Изгой Высшего Ранга IV (СИ) - Молотов Виктор

Таисии было по-настоящему страшно. Она стояла посреди незнакомого коридора и совершенно не понимала, где находится и как вообще очутилась здесь.

Люди в белых халатах сновали мимо, не обращая на неё внимания. Кто-то нёс папки с документами, кто-то разговаривал по телефону. Судя по виду, это какие-то учёные. На медиков уж точно не похожи.

Тело не слушалось. Таисия попыталась пошевелить рукой, но пальцы даже не дрогнули. Только глаза ещё подчинялись, и она смотрела из стороны в сторону, пытаясь хоть что-то понять.

На самом лице застыло каменное выражение. Словно она статуя. А внутри нарастала паника. Ведь вчера всё так хорошо начиналось.

После очередного сеанса с менталистом она наконец начала вспоминать, кто она такая. Вспомнила лица родителей. Мамины тёплые руки, папин низкий голос. Как они читали ей сказки перед сном в детстве.

Доктор в центре ФСМБ обещал, что с родителями обязательно свяжутся. И можно будет устроить посещение. Может быть, даже на следующей неделе. Таисия так этого ждала.

А потом в голове снова появился этот голос. И всё, что девушка с таким трудом вспомнила, начало расплываться.

Таисия пыталась сопротивляться. Цеплялась за образы родителей, за своё имя, за крохи памяти. Бесполезно. Голос был сильнее. Он заполнил её сознание целиком, вытеснив всё остальное.

И вот теперь она стояла здесь. В незнакомом месте.

Самое страшное — она понимала, что происходит. Раньше, когда голос полностью забирал контроль, Таисия просто отключалась. Приходила в себя где-то в другом месте, не помня ничего. Или же считала приказы господина своими собственными желаниями.

Сейчас всё было иначе. Она всё видела, всё осознавала. И не могла ничего сделать. Как будто заперта в собственном теле, смотрит на мир через стеклянную стену.

Это было жутко, но хотя бы не больно.

Дверь кабинета, перед которым она стояла, открылась. Оттуда вышел мужчина. Высокий, седой. Михаил Илларионович. Таисия откуда-то знала это имя, хотя не помнила, чтобы они знакомились.

— За мной, — бросил он, даже не глядя на неё. — Для тебя есть работа.

Ноги сами понесли её вперёд. Таисия не хотела идти, но тело не подчинялось ей. Она поспешила за господином, как послушная собачка за хозяином.

Коридоры сменялись один за другим. Лестницы, повороты, двери с кодовыми замками. Таисия пыталась запомнить дорогу, вдруг пригодится. Вдруг получится сбежать.

Глупая надежда. Она ведь и пальцем пошевелить не могла без разрешения.

Они спустились куда-то вниз. Здесь было холодно. А тусклые лампы едва освещали бетонные стены огромного подвала.

А потом Таисия увидела тридцать человек. Они стояли ровными рядами, плечом к плечу. Неподвижные. Молчаливые. С такими же каменными лицами, как у неё. Такие же куклы, как и она сама.

Таисия почувствовала, как внутри что-то сжалось. Перед строем мерцал разлом.

— Задание стандартное, — Михаил Илларионович зевнул, словно ему было скучно. — Выходите из разлома, сразу обращайтесь. И чтобы без даров не возвращались!

Без даров не возвращаться. Значит, они должны либо убивать магов, либо просто забирать их силу. Это знание всплыло в голове само собой. Точно так же, как способность обращаться настоящим чёрным монстром.

Она хотела закричать. Сказать, что не будет этого делать. Что она не убийца и не монстр.

Губы не разжались. Горло не издало ни звука.

Взгляд Михаила Илларионовича скользнул по строю. Как у человека, проверяющего исправность инструментов перед работой.

Таисия вмиг поняла: если она не принесёт дар, наказание будет страшным. Господин снова заставит её забыть всё. Сотрёт начисто личность и запишет поверх что-то другое.

Или хуже. Может, просто отправит на убой.

Первые ряды кукол двинулись к разлому. Один за другим они исчезали в свете портала.

Скоро её очередь.

Таисия смотрела на приближающийся разлом и чувствовала, как внутри, где-то очень глубоко, ещё теплится крохотный огонёк надежды.

