Профессор магии на полставки. Том 7 (СИ) - Сомхиев Георгий

Проклятия в целом, пожалуй, самый малоизученный пласт заклинаний. Особенно если это посмертные проклятия. Даже свитков по пространственной и временной магии в десятки раз больше, нежели информации об проклятиях. Само собой, если мы не берём в расчёт способы избавления от них.

Много ли магов умеют накладывать проклятия? Нет, если речь снова не идёт о какой-то мелочёвке. Для этого нужно проводить сложные манипуляции, тратить драгоценные ресурсы для ритуала, и что самое главное — иметь необходимые знания. Только в таком случае можно наложить обычному магу проклятие на человека.

Проклятия по большей части получают в Аномалиях. Если быть точнее, то в Аномальных зонах. Вроде того тумана, который я видел в пустыне, когда спасал Картографов. Только эти зоны ещё более специфичны, и как правило, магия там не подчиняется привычным нам образом.

Например, можно начать кастовать огненный шар, а на выходе получится ледяная глыба. Просто потому в таких местах сами плетения изменяются в процессе их создания. В тот же момент маг, как правило, становится очень уязвимым к внешним воздействиям, таким как проклятия.

Причём проклятия накладываются очень незаметно. Далеко ходить за примером не надо — взять того же сына князя Урусова. Парень долгое время ходил с проклятием и попросту его не замечал.

Следовательно, вполне может быть, что все сущности тьмы могут быть подвержены некоему проклятию, о котором человечеству ничего не известно. Это бы объяснило, почему они не могут или не хотят разговаривать о своём прошлом. Не просто же так эта черта связывает абсолютно всех сущностей тьмы.

Интересная мысль, как ни крути. Жаль только подтвердить её некому. Сомневаюсь, что даже Судья или мой брат будут что-то об этом знать. Максимум эту информацию может подтвердить Архитектор, если и впрямь верить, что он живёт несколько сотен лет. Впрочем. ладно, сейчас нет смысла грузить себя этими мыслями. Никакого толка ответ мне не даст — максимум удовлетворит любопытство.

Вот уж не думал, что тяга к знаниям будет так давать о себе знать…

Размышляя об этом, я успел выпить чаю, позавтракать и потренироваться. Затем выбрав парочку любопытных артефактов, я отправился в гости к фальсификаторам, чтобы устроить сюрприз Майе.

Про ученичество она ещё ничего не знала, но уверен, от такого предложения девушка будет в полном восторге. От такого не отказываются.

Благо Елизавета Петровна вернулась в Академию и была готова встретиться со своей возможной преемницей.

Сев на мотоцикл, я поехал в братьям, и уже через пять часов прибыл на место. Я мог конечно приехать и раньше, но соблазн поесть вкусное мороженое оказался сильнее, и я заехал в заведение реклама которого недавно попалась на глаза. Особенно после того, как неделю приходилось питаться пряной индийской едой, хочется чего-то этакого. Чувствую, она мне всю оставшуюся жизнь теперь будет сниться в страшных кошмарах.

Дверь в обитель близнецов оказалась не закрыта. Я конечно постучал для приличия, но никто не отозвался, поэтому я вошёл внутрь. Гуляя по внутренним коридорам, я сначала заглянул в комнату к братьям.

Там никого не оказалось, чему я не особо удивился. Всё-таки фальсификаторы тоже целыми днями не торчали в галерее, а в том числе ездили по разным местам, для вдохновения и «хищения» чужих идей. В общем, работы у них было действительно много.

Значит Майя должна быть одна. Свои творения фальсификаторы без внимания бы не оставили, тем более с открытыми дверями. Это даже хорошо.

В голове тут же родилась мысль, как сделать сюрприз ещё более неожиданным. Недолго думая, я активировал невидимость и побрёл искать Майю по коридору.

Уже через минуту, в одной из комнат нашлись и Майя, и Ксения. Обе девушки чаёвничали и как подружки вовсю обсуждали искусство.

— Нет, Ксения, ты не понимаешь, — говорила Майя, не заметив моего присутствия. Её даже не смутила сама собой открывшаяся дверь. — Артефакты это тоже искусство. Когда накладываешь руны, то словно водишь кисточкой по холсту, создавая собственный шедевр. Нельзя относиться к ним как к инструментам.

