Моя Академия 10 (СИ) - Син Евгений

— У вас на столах лежали незаряженные амулеты, — поясняет Генрих Олегович. — Я их лично раскладывал прямо перед занятием. Посмотри внимательнее, может, ты что-то напутал? — обращается ко мне директор.

— На столе лежала только эта синяя, — киваю на застывший в воздухе взрыв. На всякий случай осматриваю стол и заглядываю под него. — Других здесь просто нет.

Генрих Олегович подходит к столу и делает то же самое.

— Странно, очень странно, — удивляется он. — Итак, студенты, — обращается к аудитории. — Покажите свои заготовки.

Все ребята поднимают на вытянутых руках синие амулеты. Генрих Олегович проходит вдоль кабинета и запускает сканирующий глиф. Практически не успеваю его отследить, но результаты устраивают директора.

— Все заготовки действительно пустые, — подытоживает он. — Заряженная только у тебя. Как так вышло, сказать не могу. — Возьми жёлтую. — Генрих Олегович возвращается к кафедре и протягивает мне новую заготовку. — Это пригодилось бы вам на втором этапе, но берите сейчас

Беру. На этот раз плашка даже близко не пахнет магией. Никаких языков хмари. Выглядит точно так же, как и синяя, просто другого цвета.

— Теперь аккуратно закачивай туда свою магию, — распоряжается директор.

— А как? — задаю вопрос.

— Наполняй заготовку так же, как и накопители, — объясняет Генрих Олегович. — Представь, что этот предмет тянет из тебя магию. Держи крепче и направляй свои силы через пальцы.

Представляю, что жёлтая заготовка в моей руке — накопитель или амулет. Концентрируюсь на работе и направляю свою силу в плашку. Секунда, две, три — ничего не происходит. И тут заготовка словно оживает: начинает ощутимо, но очень аккуратно тянуть в себя энергию.

— Нет, это не ты, — качает головой директор.

— В каком смысле? — переспрашиваю.

— Не ты зарядил магией синюю заготовку, — поясняет Генрих Олегович и ловит непонимающие взгляды.

— А как вы это поняли? — удивляюсь.

— Скорость наполнения для такой вещи маловата, — объясняет он. — Тебе бы пришлось потратить на эту работу минимум полчаса. А чтобы зарядить до уровня взрыва — и того больше. Это точно не ты.

Генрих Олегович недовольно морщится и оглядывает аудиторию.

— Господа студенты, если кто-нибудь из вас имеет, что рассказать, будьте добры, — просит он. — Подобные игры на моём занятии неприемлемы. Тем более, что это, — показывает головой на замерший взрыв. — Довольно опасный эксперимент. Наша Академия такого не потерпит.

Директор занимает место за кафедрой.

— Ладно, Орлов, оставляй у себя жёлтую заготовку, — обращается ко мне. — Будешь работать чуть меньше, чем остальные. Твоя задача — вычертить на плашке изменённый для амулетов глиф щита.

Киваю и смотрю на Олесю. Девчонка сразу понимает, что нужно: открывает тетрадь и показывает, как должен выглядеть глиф щита в амулете.

У Генриха Олеговича заметно портится настроение. Если до этого момента он воодушевлённо рассказывал об артефакторике, то сейчас на его лице каменная маска. Очевидно, ему неприятно, что на его уроке один кто-то решил заняться подобными вещами. Остаток занятия проходит муторно и довольно-таки скучно. Хотя через небольшой промежуток времени директор опять включается, но уже не с таким энтузиазмом, как в начале занятия.

— Думаешь, тебе её специально подкинули? — спрашивает Олеся в столовой после занятия.

— Честно? — отвечает за меня Аглая. — Я почти уверена, что да.

— Может, это просто ошибка? — предполагаю. Хотя сам в подобное практически не верю.

— Ага, ошибка, — смеется менталистка. — Особенно, если разобраться по фактам. Наша группа зашла в зал последней. Сколько времени было на то, чтобы подменить заготовку? Вагон и маленькая тележка, — девчонка сама отвечает на свой вопрос. — А подменить её несложно.

— Думаешь, хотели подставить Ларика? — спрашивает Олеся. — Или любого из нашей группы?

— Скорее всего, у тех, кто это сделал, конкретная цель, — смотрит на меня Аглая. — Сами посудите: наш стол тот же, что и раньше. Места — те же. Потом — сама заготовка.

