Нарушенная магия (ЛП) - Холмберг Д. К.

— И откуда ты это знаешь? — спросил Смит.

Я пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждённо.

— Это всего лишь теория, основанная на конструкции устройства. Руны по краям указывают на возможность мониторинга. А стратегическое расположение коробок на энергетических узлах увеличивает радиус их действия.

Это была не совсем ложь. Руны действительно указывали на возможность мониторинга, а также на другие функции, о которых я намеренно не упоминал.

— Теория мистера Дрекслера согласуется с нашим техническим анализом, — сказала Мерсер, прежде чем Смит успел продолжить расспросы. — Команда доктора Патель подтвердила, что Суммарт-устройства содержат сложные магические датчики, откалиброванные для идентификации и записи определённых энергетических сигнатур.

Она постучала по планшету, и на голографическом дисплее появилась вращающаяся модель одной из коробок с выделенными и подписанными линиями рун.

— При активации на пересечении лей-линий каждое устройство создаёт поле обнаружения радиусом примерно в две мили. Пересекающиеся поля создают комплексную сеть мониторинга, охватывающую весь центр города.

— Что именно они отслеживают? — спросила Элисон.

Мерсер помедлила, и я понял, что она взвешивает, насколько можно открыться.

— Неблагой Двор всегда проявлял интерес к некоторым практикующим магам в нашем мире.

— Да. Люди с редкими или необычными магическими сигнатурами исторически привлекали внимание Зимнего Двора.

Я сохранял невозмутимое выражение лица, хотя сердце бешено колотилось. Мы опасно приблизились к истине, которую я скрывал всю свою жизнь.

— Значит, они охотятся, — сказала Элисон. — Используют эти устройства, чтобы найти конкретных пользователей магии.

— И убивают всех, кто может их опознать, — добавил я, вспомнив незаконченное письмо Чена его сестре. — Исследователей, теоретиков, всех, кто может распознать то, что они ищут.

Мерсер кивнула.

— Неблагой Двор действует безжалостно и эффективно. Побочный ущерб не имеет значения для их целей.

— Но почему сейчас? — спросил я. — С чего вдруг такой интерес к созданию сети наблюдения?

Мерсер снова замялась. Снова сказала не всю правду.

— Дворы находятся в хрупком равновесии. Когда один из них начинает действовать, другой реагирует. В последнее время Благой Двор стал активнее вмешиваться в дела людей.

— Камни Цветения, — догадалась Элисон. — Такие же, как в галерее и в квартире Чена.

— Летний Двор распространяет эти усилители по всему городу, выявляя и наделяя силой определённых людей. Зимний Двор, похоже, отвечает тем же.

— И мы оказались между двух огней? — спросил я.

Мерсер посмотрела мне прямо в глаза.

— Это неизменная позиция Агентства, мистер Дрекслер. Поддерживать баланс между силами, которые с радостью разорвали бы наш мир на части в борьбе за превосходство.

Что-то в её тоне навело меня на мысль, что она пытается сказать мне что-то помимо слов, какое-то послание, предназначенное специально для меня. Но прежде чем я успел его расшифровать, вмешался Смит.

— Всё это очень теоретично, — пренебрежительно сказал он. — Сейчас важно не допустить завершения строительства этой сети. Нам нужно обеспечить безопасность оставшихся точек соединения.

— Мы уже работаем над этим, — ответила Мерсер. — В три оставшихся места отправлены группы охраны. Но это ещё не всё. — Она снова отрегулировала дисплей, увеличив масштаб изображения городской площади. — Судя по энергетическим показателям, которые мы фиксируем, Зимний Двор готовится к чему-то важному.

— Ритуальный круг такого размера, сосредоточенный на городской площади, означает серьёзную силу, — сказал я, не успев сдержать слова.

Все взгляды устремились на меня.

— Такая конфигурация создаёт поле магического усиления, — объяснил я, пытаясь представить свои знания как догадку. — Семь точек соединения, сосредоточенных в одном месте, они концентрируют огромную энергию. Но с какой целью... вот в чём вопрос.

