Император Пограничья 17 (СИ) - Астахов Евгений Евгеньевич

Четверо охранников за стеклянными дверями ещё не знали, что их спокойная послеобеденная смена вот-вот станет совершенно не скучной.

Я коснулся эфеса Фимбулвинтера на поясе — ему предстояло вновь испить крови.

Гильдия Целителей думала, что может угрожать мне детьми. Что может заставить меня отступить, сломаться, подчиниться. Они ошиблись. Сейчас они узнают, почему меня когда-то называли Неумолимым.

Глава 2

Стеклянные двери штаб-квартиры Гильдии выглядели солидно — толстое закалённое стекло в массивной стальной раме, способной выдержать удар тарана. Я почувствовал металл: болты крепления, петли, запорный механизм. Всё это было частью единой системы, и эта система сейчас принадлежала мне.

Я потянул силу из глубины своего естества и резко выбросил руку вперёд. Металл взвыл, словно раненый зверь. Петли вырвались из бетона вместе с кусками камня, рама согнулась пополам, а створки с грохотом влетели внутрь холла, снося на своём пути стойку охраны.

Один из охранников отлетел к дальней стене, не успев даже вскрикнуть. Второй попытался вскинуть автомат, но Ярослава уже была внутри — её Вихревой клинок рассёк воздух, и боец рухнул с разрубленным оружием и глубоким порезом на предплечье. Третий охранник метнулся к панели сигнализации, однако Сигурд оказался быстрее: швед швырнул небольшой метательный топорик, пригвоздивший кисть охранника к стене. Четвёртый попытался сбежать через служебную дверь, но Василиса вскинула руку, и каменная плитка пола вздыбилась, сбивая его с ног.

Четыре секунды. Четыре охранника. Обычные люди, не усиленные Реликтами — просто фасадная охрана для отвода глаз. Гильдия, очевидно, не ожидала, что кто-то решится на лобовую атаку посреди бела дня.

Радоваться лёгкой победе оказалось преждевременно. Служебная дверь справа распахнулась, и оттуда хлынул поток вооружённых людей в штурмовых комплектах: бронежилеты, шлемы, автоматы. За ними — четверо в такой же униформе, но с жезлами в руках, выдающим боевых магов.

Эхо камня не обнаружило их присутствия за этой стеной. И единственное объяснение, пришедшее мне в моменте, заключалось в том, что комната, где они сидели в засаде, была экранирована тонкой паутиной из вмурованного в камень аркалия. Чертовски дорогое удовольствие, но эффективное. Гильдия заранее подготовилась к возможному штурму.

— Вперёд! — рявкнул я, махнув рукой своим бойцам, когда пули застучали по моему барьеру.

Федот Бабурин уже вёл своих людей в атаку — они сопровождали нас от самого входа и теперь развернулись в боевой порядок, прикрывая фланги. С противоположной стороны холла, через чёрный ход, ударила вторая волна — Северные Волки во главе с криомантом Марковым. Синхронная атака с двух направлений, как и было запланировано.

Холл превратился в арену боя.

Первый маг противника — невысокий мужчина с бритой головой — вытянул руки, и между его ладонями затрещали электрические разряды. Молния устремилась ко мне, но Ярослава перехватила заклинание воздушным щитом, рассеивая энергию по спирали уплотнённого воздуха. Ответный удар её Вихревого клинка заставил электроманта отшатнуться, зажимая рассечённое до самого позвоночника горло.

Полина заняла позицию у колонны и развернула полупрозрачный водяной барьер, о который разбились автоматные очереди охранников. Капли превращались в тысячи ледяных игл под воздействием криомантии Маркова и летели обратно в стрелков, заставляя их укрываться за перевёрнутой мебелью.

Тимур работал справа от неё, использовав свой второй дар аэромантии вместо пиромантии. Он создавал локальные воздушные вихри, которые швыряли противников в стены с такой силой, что те теряли сознание от удара. Один из охранников попытался обойти гидромантку с фланга, но Черкасский послал в него уплотнённый кулак воздуха, отбросивший бойца на добрый десяток метров, заставив проскользить по облицованному плиткой полу с неприятным пронзительным звуком.