— Я и не отрицаю этого, Майя, — сказала Завьялова, одновременно с этим бросая взгляд в мою сторону. Заметить она меня не могла, но судя по всему почувствовала какой-то подвох. — Только общее мнение магов останется таким же. Люди видят артефакты видят инструментами, но никак не творчеством. Лишь те, кто хоть сколько-то разбирается в рунологии, смогут оценить это чувство.

— Но ты ведь меня поняла, — продолжала настаивать на своём девушка. — Хотя сама говорила, что в артефакторике полный ноль. Значит и другие понять могут.

— Меня можно назвать исключением, — вновь возразила Ксения, отчего-то не отводя взгляд. Что ж, похоже тренировки снова дают о себе знать. — Но даже так, в полной мере понять и оценить всю красоту артефакторики я не смогу. Зато уверена, Алексей Дмитриевич оценил бы твои работы по достоинству.

На этом моменте я с трудом удержался, чтобы не улыбнуться. Вот же хитрая. Специально вскользь упомянула моё имя, чтобы подтвердить догадку и при этом не попасть в неудобную ситуацию, если ошибётся в выводах. Знает же, что я отреагирую.

— Поздравляю, — поаплодировал я своей студентке. — Мою маскировку мало кому удавалось распознать. Хвалю.

— Дядя Алекс! — обрадованно вскочила с дивана Майя и побежала в мою сторону. Правда в последний момент осеклась. Уверен, она хотела меня обнять, но при Ксении постеснялась это делать. — Рада тебя видеть. Хочешь конфеток? Я их для тебя специально припрятала, а то в прошлые твои визиты совсем забыла ими угостить.

— Конфеты это хорошо, от конфет я отказываться не стану, — улыбнулся я, после чего добавил: — Я тут тоже не с пустыми руками пришёл, но думаю подарок ты позже сможешь оценить. А сейчас собирайся, мы с тобой поедем в одно интересное место.

— Куда? И зачем? — удивлённо переспросила Майя.

— Как зачем? В Академию. Хочу представить тебя преподавателю артефакторики, — как ни в чём не бывало ответил я.

— Ты ведь не шутить? — увидев моё серьёзное лицо, Майя сразу же широко улыбнулась. — Я быстро! Две минуты! — сказала она и пулей выбежала за дверь.

— Как же у неё много энергии, — сказала Ксения, вставая с дивана. — Уверена, учись она в нашей группе, то стала бы единственной, кто не страдал бы на тренировках от усталости. Я даже немного завидую.

— У всех есть сильные стороны, — пожал я плечами. — Кто-то не устаёт, а кто-то вот чувствует тончайшие колебания маны.

— Спасибо за комплимент, — довольным голосом ответила студентка и следом добавила: — Надеюсь, ей понравится у нас в Академии и мы будем чаще видеться.

— Значит у вас даже нет сомнений, что она туда поступит? — приподнял я левую бровь.

— Абсолютно никаких, — уверенно заявила Ксения. — Талант есть талант. Тем более что Академия стала благосклонно относиться к простолюдинам. Не то что несколько десятков лет назад. Ну а если кто-то захочет её обидеть, то сразу же об этом пожалеет, — последнее предложение студентка произнесла уж очень леденящим голосом.

Как же быстро растут студенты. Ещё недавно я их защищал, а теперь они сами готовы защищать других. Аж гордость берёт. Да и чувствуется, что не зря я прикладывал столько усилий в их обучение.

— Охотно верю на слово, — сказал я, и чуть погодя спросил: — Кстати, а где Роман Олегович? Я думал он вместе с вами тут будет.

— Он помогает Дмитрию Игоревичу с личными вопросом, — объяснила Завьялова. — С чем именно не знаю, но должно быть это связано с истреблением его рода.

Что ж, звучит логично. Рода Соколовых не стало, а значит к парню сейчас будет очень пристальное внимание со всех сторон. Если он вернёт свой статус князя, то на него посмотрят совсем иначе.

Всё-таки Соколовы были далеко не бедным родом, а значит при хорошем раскладе можно получить неплохого союзника и делового партнёра. Значит к нему скорее всего поступят очень много предложений, и стоило бы посоветоваться с кем-то, прежде чем принимать поспешные решения.