Смит прищурился.

— Довольно подробная оценка, Дрекслер.

Я пожал плечами.

— Я читал о подобных конфигурациях. Другой контекст, но те же основные принципы.

— Он прав, — к моему большому удивлению, сказала Мерсер. — Наши аналитики подтверждают, что энергетический паттерн указывает на намеренную концентрацию в районе Сити-Плаза. Что бы ни планировал Зимний Двор, для этого требуются значительные магические ресурсы.

— У нас есть какие-то теории об их целях? — спросила Элисон.

— Несколько, но ничего конкретного, — ответила Мерсер. — Мы знаем, что этот круг, когда он будет завершён, направит достаточно энергии для того, чтобы совершить то, что обычно невозможно без постоянных врат. — Она обвела взглядом присутствующих. — Нам нужно выяснить их цель, прежде чем они завершат круг.

Она встала, давая понять, что брифинг подходит к концу.

 — Ваша команда сосредоточится на поиске и нейтрализации любых дополнительных Суммартовских устройств до того, как они будут активированы. Агент О’Коннор, вы возглавите операцию на местах с помощью мистера Дрекслера.

— А я? — спросил Смит.

— Ты будешь координировать действия групп защиты в остальных точках пересечения. Если Зимний Двор попытается замкнуть свой круг, я хочу, чтобы на месте был наш лучший специалист по защите.

Это, похоже, его успокоило, хотя он всё равно бросил на меня подозрительный взгляд, собирая свои материалы.

Когда совещание закончилось, я остался стоять у голографической карты, изучая расположение точек нападения и силовых линий. Что-то в этом меня насторожило, какое-то смутное ощущение чего-то знакомого.

— Пенни, за твои мысли, — сказала Элисон, подходя ко мне.

— Просто пытаюсь во всём этом разобраться. — Я указал на карту. — Почему именно эти точки пересечения? Их десятки по всему городу. Почему эти семь?

Она изучила изображение.

 — Может быть, они особенно мощные? Или расположены как-то особым образом?

— Может быть. — Но я не был в этом уверен. Было что-то ещё, что-то, чего я не замечал.

Смит остановился, проходя мимо, и бросил на меня оценивающий взгляд.

— Некоторые люди просто умеют находить неприятности, Дрекслер. Или, возможно, неприятности умеют находить их. — Он постучал по карте в том месте, где должна была находиться моя квартира. — В нашей работе совпадения случаются редко.

— Ты знаешь больше, чем говоришь, — тихо сказала Элисон, когда Смит ушёл. Это не было обвинением, просто констатацией факта.

Я встретился с ней взглядом.

— Мерсер тоже.

— Это её работа.

— А в чём заключается ваша работа, агент О’Коннор? В том, чтобы выяснить, что я скрываю?

Слова прозвучали резче, чем я хотел. На её лице мелькнула боль, прежде чем она снова надела профессиональную маску.

— Моя работа, защищать людей, — сказала она. — Останавливать всё, что планирует Зимний Двор.

— А если то, что я скрываю, поможет в этом?

— Поможет?

Мы стояли друг напротив друга, между нами мерцал голографический город, и ни один из нас не хотел отступать. Я чувствовал двойственное напряжение, притяжение и недоверие, которые с самого начала характеризовали наши отношения.

— Я тебе не враг, Элисон.

— Я и не говорила, что ты враг. — Она помедлила, а затем добавила: — Но и ты не до конца честен.

— Как и все остальные в этом здании.

Она почти улыбнулась.

— Справедливо.

Между нами повисла напряжённая тишина, полная невысказанных слов. Я поймал себя на том, что смотрю на небольшую морщинку между её бровями, ту самую, которая появлялась всякий раз, когда она решала сложную задачу. На короткую, беззащитную секунду я увидел в агенте О’Коннор просто Элисон, проницательную, решительную и хранящую свои собственные секреты.

Затем Маркус крикнул с другого конца комнаты, разрушив чары.

— Эй, мы поедим перед тем, как спасать город? Потому что я пропустил обед, а когда я голоден, я принимаю ужасные решения.