Я двинулся вперёд, не обращая внимания на пули, которые застывали вокруг меня свинцовым коконом. Взмах, и Фимбулвинтер послал вперёд волну холода, оставляя за собой шлейф инея, образующегося на полу, стенах и потолке. Каждый взмах превращал врагов в оседающие ледяные статуи. Бой длился не больше двух минут. Когда последний защитник рухнул, в холле воцарилась относительная тишина.

— Выживших — лицом в пол, — приказал я. — Связать и оставить под охраной. Остальные за мной

Бойцы принялись выполнять приказ, связывая выживших охранников.

— Выдвигаемся наверх, — скомандовал я. — Все вместе. На каждом этаже оставляем группу для контроля.

Мы двинулись к лестнице единой колонной: впереди я с Ярославой, Василисой и Сигурдом, за нами — гвардейцы Федота и Северные Волки Маркова. На втором этаже четверо бойцов нырнули в коридор, на третьем — ещё четверо. Методичная зачистка, как при штурме крепости.

На пятом этаже по всему зданию взвыла пожарная сигнализация — резкий, пронзительный звук, от которого закладывало уши. Кто-то из наших активировал систему по плану.

И тут же лестничные пролёты наполнились людьми. Офисные работники в деловых костюмах, секретарши на высоких каблуках, курьеры с папками — все они хлынули вниз, толкаясь и перекрикивая друг друга. Паника гражданских, типичная и предсказуемая.

Поначалу нам удавалось опережать этот человеческий поток — люди выбегали на лестницу уже у нас за спиной, с тех этажей, которые мы миновали. Шестой, седьмой — мы поднимались быстрее, чем они появлялись.

На восьмом этаже всё изменилось.

Ближайшие двери распахнулись — я не почувствовал присутствия врагов. Снова экранированные аркалием помещения, снова заготовленный Гильдией резерв.

Первое, что вылетело из дверных проёмов, — гранаты. Три металлических цилиндра, вращаясь, полетели к нашей группе.

Я вскинул руку, перехватывая контроль над смертоносным металлом. Гранаты замерли в воздухе, развернулись и устремились обратно, откуда их бросили. Тройной взрыв сотряс этаж, выбивая стёкла и поднимая облако пыли.

Из дыма ударили автоматные очереди. Я почувствовал каждую пулю — десятки кусочков металла, летящих к нам со смертоносной скоростью. Мимолётным усилием я создал перед группой невидимую стену, замедляя и отклоняя снаряды. Часть пуль упала к моим ногам, звеня о плитку, часть ушла в стены и потолок.

— Вперёд! — крикнул я. — Пока я держу!

Но враги оказались умнее, чем я ожидал. Автоматный огонь прекратился так же внезапно, как начался, и из кабинетов хлынули бойцы — не с огнестрелом, а с керамическими ножами и композитными дубинками. Они поняли, что наткнулись на металломанта, и оказались готовы.

В коридор хлынули бойцы — не просто охранники, а элитный отряд. Их движения были слишком быстрыми, слишком точными для обычных людей. Усиленные Реликтами, понял я по характерной вязкости их ауры. У некоторых на запястьях поблёскивали артефактные браслеты защиты.

Они ударили, не давая нам закрепиться на лестничной площадке, и бой выплеснулся в офисные помещения восьмого этажа.

Первый враг атаковал Сигурда с двух сторон: удар керамическим клинком в корпус и одновременный выпад вторым в горло. Швед принял оба удара на призрачный каркас медведя — лезвия скользнули по полупрозрачной шкуре — и ответил размашистым ударом секиры. Лезвие рассекло противника от плеча до рёбер.

Но боец Гильдии даже не дрогнул. Его глаза остались пустыми, равнодушными к чудовищной ране. Кровь хлестала из рассечённой груди, однако он продолжил атаку с прежней скоростью.

— Они усиленные! — крикнул я. — Бейте наверняка!

Мне пришлось повозиться с двумя противниками сразу. Я собрался вырвать автоматы из рук бойцов в дальнем конце коридора, но те уже отбросили бесполезное оружие. Эти двое атаковали меня керамическими клинками — материал, над которым я не имел власти. Оба двигались со скоростью, близкой к моей собственной под Воздушным шагом, а их артефактные браслеты частично гасили холод Фимбулвинтера.