След мертвеца (СИ) - Рудин Алекс

— Просила передать, что будет поздно. И сказала, чтобы вы не беспокоились, она магическим путём домой доберется.

— Это меня и беспокоит, — проворчал я. — Извозчик как-то привычнее.

Ворчал я просто для порядка. За эти несколько месяцев Лиза отлично научилась путешествовать через магическое пространство, так что беспокоиться было не о чем.

— А я, ваше сиятельство, завтра утром за ёлочкой поеду, — сказал Игнат и выжидающе посмотрел на меня.

— Не передумал? — рассмеялся я. — Может, всё-таки купим ёлку на рынке? А то гляди, поймают тебя снежные упыри. Ты пули-то забрал у ювелира?

— Ещё вчера, — кивнул Игнат. — А насчёт заветной ёлочки я твёрдо решил — добуду её во что бы то ни стало.

— Зачем она тебе так сильно понадобилась? — заинтересовался я.

— Этого я сказать не могу, ваше сиятельство, — нахмурился Игнат. — Примета плохая. Если раньше времени о своём желании растрезвонить, то оно не сбудется. А только ёлочка мне очень нужна.

— Тогда поезжай, — кивнул я. — Надеюсь, к вечеру вернёшься?

— До обеда управлюсь, ваше сиятельство, — заверил меня Игнат.

Старик помялся, как будто хотел о чём-то спросить. Но вместо этого сказал:

— У Прасковьи Ивановны ужин готов. Покушаете?

— Ты ещё спрашиваешь, — обрадовался я. — Идём скорее!

К ужину Прасковья Ивановна подала гуся, тушёного с зелёной фасолью. Гусь несколько часов томился в духовке, и нежное жирное мясо прямо таяло во рту.

А Прасковья Ивановна в это время вымешивала крутое тесто.

— К завтраку пирогов с морковкой и капустой испеку, ваше сиятельство, — обрадовала она меня.

— И мне бы пирожков в дорогу, — оживился Игнат. — Вдруг проголодаюсь в лесу?

— Так для тебя и стараюсь, — покачала головой Прасковья Ивановна.

Кухарка строго нахмурилась, но я заметил, что она улыбается.

— А я сегодня к директору ходил, — болтая ногами сказал домовой Фома. — Признался ему, что это я глобус спёр.

— Влетело тебе от директора? — рассмеялся я.

— А вот и нет, — хитро прищурился домовой. — Директор похвалил меня за честность и сказал, что я могу оставить глобус себе.

— Повезло, — одобрительно кивнул я. — Видно, у Иллариона Михайловича было хорошее настроение. Кстати, хочу тебя поблагодарить. Помнишь, как ты изгонял злыдня? Я каким-то образом сумел перенять у тебя эту магию, и сегодня она меня очень выручила. — Вам ещё один злыдень попался? — изумился Фома.

— Злыдня, — усмехнулся я. — Очень могущественная, но я с ней справился.

Фома восторженно заболтал ногами.

— Значит, вы теперь тоже домовой, — заявил он. — Это наша родовая магия, никто другой её применять не может.

И тут же озадаченно нахмурился:

— Получается, нас теперь двое домовых в одном доме? Только так не бывает, ваше сиятельство.

Я легкомысленно пожал плечами.

— Раньше не бывало, а теперь бывает. Что из того? Главное, чтобы о моих новых талантах не узнал Император, а то ещё захочет поселить меня в своём дворце, чтобы там стало уютнее.

Прасковья Ивановна рассмеялась, а Фома укоризненно покачал головой.

— Это не шутки, ваше сиятельство. Вам теперь нужно быть осторожнее. Каждый пустующий дом захочет вас у себя приютить. Ну, может, и не каждый, но какой-нибудь обязательно захочет.

— У меня уже есть дом, — улыбнулся я. — И переезжать я не собираюсь. Так что пустующим домам придётся подыскивать себе других домовых.

Я отодвинул пустую тарелку и от души зевнул:

— Ужин был замечательный, Прасковья Ивановна. Теперь бы ещё чашечку кофе, и спать. — Давайте я вам кофе в кабинет подам, Александр Васильевич? — неожиданно предложил Игнат.

— Зачем это? — удивился я. — В компании веселее.

— Мне нужно с вами поговорить с глазу на глаз, — признался старик.

