— Почему?
— Потому что ваш супруг запретил Наташеньке видеться с вами, разговаривать, передавать письма…
— Я — ее мать.
— С которой собирается развестись благочестивый человек.
Варя фыркнула.
— Вы, любезнейшая, свечку держали?
Где-то звенели и гремели невидимые шпаги, безжалостно сталкиваясь, высекая снопы искр…*
*- автор в курсе, что приличные дуэли проводятся без особого лязга, но звучит ведь красиво? Прим. авт.
— Весь Петербург знает о вашей нечистоплотности!
— Заблуждение есть то, что всем известно. Вы пригласите мою дочь — или мне отправиться к императрице с жалобой на Вас?
— Хоть в Высший суд!
— Только после вас, любезнейшая. Только после вас.
Софья Ивановна сверкнула глазами.
— Убирайтесь! Или я прикажу вас выставить!
Варя усмехнулась.
— Прикажите. И будете героиней скандала. А вам нельзя, вам возвращаться некуда, разве что на могилку к мужу-безумцу. Интересно, ваш зять об этом знает?
— Не ваше дело!!!
— А вашего зятя, да?
— Вон отсюда! — взвизгнула Софья Ивановна.
Варя пожала плечами и поднялась.
— Не визжи. Печенка лопнет.
Ага, предупредила.
Софья Ивановна завизжала еще громче.
Варя подхватила со стола графин с водой, да и выплеснула его на директрису. И вышла, оставив ту обтекать.
Определенно, надо искать обходные пути. Не задался у нее диалог с начальством местного детдома.
* * *
— Тимофей, ты меня понял, — Варя смотрела жестко. — Сделаешь?
— Сделаю, барыня. Только вы все напишите.
— Обязательно.
Оставлять ребенка такой грымзе?
За это ей муженек еще ответит!
— Барыня, а вы знаете, что супруг ваш в Петербурге?
— Да? — Варя пожала плечами. — Может быть.
— Не желаете с ним повидаться?
— Зачем? — искренне удивилась Варя. — Тимофей, ты сделай, как я прошу, Гриша с тобой останется, и я вам еще задание дам. А мы съездим в Москву и вернемся.
— Будет исполнено, барыня. А кого искать-то надо?
— Тимофей, мне нужен специалист по подделке документов.
Тимофей к запросам барыни отнесся спокойно. Нужен? Вот и отлично! А какой и зачем?
Варя пожала плечами.
— Хороший. Но если что — я не буду подделывать ничего российского. То есть не стану нарушать законы родной страны.
Это уже было приятнее. Тимофей уже привык, барыня как говорит, так и делает. А другие страны…
Авантюра с ожерельем ему весьма понравилась. И деньги, которые были отложены — тоже.
По двадцать тысяч на каждого.
Ему, Грише, Игнату, Федоту, Матвею, Даше — Варвара лично раздала в руки. Ей, конечно, досталась львиная доля, но тут уж никто не протестовал. Без нее вообще ничего бы не было. Она знала, куда ехать, куда идти, что делать, она все организовала…
Тимофей к своим деньгам пока не притронулся.
Куда ему потратить такую сумму? Кому из купцов в дело вложить?
Но… ему просто не хотелось. Доходный дом купить?
Он справится, безусловно. Только вот рано ему на землю оседать. Ему бы еще погулять лет десять — двадцать, с такой-то барыней! То казалось, жизнь закончена, а пришла, вот, Варвара Ивановна, и все забурлило, закипело вокруг… как же ему этого не хватало!
— Поищу, барыня. А что подделывать-то надо будет? Ассигнаты?
— Нет. Карты. Письма. Отчеты экспедиций.
— Хммм… это вам кто образованный нужен.
Варя пожала плечами.
— Лучше даже, если будет иностранец. Англичанин там, или еще кто. Американец, англичанин, вот таких искать надо. Там придется писать на английском и французском, и много.
Тимофей кивнул.
— Найдем, барыня.
— Вот и отлично. Ищите, а мы в Москву.
На следующий день и выехали. А чего тянуть? По снежку сани бодро летят, а что потряхивает… это вибромассаж! Антицеллюлитный!
* * *
Варя не знала, как быть с младшими детьми. Брать с собой?
Оставить?
