Признание (СИ) - Баранников Сергей

В регистратуре меня отправили в кабинет к старшему целителю Старостину. Выходит, будем принимать вдвоём. Наверняка на меня сбросят самых лёгких пациентов, а старший целитель будет работать с более сложными проблемами.

— Что ты ломишься сюда? — встретил меня в кабинете недовольный голос старшего целителя, едва я постучал и потянул ручку двери. Только войдя в кабинет я заметил недовольную мину на его круглом лице.

Ухоженный, гладко выбритый, использует дорогой парфюм, причём, расходует его куда больше, чем следует. Вполне возможно, чтобы произвести впечатление или перебить запах пота. Взгляд уверенный в себе и слегка наглый.

— Что ты уставился? — задал новый вопрос хозяин кабинета. — Выйди из кабинета, я позову, когда будет можно войти. Кто вас вообще пустил в такую рань?

— Я от Егора Алексеевича, — спокойно произнёс я, не пошевелившись.

— От какого… А-а-а… От Радимова? — забавно было наблюдать за трансформацией коллеги. Возмущение, недоумение, удивление, а потом и страх. Похоже, наш заведующий здесь имеет большой вес. — Так что ты сразу не сказал? Да, это хорошо… Но получилось как-то нехорошо. Но ты ведь сам знаешь, ходят тут без конца со своими проблемами, заглядывают в кабинет, а до начала приёма ещё пятнадцать минут.

— Так мы затем и работаем, чтобы их проблемы решать, — с улыбкой произнёс я, и без приглашения повесил куртку в шкаф для одежды.

— Угу… — протянул мужчина, бросив на меня недовольный взгляд. — Ну, рассказывай. Давно работаешь?

— Два года почти, — округлил я, потому как до середины моей отработки остался всего месяц. Экватор, как называли эту отметку некоторые молодые целители.

— Молодой ещё, жизни не видел, — махнул рукой мужчина. — Ладно, я сам разберусь с больными, а ты сиди и помалкивай. Если понадобится помощь, я дам тебе знать.

Не понимаю, и зачем Радимов меня вообще сюда отправил? Старший целитель может справиться и своими силами, я только время трачу. Или в этом и заключалось задание Радимова? Неужели он направил меня сюда в качестве разведчика?

От размышлений меня отвлекла первая пациентка, которая заглянула в кабинет.

— Разрешите? — робко поинтересовалась женщина.

— А если не разрешу, уйдёшь? — хмыкнул Старостин. — Проходи уже, всё равно никуда от вас не денешься.

Я посмотрел на часы и увидел, что сейчас была одна минута девятого, то есть рабочий день уже начался. Интересно, и всех пациентов целитель встречает таким образом? И кто ему позволял обращаться с пациентами в такой манере? Не иначе, как это его знакомая, потому как других объяснений такому поведению у меня нет.

— Как вы со мной разговариваете? — мгновенно вспыхнула женщина, развеяв мои сомнения.

— Малой, забирай эту себе, мне тут не нужны мозгоклюйки, — поморщился целитель.

Я на какое-то мгновение даже растерялся от такого поведения, но всё-таки пригласил женщину в процедурную, потому как целитель уже пригласил следующего пациента. Да, и сюда добралось сокращение младшего медицинского персонала. Без их помощи работать стало куда сложнее, потому как нагрузка на целителей возросла, а иногда мы физически просто не справляемся.

— Я прошу прощения за своего коллегу, — начал я. — Вы не могли бы описать проблему, с которой пришли?

— А вы сами не видите? — расстроено шмыгнула носом женщина. — У меня лишний вес. И если поначалу это доставляло лишь эстетические проблемы, то сейчас начались проблемы с ногами, появилась одышка, быстрая утомляемость.

— Вам нужно придерживаться диеты, вести активный образ жизни, заниматься спортом. Но силовые нагрузки пока под запретом. Давайте для начала уберём из рациона всё сладкое, мучное, солёное, жирное и жареное, сконцентрируемся на лёгких физических нагрузках, а потом проследим за динамикой.

— Господин целитель, да разве я не пробовала? — отозвалась женщина. — Всё бесполезно.

— Да что ты с ней возишься? — закипел Старостин, заглянув в процедурную. — Она если и бегает, то только от дивана к плите, чтобы чего-нибудь перекусить. Не трать вообще своё время.