«Я вспомню, — пообещала она себе. — Я обязательно вспомню. И тогда…»

Что будет тогда — она не знала. Но огонёк не гас. Пока что.

* * *

Выйдя после тренировки по пространственной магии, а сегодня она стояла последней в расписании, я заметил удивительную картину.

Прямо на выходе из полигона стоял Денис. В руках он держал коробку с пирожными и что-то высматривал.

— Это, наверное, мне? — я подошёл ближе, улыбаясь.

Хотя прекрасно понимал, что он вряд ли стал бы покупать мне сладости. Разве что ему что-то надо. Да и даже если так, Денис не стал бы действовать настолько в лоб. Не его стиль.

Значит, тут есть какой-то подвох.

— А… нет. То есть да. То есть нет, — он замялся, покраснел до ушей.

— Так да или нет? — прищурился я. — Смотрю, у тебя там шоколадные эклеры.

— Глеб, я тебя лучшими эклерами в городе угощу. Потом. Только отойди, пожалуйста.

Я быстро смекнул, в чём дело. Ну конечно, тренировка пространственного класса только что закончилась. А кто у нас в пространственном классе привлекает большинство мужских взглядов? Правильно: Маша.

— Ладно, удачи, — я хлопнул его по плечу и не спеша пошёл по тропинке дальше.

Но продолжил наблюдать, желая убедиться в своей догадке. Краем глаза, чтобы не палиться.

С полигона вышла Маша. Рыжие волосы собраны в высокий хвост, на лице — лёгкая усталость после тренировки. Она что-то говорила однокурснице, смеялась.

И тогда Денис сдвинулся с места. Он робко подошёл к рыжеволосой бестии — так я стал называть её в своих мыслях последнее время — и протянул девушке коробку с эклерами. Руки у него слегка дрожали.

— Это тебе, — услышал я его голос. — В честь… ну, просто так.

Я ожидал, что она примет подарок. Поблагодарит. Может, даже улыбнётся. Всё-таки эклеры хорошие, из той кондитерской на Тверской.

Но Маша смогла меня удивить.

— Я не принимаю подарки от незнакомцев, — она даже не притронулась к коробке.

— Меня Денис зовут, — он попытался спасти ситуацию. — Я в команде с Глебом.

Денис обернулся и указал на меня. Я тут же отвернулся, делая вид, что разглядываю очень интересное дерево. Ничего не вижу, ничего не слышу.

— Прости, но я не ищу знакомств, — Маша пожала плечами. — Ничего личного.

И пошла вперёд, даже не оглянувшись.

Денис остался стоять с коробкой в руках. Вид у него был примерно такой, какой бывает у человека, которому только что наступили на горло. Растерянный, подавленный.

Мне стало его жалко. Всё-таки он набрался смелости, подготовился. И получил отказ в самой холодной форме из возможных.

Поэтому я нагнал Машу.

— Слушай, у меня вопрос есть, — обратился я.

— Какой? — обернулась она.

— Обычно на мероприятия зовут плюс один. Ну, знаешь: друзей, знакомых.

— Хочешь привести девушку? — прищурилась Маша.

— Вообще-то друга. Девушка вряд ли к тебе пойдёт.

— Значит, девушка у тебя все-таки есть? — с неподдельным интересом спросила она.

— Да, есть, — кивнул я. — Просто она занята. А друг свободен.

Кажется, Маша слегка расстроилась. Хотя нет, вряд ли. Её вообще сложно читать. Отпетые преступники и те яснее выражают эмоции, чем некоторые женщины.

— Ладно, — она кивнула. — Приводи друга. Только чтобы вёл себя прилично!

— Договорились, — улыбнулся я.

Маша пошла дальше. Я вернулся к Денису, который всё ещё стоял на месте с коробкой эклеров.

— Ну что, угощай, — я забрал коробку из его рук. — Раз уж они теперь ничьи.

— Она меня даже не запомнила, — голос у него был убитый.

— Запомнит. На её дне рождения.

— Что? — Денис поднял голову.

— Ты идёшь со мной. Как плюс один.

— Серьёзно? — в глазах появилась надежда. — Ты это… ты правда договорился?

— Правда. Только веди себя прилично, иначе нас обоих выставят, — усмехнулся я.

— Глеб, ты лучший! — он чуть не бросился меня обнимать, но вовремя остановился. — Я твой должник!