Алхимик из другого времени. Том 4 (СИ) - Аксёнов Жан

Автор пришёл к выводу, что практически всё, вопрос лишь в том, как правильно это сделать. С моей точки зрения, вопрос был поставлен несколько неверно. В первую очередь нужно спрашивать не «как», а «какой ценой?». Ну да ладно.

Про равноценный обмен в этой главе так же было довольно много подробной информации с кучей примеров, когда это оборачивалось серьезными последствиями. Это читать было уже несколько интереснее.

После того как мы закончили главу, решили немного перевести дух. К тому же я по лицу Елены видел, что ей явно есть что спросить.

— Тут очень много того, о чём ты нам рассказывал, — вдруг произнесла девушка. — А мне казалось, что ты местами преувеличивал.

— Да нет, — улыбнулся я. — Ты не поверишь, но я местами преуменьшаю. В чём фон Гаус точно прав, так это в том, что можно сделать зелье практически с любым эффектом. Просто зачастую сделать это не просто безумно сложно, но ещё и безумно дорого.

— А то, что было написано про смерти и жертвоприношения, это правда? — вдруг задумчиво спросила Елена.

В главе и впрямь было небольшое упоминание о том, что раньше алхимики использовали разные материалы. В том числе и такие.

— Откровенно говоря, не знаю, — пожал я плечами. — Я об этом слышал, но никогда ничего более-менее конкретного не видел. Ну и, как понимаешь, не делал.

— Понятно, — кивнула девушка. — Ну что, читаем дальше?

— Да, давай, — согласился я.

Следующая глава носила, как по мне, не менее громкое название: «Кто виноват?».

В ней автор долго рассуждал о том, кто же конкретно мог повлиять на падение алхимии. И пришёл к паре неутешительных выводов. Либо это был какой-то величайший алхимик своего времени, который смог договориться со всеми правителями, либо это прямое вмешательство богов.

Также он рассмотрел и влияние социального аспекта. И вот с этими его рассуждениями я был полностью согласен. Во многом алхимия могла погибнуть из-за того, что стала слишком уж элитарной и «простых» магов к ней просто перестали подпускать.

Из-за чего с каждым годом настоящих алхимиков становилось всё меньше и меньше. И это было самым простым на самом деле ответом. Собственно, поэтому и существуют подобные академии — чтобы знания не пропадали, а приумножались.

А когда эти самые алхимики спохватились, тут-то правительства стран и начали им мешать. В целом это звучало уже куда больше похоже на правду, чем-то, что было до этого.

После этой главы мы не делали перерыв и сразу же начали читать последнюю главу под названием «Что делать?».

И, боги, насколько же мне не понравилась эта глава. Она вся несла в себе, по сути, один смысл: «Больше мы никогда не достигнем того величия, и лучшее, что мы можем сделать, это собирать его по крупинкам, а все эти алхимические исследования не несут в себе никакого смысла».

В общем, не глава, а полная ерунда, которую мне было безумно тяжело читать. Несколько раз я едва себя сдерживал, чтобы просто не выкинуть книгу куда подальше. Судя по выражению лица Елены, ей эта глава тоже не пришлась по вкусу.

— Нет, я не понимаю, — вдруг вполне громко произнесла она, благо, что во всей читательской комнате мы были одни. — Ну вот почему он решил, будто современные алхимики никогда не смогут дорасти до того уровня, что у них уже был? Ведь если они однажды прошли этот путь и достигли тех результатов, о которых говорится в этой книге, то ведь этот путь как минимум можно повторить! А то и улучшить, придя к тем же результатам, но иначе.

— Согласен, — кивнул я. — К тому же у современных алхимиков уже есть какая-никакая, но база. И судя по всему, раньше в мире было меньше магических сил, а это значит, что алхимики древности были в этом куда более ограничены, а мы, наоборот, можем уйти куда дальше.

— Идиотская глава, — в сердцах произнесла Елена. — Просто если он и вправду такого мнения, то какой смысл вообще учить новых алхимиков?

— Ну он же тебе прямо в главе ответил на этот вопрос, — усмехнулся я. — Для того, чтобы новые алхимики продолжили искать следы великого прошлого.

— М-да, — вздохнула девушка. — Не такой концовки я ожидала. Вот совсем не такой.

