– Нет, конечно, вы можете называть нас как вам угодно.
– То есть у вас даже названия нет?
– Н-ну-у-у…
– Даже названия – и того нет! – сокрушенно пробормотал кардинал. – А вы уже намерены мир спасать! Вы хотя бы понимаете, что нельзя явиться к его величеству Карлу Эммануилу Второму, даже не зная, как вы намерены ему представиться?
Бреннон наморщил лоб. Как бы покороче и попонятнее? И чтоб не пугало? И не выглядело как название шайки сумасшедших?
– Ordo malleus? – ехидно сказал Саварелли.
– Чего?
Кардинал вздохнул и перевел. Натан поморщился – латынь ему не нравилась.
– Агентство по противодействию чернокнижникам, нечисти и нежити… Международная служба по борьбе с нечистой силой и той стороной…
– И кому ж вы служите?
– Человечеству, – буркнул Бреннон.
Мисс Шеридан потерла висок, и Энджел подтолкнул к ней чашку с отваром от головной боли. Девушка сделала несколько больших глотков. Голова гудела, как улей: Маргарет еще никогда не доводилось производить так много нудных расчетов.
– Рассчитать нелегко, – сказал Энджел. – Никто такого раньше не делал.
– Шансы есть. Но какие-то неоптимистичные.
– Вся проблема в вивене. Мы не знаем предела ее сил и не можем замерить мощь провала под ее куполом.
– А по-моему, проблем у нас минимум две. Как протащить Молот к провалу и кому под силу применить заклятие в самом его сердце?
– Никому, – вздохнул Редферн, и Маргарет вкрадчиво осведомилась:
– Энджел, вы же не собираетесь нести его туда лично?
– Я?! Еще чего! Я не самоубийца!
– Слава богу.
– Впрочем, даже если б я захотел, не факт, что я смог бы его запустить.
– А ведьма? Она-то не человек, вдруг еще и выживет.
– С чего ей жертвовать собой ради еды? Люди – ее пища, а не ровня.
Маргарет нахмурилась. Тот, кто использовал Молот, всегда погибал. А поскольку ведьму было не жалко, то мисс Шеридан предпочла бы вручить заклятие ей. Но вряд ли ее удастся уговорить даже дяде… о боже мой!
– Энджел! А если дядя потащится в провал, чтобы применить Молот собственноручно?!
– Он все равно не сможет этого сделать, так что не беспокойтесь.
– Зачем вообще такие заклятия выдумывать? Вдруг бы оно к брату Бартоломео попало!
– Из научной любознательности, – пожал плечами Энджел. – Заклятие сложное, но суть его проста: чародей стягивает к себе весь магический ток, который наполняет жилы поблизости, и направляет к цели. Причем сам выступает в качестве усилителя. В сущности, это максимально болезненное самоубийство. Именно поэтому желающих пользоваться Молотом – крайне мало. После Гидеона ни одного не нашлось.
– Псих какой-то, – пробормотала Маргарет. – Нашел что изобрести!
Энджел подошел к зеркалу, в котором отражалось то, что осталось от Фаренцы, и пробормотал:
– Все равно нам никак не добраться до провала. В такой атмосфере даже консультанты дышать не смогут, и экс-комиссар тоже.
Маргарет посопела. Конечно, раз дяде придется руководить этой организацией, то с практической точки зрения мутация оправданна. Но все равно!..
– В кого вы его превратили?
– В некое подобие себя. Это новая, экспериментальная разработка. Для того чтобы улучшить качество людей, которые будут охотниками.
– Улучшить качество?! – воскликнула мисс Шеридан. – В каком это смысле?!
– Сделать их сильнее, здоровее, обострить чувства и реакции.
– Сомневаюсь, что дядя такое одобрит. Наверняка спросит, как можно делать такое с людьми.
– А как можно отправлять их на борьбу с нежитью беззащитными?
Маргарет вздохнула. А ведь это правда – она уже не раз задавалась этим вопросом. Ну ладно упырь – эту тупую тварь можно и мотыгой забить, но вот что посложнее – да хоть те же мараббекки…
– Я не намерен ежемесячно обновлять состав охотничьих отрядов из-за того, что их члены гибнут десятками. Человеческая беззащитность, – процедил наставник, – единственное, что оправдывает существование консультантов.