Но… они в Париже не так, чтобы надолго. Ее афера рассчитана на два-три месяца, может, на полгода, потом придется драпать так, чтобы пятки дымились. И пережидать где-то подальше от ля бель франс. Старшая дочь по сегодняшним меркам, уже человек взрослый и сообразительный, если она поедет, ей все объяснить можно будет. А вот младенцы…
Помогла Даша.
— Варвара Ивановна, ежели вы думаете, что малышей с собой тащить не след — не надо. Я б предложила их в имение отправить. Кормилица справится, да я еще с матерью Матвея поговорила, ее нанять можно за малышами приглядывать. Она вам по гроб жизни благодарна, и за сына, и за все… у нее там беда. К дочери ее барин Ахметов приглядывался, уж с управляющим сговаривался ее купить, а у него девки долго не живут.
— С-скот, — процедила Варя.
Даша кивнула.
Варя-то и половины не знала о потайной жизни барской, не рассказывают о таком в школах.
И о пытках, и о казнях, и о насилии, и о том, как детей топили, словно щенков, как собаками людей травили, как… да не одну страницу можно жестокостями исписать. Вседозволенность — штука жуткая. Салтычиха — личность в истории не уникальная, просто она получила от императрицы. А сколько было тех, кто НЕ получил?
Очень много. Иногда крестьяне помещиков на вилы вздевали — по заслугам.
Впрочем, Европа в этом отношении была не лучше. Стоило только вспомнить огораживание, и волосы на голове шевелились. Или революцию.
— Кой-кого можно в городской дом определить, пусть там служат, а детей в имение.
Варя кивнула.
— Хорошо. Давай так и сделаем.
Даша решительно кивнула.
Ей хотелось находиться рядом со своим малышом, воспитывать его, кормить, тетешкать, песенки петь, убаюкивать…
Жизнь внесла свои правки.
Кормить не получилось, молока у Даши толком не было. А все остальное… у нее больше есть, чем у многих других. Даша понимала, скажи она хоть слово, и барыня тут же ее в имение отправит, к детям. Не упрекнет, не обидится, и доверять будет, как раньше, и заботиться. Но Даша сама не могла так поступить.
Как же она… бросит?
С маленьким она пока не так, чтобы нужна, а вот барыне без нее не обойтись.
— Поедем, барыня. Ежели вы говорите, что вскорости вернемся…
— Да, — кивнула Варя. — Край — к себе детей выпишем. Кстати! У меня хорошая идея! Можно в Париж с собой детей не брать, поселить в той же Швейцарии! Там и чисто и тихо, и мы считай, рядом будем? Доехать, проведать, вернуться?
Даша подумала.
— Ехать будем медленно.
— А куда нам торопиться?
— А…
— Все продумано. Ну, и потом я еще подумаю… не переживай, какое-то время у нас будет!
Даша и не переживала. Она уже поняла, что хозяйка просто так не скажет. Авантюристка она, конечно, но… ожерелье они добыли! И деньги у них есть!
Так что…
— Швейцария? Отличная идея, барыня.
Варя довольно улыбнулась.
Вперед и только вперед!
* * *
— Матушка, прошу тебя, дозволь развестись!*
*- прошение Александр Васильевич подавал, а вот о деталях история умалчивает. Так, обрывки найти удалось. Простите автора и Муза за буйную фантазию. Прим. авт.
Ее императорское величество смотрела строго. И выглядела роскошно, голубая и бежевая парча, меха, бриллианты — величие в чистом виде.
Александр Васильевич в парадном мундире, конечно, соответствовал, но чувствовал себя немного неуютно. Не привык он к такому, в сражении оно — проще.
— Что ж тебя опять не устраивает, друг мой? — Екатерина говорила радушно, ей было любопытно. — и пяти лет не прошло, мечтал ты развестись, и вот, опять?
— Государыня, Варвара Ивановна неверна мне. Прошлый раз она клялась, что более это не повторится, но вдругорядь она изменила мне с секунд-майором Иваном Ефремовым, сыном Сырохневым. Подал я прошение в Синод, но сейчас, зайдя туда, узнал, что мне в разводе отказано!
— Есть ли свидетели измене? Ты, батюшка, уж больно горяч! Может ведь и такое случиться, что не было ничего. Ну какой женщине не хочется немного внимания, флирта…