— Согласен, — говорю ребятам. — Очевидно, что тот, кто зарядил плашку, не рассчитывал, что я буду так интенсивно с ней работать. Мне кажется, план не подразумевал огромного взрыва в аудитории — просто хотели припугнуть или подставить на занятии. Кроме того, Генрих Олегович не случайно сказал, что на зарядку нужно минимум полчаса. То есть акция сама по себе спланированная и подготовленная заранее.

— Ну да, — соглашается Макс. — За то время, пока мы заходили в аудиторию всё это не провернуть. Значит, заряженную заготовку подготовили заранее, а потом принесли с собой. — Но кому ты мог перейти дорогу в Академии? Ладно в городе, но в замке…

— Да я сама доброта, — отвечаю. Вся группа тут же смеется. — Вы что, не верите? Только посмотрите на меня внимательнее: по мне же сразу видно, что могу помочь, добрый, надёжный и далее по списку.

— Да-да, конечно, — добавляет Аглая. — Ещё запиши в этот список бесконечную скромность.

Шутки шутками, но я задумываюсь.

— Но при этом, заметьте, директор отдавал себе полный отчёт, что ничего опасного не происходит, — продолжаю размышлять. — Он в один момент остановил взрыв. Да и, если так посмотреть, подобные вещи вряд ли смогут сильно навредить кому-то из нашей группы — и директор об этом знает.

— Это да, — соглашается Аглая. — Но какой, вообще, смысл? Кому бы это понадобилось? Ну, даже случись что? Зачем? Генрих Олегович все время контролирует аудиторию.

— Может, расчет был на травму? Или сорвать урок… Не знаю, — улыбаюсь. Недоброжелателей внутри Академии я как-то не припоминаю. — А вот тот, кто подкладывал, точно не просчитывает или не в курсе наших усилений. Про кольца особо никто не распространяется, а стандартные ученические амулеты от удара в руках не защищают. Так что точно можно исключать всех преподавателей.

— Ну да, — соглашается Олеся. — Они больше всех в курсе про нас. Значит, остаются только студенты из Академии. И кому ты так не угодил?

— Понятия не имею, — пожимаю плечами. — По идее, дорогу никому не переходил. Ничего не понимаю, — качаю головой. — Ладно, будем надеяться, что таинственный недоброжелатель проявится ещё раз. И тогда мы сможем поймать его за руку.

— Искать не будешь? — спрашивает Макс.

— А зачем? — задаю вопрос. — Какой в этом смысл? Подходить к каждому из однокурсников и узнавать: «а это точно не ты»? Думаешь, хоть кто-то ответит честно, если причастен к этой истории?

— Я бы не ответила, — хмыкает Аглая.

— Вот именно, — подтверждаю. — Подождём. Если целью был именно я, то мы совсем скоро увидим еще одну подобную попытку. Почему-то я в этом не сомневаюсь. И вот там уже можно будет делать какие-либо выводы.

Не вижу смысла тратить время на бесполезные расследования. Думаю, раз неслучившийся взрыв посреди урока испортил директору вторую попытку заинтересовать нас артефакторикой — он тоже своими силами постарается разобраться, чьих рук это дело.

— Будешь готовиться к завтрашнему дню? — переводит тему Олеся. — У нас завтра снова занятия у физрука. Наверняка он придумает что-то новенькое.

— Сто процентов, — киваю. — Ты собираешься готовиться? — удивляюсь. — По-моему, это нереально: он всё равно нащупает все слабые точки, если они есть. Ты либо уже готов ко всему, что он может выдумать, либо за один день точно не наверстаешь. В общем, не вижу смысла.

— Как знаешь, — с лёгким разочарованием говорит девушка. — Я, пожалуй, повторю все конспекты с предыдущих лекций. Можем вместе?

Не думаю, что извлеку из повторений слишком много пользы. Тем более, у меня появляется ещё одна идея, которую я хотел осуществить в ближайшие выходные, но, пожалуй, лучше всё сделать сейчас. На эту мысль меня наталкивают слишком быстрое восстановление магии и после посещения сада и более явное ощущение своей силы. А что, если это состояние сохранится ненадолго? Тело привыкнет — и я просто не успею сделать то, что задумал. Задумка не из простых, и мне лучше поторопиться. Если пойду прямо сейчас, должен успеть.