— Простите, но вы целители, и обязаны оказать мне помощь. Особенно, если речь идёт о моём здоровье! — вспыхнула в ответ женщина.

— Покажите мне где это написано, — встал в позу Старостин.

— А зачем мне это нужно? Пусть ваше начальство и показывает, — женщина вскочила с места и направилась к выходу. — Спрошу у заведующего поликлиникой. Может, он знает?

— Истеричка! — крикнул ей вслед целитель.

— Хам! — послышалось из коридора, а потом дверь громыхнула с такой силой, что могла посыпаться штукатурка.

— Где таких сумасшедших только берут? — проворчал мужчина. — Я вообще считаю, что перед посещением поликлиники пациентов нужно проверять в больнице для душевно больных и пускать на приём только со справкой, что пациент адекватен.

— Глядя правде в глаза, это вы спровоцировали женщину, — заметил я, не собираясь молчать.

— Ой, не начинай! Меньше пациентов — тебе же спокойнее. Она пришла сюда не за помощью, а чтобы кому-нибудь мозг ложечкой выесть, вот пусть и идёт где-нибудь себе жертву ищет. Вон, Василевский получает сто двадцать тысяч за заведование поликлиникой, пусть свои деньги отрабатывает.

Разумеется, работа у нас не заладилась с самого начала. Старостин попытался сбросить на меня всю бумажную волокиту, но я не собирался выполнять его работу, отчего старший целитель волком смотрел на меня, но ничего сделать не мог. Я знал, что ничего толком он сделать не может, потому как протекция Радимова связывает ему руки.

— Не с того ты начинаешь работать, малой, — начал он, когда очередной пациент вышел из кабинета, давая возможность переброситься парой слов. — В моё время младшие даже рот не смели открыть без разрешения наставников, а ты ещё меня судить пытаешься.

— Не знаю как было в ваше время, не застал. Зато точно знаю, что в моё время пациентам не хамят. Мы для чего здесь работаем? В чём смысл нашей жизни? Ради чего целительский дар нам дан?

— О, как ты далеко завернул! — рассмеялся Старостин. — Пытаешься смысл жизни понять и объяснить происхождение дара? Я тебе так скажу — тебе просто повезло. Ты вытянул счастливый билет, что не удалось миллионам других людей, так что радуйся, что ты в числе тех десяти процентов избранных и наслаждайся жизнью.

От дальнейших споров нас отвлекло появление дежурной.

— Господа, вас обоих вызывают к заведующему, — произнесла женщина таким тоном, будто случилось нечто ужасное. Я не стал интересоваться причиной вызова, думаю, она и так понятна.

Когда мы вошли в кабинет, заведующий молча уставился на нас, а затем указал на кресла, не проронив ни слова.

— Как вы объясните такое поведение? — поинтересовался Василевский, как только мы заняли места. — Поступила очередная жалоба. Марк Альбертович, в вашем случае это уже седьмая за месяц, идёте на рекорд.

— Вы же знаете, для меня эти переаттестации — как глоток свежего воздуха. Хоть ненадолго отдохну от неадекватов.

— Может, вам тогда место работы сменить? Заодно и отдохнёте от назойливого внимания пациентов? — повысил тон заведующий. — Я понимаю, что ваши связи в коллегии делают переаттестацию простой формальностью, но моей больнице эти проблемы не нужны. Я каждую неделю на планёрках слышу, что наша поликлиника худшая по количеству жалоб во всей губернии.

— Такая у вас работа — получать нагоняи от начальства, — пожал плечами Старостин.

— Моя работа заключается в том, чтобы организовать эффективную работу поликлиники, а не выслушивать замечания. Марк Альбертович, вы испытываете моё терпение. Если подобные инциденты не прекратятся, я буду вынужден разорвать контракт в связи с несоответствием занимаемой должности.

— А это уж не вам решать соответствую я или нет, — оскалился старший целитель. — На это у нас есть коллегия.

— Не забывайте, что главный целитель здесь я, и мне решать кто будет работать в этой больнице, — стал в позу Василевский. — Я не хочу проблем, поэтому закрываю глаза на некоторые ваши проступки, но всему есть свой предел. Понятно, что вы оба напишете объяснительные, но мне бы хотелось услышать из ваших уст что случилось в кабинете.