть. Затем капнул несколько капель серебристой, будто искрящейся лучами утреннего солнца Ros Solis Matutini, и от зелья в колбе пошел сильный запах свежескошенной травы.

Приятно пахнуло летом.

Ros Solis — «чистый» компонент. Он свяжет Folia Achilleae с третьим ингредиентом и усилит их свойства.

Скальпелем аккуратно отрезал кусочек похожего на уголь Carbo Ignis Sacri. Хотя это и был уголь. Зола одного полумагического растения. Она поглощает вредоносную магию. А унция этого уголька стоит больше семидесяти тысяч рублей.

Опустил кусочек золы размером с ноготь большого пальца в узкое горлышко колбы. Он зашипел и запузырился, подпрыгивая на поверхности зелья. От него отлетали мелкие крошки и тоже с шипением опускались в зелье. Заткнул колбу пробкой, чтобы драгоценный дым не покинул емкость.

Пока шла реакция, я занялся вязанием узла. Моргнул и мир подернулся желтой дымкой, в которой очертились тонкие, сухие Нити. Мертвые, как и всегда. Но магические ингредиенты притянули нужные поближе к зелью, и я принялся вязать.

Эту петельку сюда, здесь пропустить внутрь, поддеть, обойти против часовой стрелки… Капельку магии и замкнуть узел сам на себя. Готово! Зелье серо-зеленого цвета еще дымилось внутри, но пробка не давала дыму уходить. Узел слабо сиял магией.

Только… Что это теплое по подбородку бежит?

Коснулся дрожащими от напряжения пальцами и посмотрел на них, уже зная, что увижу. Кровь.

Так и думал. Мой организм еще недостаточно окреп, чтобы на полную силу пользоваться даром алхимика. Едва-едва справляется.

Ладно. Фигня. Я уже закончил. Да и кровь, кажется, почти остановилась. Одну ночь поболит голова и пройдет.

Эх, а когда-то за день мог сотню таких зелий создать и не надорваться. А сейчас… это предел моих возможностей.

Тело охватила слабость, но усилием воли я заставил себя подняться и дойти до комнаты Романа. Почти упал рядом с ним, но зубами вытащил пробку из колбы и влил ему зелье между зубов. Горькое и вонючее оно заставило Романа кашлять и плеваться, но большую часть он все же проглотил.

Через несколько секунд парень широко распахнул глаза и заорал:

— А-а-а! Жжется! Жжется! М-м-мгрм-м!

Он нечленораздельно замычал, зажав раздувшийся рот рукой, и побежал в туалет. Чуть не выбил дверь по дороге.

— Да кто ты, черт возьми, такой, Максим Исаев? — изумленно спросила Морвина, о которой я совсем позабыл.

На грязной после ремонта одежде краснели капли крови. Несколько из них упали на атманит.

Из туалета донесся красноречивый рев раненого зверя. Я привалился спиной к теплой батарее и с облегчением рассмеялся.

Спустя несколько минут вернулся бледный Роман и тихо сказал:

— Это что было, а? Первый раз какой-то зеленью полощет…

— Отравление… — слабо махнул баночкой таблеток друга. — Добавки надо тоже с умом пить. А конкретно эти лучше не пить вовсе.

— А я думал, опять шаурма у Шахзода…

С трудом поднялся на ноги, но силы с каждым шагом возвращались в тело. Надо их только делать.

Собрал рассыпанные таблетки Романа и под его возмущенные возгласы спустил в унитаз. Сходил до своей комнаты и приготовил еще одно крайне простое, но крайне эффективное зелье. Прям очень.

— Вот, — сунул ему в руки склянку с мятно-зеленой жижей, похожей на сироп, — тебе для памяти. Потом спасибо скажешь. Но не пей все за раз. Растяни до самого экзамена.

— Зелье? — только спросил он, все еще горюя о пилюлях.

— Ага, — загадочно улыбнулся ему.

Еще какое! Мигом вылечит его мнительность и паранойю, что экзамен завалит.

Следующий день пролетел за ремонтом. Роман выглядел значительно лучше, чем прошлым утром, и намного лучше, чем вчера вечером. Посвежевший и порозовевший, он как будто даже с большим рвением отдался учебе. А я весь день провозился, покрывая лаком пол в новой квартире.

Паркет после обработки морилкой приобрел благородный цвет черного дерева. Смотрелось изумительно, аж душа радовалась. Сверху лег еще слой лака, от работы с которым к концу дня уже заболела голова и засвербело в носу.

Почему именно лак? Да все просто. Здесь будет алхимическая лаборатория в одной из комнат. Так что нужно устойчивое покрытие. Конечно, от кислоты не спасет, но от всяких царапин и случайно пролитых красителей убережет.

К вечеру от усталости просто валился с ног. Поэтому спать лег пораньше, к тому же завтра снова рабочая неделя. А помимо работы дел по горло. Когда лак застынет, нужно будет клеить обои, начинать покупать новую мебель и переносить старую. Неплохо бы проверить еще пару мест за городом, которые отметил на карте как любопытные. На работе Бойлеров наверняка подкинет новых задач. В общем, каждая минута на счету.

Жаль, но ночью мне поспать не дали. Опять…

— Исаев! Исаев! — прорвался сквозь сон женский голос. — Да проснись ты, дундук глухонемой!

— Что?.. — простонал я. — В чем дело?

— А ты послушай!

Продрав спросонья глаза, сел на кровати и прислушался. За окном шумели редкие машины, голая ветка скребла стекло, тикали часы в зале, из комнаты Романа доносился его могучий храп. Вроде все как обычно…

Только хотел дать Морвине, лежавшей на столе, словесного пенделя за то, что разбудила меня, как услышал грохот.

Несколькими этажами выше кто-то очень настойчиво ломился в чью-то дверь. Интуиция подсказывала, что в дверь нашей новой квартиры.