– Но вы же не станете делать из людей таких, как они?
– Нет, – сквозь зубы сказал Энджел, – больше никогда. Никогда никаких консультантов.
– Люди все равно будут работать с ними. Консультанты, конечно, производят слегка пугающее впечатление, но…
– Хорошо, что вас лишь немного пугают ходячие почти мертвецы, – хмыкнул Энджел. – Впрочем, подбор персонала – это головная боль, которую я с радостью возложу на вашего дядю.
– Ну вы, Редферны, тоже вроде бы не особо их боитесь.
– Мы, Редферны, – с усмешкой подчеркнул наставник, – вообще-то не совсем люди. Моя семья веками, поколение за поколением, жила над магическим источником и пила из него воду. Я сам уже был не вполне нормальным человеком, и поэтому облучение из портала не превратило меня в лужу слизи или нежить. Но мутации усиливались с каждым поколением, я даже вычислил формулу… и когда я вернулся сюда в тысяча восемьсот втором году, я встретился с Джеймсом Редферном и сразу понял, насколько далеко они зашли.
– О! – выдохнула Маргарет. Вот про это ей давно хотелось услышать!
– Семь столетий прошло с тех пор, как наш предок, Фоллан Рыжий, поселился в замке над источником. За века мутация усилилась настолько, что через поколения Редферны стали больше похожи на ведьм и колдунов, чем на людей.
– И поэтому вы решили, что его можно превратить в консультанта?
– Я не решил. – Наставник смерил девушку тяжелым взглядом. – Вы понятия не имеете, каким он был тогда. Шестьдесят лет в собаке явно пошли ему на пользу, раз вы так очарованы.
Маргарет вспыхнула.
– Так, значит, капитан Флавиони тоже имел право вас пытать, поскольку вы ему не понравились?
Энджел поморщился:
– Я предложил им наконец принести хоть какую-то пользу и стать частью того, что создано для охоты на нежить. А они надо мной посмеялись. На что я только рассчитывал, идиот.
– Почему они все исчезли?
Наставник помолчал, потом вздохнул:
– Уничтожили сами себя, пытаясь усовершенствоваться. Магия – это не игрушка, в неумелых руках еще опаснее, чем в преступных.
– Что, все? – дрогнувшим голосом спросила Маргарет. – И дети тоже?
– Их попытка затронула всех.
– Значит, из вашей семьи осталось двое – вы и мистер Лонгсдейл. А он, может, уже и не вспомнит…
– Пес все помнит. Не забыл, даже когда стал фамилиаром, даже в этом чертовы Редферны не похожи на всех!
– Почему именно он? – помолчав, спросила Маргарет. – Почему вы выбрали его?
– Он подходил по всем критериям. Нельзя сделать консультанта из кого попало, далеко не каждый человек подойдет хотя бы по физическим параметрам. Маргарет, – вздохнул Энджел, – я не карал его за преступления против невинных, если вы это имеете в виду. Он просто подошел… и все.
«Ну что ж, зато честно», – подумала Маргарет. Едва ли Джеймс Редферн вызвал у наставника какие-то теплые чувства, учитывая его отношение к семье.
– Хорошо бы, – вдруг сказал Энджел, – хоть как-то пробраться под купол и провести замеры. Все наши расчеты и модели критически неточны из-за отсутствия нормальных данных.
– Может, попросить Валентину о защите? Вряд ли мы сумеем приблизиться к самому провалу, но хотя бы на расстояние в пару ярдов…
– Можно ли вообще подойти к куполу настолько близко, чтобы поговорить с ней? – Редферн озадаченно нахмурился. – Надо этим заняться. Уверен, вивене сообщит массу ценной информации!
– И дядя хоть немного порадуется, – тихо добавила Маргарет. – Он ни разу не улыбнулся с того дня. И мне это не нравится. Он уже бросался на чернокнижника с голыми руками, и я не хочу, чтобы он сделал еще какую-нибудь глупость.
– Логично, – признал Энджел. – Я, в конце концов, слишком много сил в него вложил, чтобы потерять просто так. Вот что мы попробуем сделать…