— Ну, идём, — кивнул я, поднимаясь из-за стола.

Мы спустились в кабинет.

Игнат обстоятельно наливал кофе, явно раздумывая, с какой стороны подступить к разговору.

— Не тяни, — улыбнулся я. — Выкладывай, что там у тебя?

— Вы, ваше сиятельство, мне провожатого обещали, — смущённо напомнил Игнат. — Чтобы в лес не одному идти. Не получилось, да?

Старик с надеждой посмотрел на меня.

— Будет тебе провожатый, — рассмеялся я. — Утром сам увидишь.

— Так ведь я на рассвете выезжаю, — встревожился Игнат. — Успеете, ваше сиятельство?

— Успею, — успокоил я старика.

Неторопливо допил кофе, поглядывая на пустой письменный стол Лизы, а затем поднялся в спальню.

Забрался под одеяло и подумал: «А может быть, послать Лизе зов?»

Но решил не отвлекать мою рыжеволосую колдунью от такого важного дела, как гадание на удачу.

— Я хочу повидаться с Хранительницей Снов, — пробормотал я.

Затем опустил голову на подушку и мгновенно заснул.

Провалившись в сон, я услышал громкий плеск волн и почувствовал запах, который ни с чем невозможно спутать. Пахло йодом и свежестью, так пахнет только на берегу моря.

Я открыл глаза и увидел, что стою на заснеженном каменистом пляже, на который откуда-то из темноты мерно накатывают пенные волны.

Языки кружевной пены слизывали снег, и там, куда они дотягивались, оставались только мокрые чёрные камни.

Передо мной был не Финский залив, он в это время года покрывается льдом. И волны были совсем другие — тягучие и мощные, они как будто приходили откуда-то издалека.

Интересно, почему Хранительница Снов выбрала для нашей встречи этот пустой берег?

Я удивлённо огляделся и заметил в темноте человеческую фигуру.

Человек шагнул ко мне и радостно воскликнул:

— Александр Васильевич, это вы?

Я тоже узнал его. Это был сноходец Савелий Куликов.

— Рад встрече, Савелий Георгиевич, — улыбнулся я. — Кажется, я снова нечаянно забрёл в ваш сон?

— Ничего страшного, — смутился Савелий. — Я очень рад, что вы здесь оказались.

— Давненько мы с вами не виделись, — кивнул я. — Встречаете своего отца?

Отец Куликова был капитаном магического корабля и погиб в плавании. Но магия снов всё-таки позволила ему увидеться с сыном, это произошло на моих глазах.

— Я надеюсь, что мы снова встретимся, — кивнул Савелий. — Иногда прихожу сюда и жду.

Он не договорил, но мне и так все стало ясно. Та давняя встреча с погибшим отцом стала для Савелия единственной.

— А как ваша жизнь наяву? — спросил я, чтобы отвлечь его от невесёлых мыслей. — По-прежнему работаете архитектором?

— Я даже собираюсь открыть свою контору, — гордо улыбнулся Савелий. — У меня теперь много заказов.

— Ещё бы, — добродушно усмехнулся я. — Вы ведь теперь не просто строите дома, а создаёте их во сне. И они получаются именно такими, о каких мечтают ваши заказчики.

— Да, — кивнул Куликов. — Мне теперь даже редко удаётся поспать просто так для себя.

Он нерешительно посмотрел на меня.

— Вам и в самом деле всё это интересно, Александр Васильевич?

— Ещё как, — честно ответил я. — Мне интересна любая настоящая магия. Особенно такая непонятная, как сны.

— Я хочу вам кое-что показать, — решил Савелий. — Мне кажется, вам понравится.

Мы медленно пошли вдоль берега, стараясь не поскользнуться на гладких заснеженных камнях. Справа грозно шумело море. Я не видел его в ночной темноте, только слышал плеск воды. А ещё до нас иногда долетали холодные колючие брызги.

И вдруг из темноты проступили смутные очертания какого-то грандиозного здания.

Это была башня, сложенная из белого камня. Она стояла на самом берегу и тянулась округлой макушкой к низко летящим облакам.

Я задрал голову, чтобы получше её рассмотреть.

И вдруг на верхней площадке башни вспыхнул ослепительный зелёный свет.

На одно мгновение он выхватил из темноты каменистый берег и сердитые волны, а затем снова погас.

— Что это? — изумился я.