— Согласен, — кивнул я. — Ну что же, мы эту книгу осилили. А на улице уже ночь. Тебя проводить?

— Я буду очень признательна, — Елена опустила глаза вниз. — Я даже не подумала вызвать сегодня себе экипаж.

— Ничего, я провожу, — улыбнулся я. — И да, нам бы завтра хотя бы начать наше «исследование», а то академия явно ждёт результатов.

— Да, нужно начать, — тут же кивнула моя одногруппница. — У нас уже через полгода первый отчёт.

— Это как через полгода первый отчёт? — удивился я.

— Мало, — вздохнула девушка. — Но там можно просто сообщить, что мы в поте лица работаем. Главное — красиво это всё оформить.

— Нет, — замахал я головой. — Если честно, то я думал, что у нас на всю работу пару месяцев от силы.

— Нет, конечно, — брови Елены поползли вверх. — Нам только на то, чтобы всю документацию оформить, нужно будет по меньшей мере пару месяцев. Я уж молчу про сами исследования. К тому же к каждому эксперименту нужно заполнять свои документы. Там, конечно, быстрее, можно управиться за неделю.

А, ну, собственно, да. Я как-то и позабыл о беспощадной бюрократии. Нет, если честно, я начинаю понимать фон Гауса. Вот правда. Если на каждый эксперимент внутри исследования тебе нужно делать документы по неделе, то да, такими темпами современные алхимики и впрямь обречены. Это же просто невозможно. Где свобода творчества и возможность испытывать на прочность неизвестное?

— А можно как-то уменьшить необходимое количество бумаг? — спросил я.

— Можно, — кивнула девушка. — Но тогда нужно, чтобы в исследовании официально числился кто-то в статусе профессора. Для них действует упрощённая система отчётности.

— Понятно, — задумчиво кивнул я. — А Маргарита Семёновна, случаем, не профессор?

— Профессор, — протянула Елена, явно начав что-то подозревать. — Но в таком случае наше исследование в первую очередь будет её работой. К тому же документы уже оформлены, и чтобы их переоформить, нужно ещё пару месяцев.

— Понятно, — вздохнув, кивнул я.

Ну что же, временное сотрудничество с этой преподавательницей выглядит всё более и более привлекательно. И меня, если честно, это очень и очень сильно смущает. Меня не покидает ощущение, что с ней всё далеко не так просто.

Но вот беда в том, что я просто не могу ни за что зацепиться. У меня недостаточно источников информации. Конечно, можно было бы поговорить с кем-нибудь из студентов об этом, но тут проблема в том, что сейчас я уже стал достаточно узнаваемым, чтобы такие моменты могли вылиться в неприятности.

Собственно, вариант, который я сейчас вижу — просто ждать, налаживая сотрудничество, но делать это нужно максимально аккуратно.

— Ну что, пойдём домой? — спросила у меня девушка. — А то уже поздновато, а мне ещё задания делать да поспать хочется.

— Задания? — я как-то совершенно упустил тот момент, что нам не просто нужно что-то выучить, но ещё и сделать.

— Ну да, — кивнула Елена, слегка удивленно посмотрев на меня. — Нам нужно сделать доклад. У тебя вроде бы тема о правильном построении алхимической печати.

— А, да, — кивнул я. — Ну это не проблема. Мы же их будем просто рассказывать?

— Нет, в письменном виде тоже нужно сдать, — огорчила меня девушка. При этом сама она в этот момент улыбалась во все тридцать два. — Я так понимаю, ты об этом забыл?

— Да, — вздохнув, кивнул я. — Придётся сегодня вместо полезной работы заниматься этим докладом. Совсем все вылетело с этими турнирами и тренировками…

— Ну ничего, я уверена, что ты справишься быстро, — она поднялась со своего места. — Я сейчас верну книгу на место и пойдём.

— Хорошо, — спокойно согласился я.

Вот что-что, а письменный доклад сегодня в мои планы точно не входил, но, видимо, придётся его писать. Что уж поделать?

Девушка и впрямь вернулась очень быстро, и мы прогулочным шагом, переговариваясь об учёбе, направились к её дому. Я же параллельно с этим активно размышлял, как бы мне уложить столь обширную тему, как построение алхимических печатей, в максимально короткий объём, чтобы побыстрее с этим справиться и доделать зелья, которые я планировал.