— Дереку толстые не заходят. Запомним.
— Ого… Кто-то опять шутит?
— Знаешь, я не помню, когда в последний раз чувствовала себя… настолько счастливой. Даже дурацкая тревожность в глубине души просыпается… Ну, что у меня просто не может быть всё настолько здорово. — улыбнулась Амелия.
— Я постараюсь сохранить эти эмоции для тебя.
— Знаешь, кажется, теперь я поняла, почему тебя все считают дамским угодником.
— И почему же?
— Ты умеешь делать девчонок счастливыми несмотря ни на что. К примеру, большинство парней бы сейчас проигнорировало моё пожелание поехать в «Мак». Скажу больше, они бы даже не стали на твоём месте заморачиваться насчёт Дяди Рубена. Мол, не их проблемы. Но ты… Ты в этом плане особенный. Расскажи, в чём твой секрет?
— Я люблю, когда красивые девчонки радуются.
— Правда? — Амелия явно была смущена: — Ладно… Честно, я не совсем понимаю, как реагировать на некоторые твои… фразы. Просто, в моих книгах, как правило, после подобных слов мужчина набрасывался на героиню и срывал с неё бельё зубами… Но ты же совсем не такой.
— О… Мы с тобой друзья. Я никогда на тебя не наброшусь.
— Всё равно смущает. Ощущение, словно ты мне врёшь.
— Естественно. Частенько представляю тебя в красном бельишке и чулочках перед сном.
— Эм-м-м… Как ты догадался, что оно красное?
— Тыкнул пальцем в небо.
— Серьёзно? Ну, ты даешь! — Амелия звонко засмеялась… Это было настолько мило, и в тоже время необычно. Её смех напоминал звон маленьких колокольчиков: — Я уж чуть было не подумала, что ты следишь за мной.
— С удовольствием! Но кто тогда будет готовиться за меня к парам и дуэлям?
— Действительно. Да и Снежа сделала бы тебе а-та-та. Однако, возле моего окна сточная труба… И можно залезть так, чтобы никто не заметил. Ой… — Госпожа Симонова вновь покраснела, как помидор.
— Это приглашение?
— Нет! Конечно, нет… Ляпнула, не подумав.
— Печально, но ладно. — усмехнулся я.
— Опять смущаешь… — Амелия взяла дольку картофеля, чтобы поскорее перевести тему, а затем вновь включила режим урагана, уничтожив всё под чистую: — Вот это да!
— Вкусно?
— Погоди… Сейчас сформулирую. — Госпожа Симонова закрыла глаза, а затем начала: — Картофель фри — золотые палочки волшебства! Хрустящая корочка скрывает пушистую сердцевину, а соль танцует на языке фламенко. Каждая соломка — это маленькая история о том, как обычная картошка превратилась в произведение искусства! Но я всё же поставлю ей восемь из десяти.
— Почему?
— Местами пересолёно. Можно сделать лучше.
— Ладно. Тут полностью согласен. Просто уточнил. Что дальше?
— Хочу попробовать вот эту прелесть… — Амелия придвинула к себе стаканчик с молочным коктейлем: — Пахнет, как сливочное мороженое с клубничным ароматизатором.
— Возможно, так оно и есть. Честно — не читал состав.
— Правда? — удивилась Госпожа Симонова: — Но… как можно не читать состав блюд в заведении, куда приходишь есть? Это… странно. Разве нет?
— «Мак» — уже половину века работает по отточенным стандартам. Заядлые путешественники всегда говорят, что, если оказался в незнакомом городе и надо срочно перекусить — дуй в «Мак». Там точно не отравишься.
— Правда? Никогда об этом не слышала. — Амелия попробовала коктейль и явно увидела кино. По крайней мере, мне так показалось: — Волшебно! Это сладкое облако детства! Розовая мечта принцессы… Такая ярко-клубничная и воздушная. Кажется, я пробовала нечто подобное однажды… Но это было настолько давно, что я уже и не вспомню. Десять из десяти!
— Ого! Высший балл?
— Да! За вкус детства…
— Хорошо. А мы подобрались к самому опасному обманщику из меню «Мака». Вишневый пирожок.
— Почему он опасный обманщик?
— Потому что может с лёгкостью подпалить твой драгоценный язык. Его нужно есть очень аккуратно! Каждый, кто приходит в «Мак» в первый раз — проходит испытание вишневым пирожком. Ассасину отрубают безымянный палец. А первопроходцу «Мака» — обжигают язык и нёбо!
— Ужасно… Но почему так небезопасно?
— Пирожки жарят в масле при огромной температуре. Причём, делают это при тебе. Он чисто физически не успеет остыть, пока ты ешь бургер и картошку с наггетсами.
— И что же делать?
— Расскажу секрет. — я вытащил свой пирожок, а затем аккуратно проколол трубочкой из-под колы: — Тесто повреждено! И температуру больше ничего не сдерживает. Буквально минута… И он будет готов к употреблению. А пока можешь дать оценку местной «Царь-коле».
— Хорошо. — Амелия внимательно осмотрела стакан, на котором уже выступил холодный конденсат: — Она со льдом?
— Ну, естественно. Это фишка всех подобных заведений.
— Хорошо. — Госпожа Симонова сделала глоток: — О… «Царь-кола» шипит пузырьками радости! А её карамельная сладость играет на рецепторах, как джаз в ночном клубе. Каждый глоток — это маленький праздник, который смывает все печали дня… Десять из десяти. И ты знаешь, что самое странное?
— Что же?
— Я пробовала колу. Она совершенно другая! Здесь чёткое разделение между концентрированным вкусом и водой. То есть, я словно спускаюсь по горке-завитушке в аквапарке. То вода, то кола. То вода, то кола. И эта игра мне очень нравится! А вот у обычной просто вкус и всё.
— Говорят, здесь подают концентрированный сироп, и просто смешивают его с содовой.
— Ого! Теперь всё понятно. Кстати… — Амелия взглянула на пирожок: — А его уже можно есть?
— Думаю, что сейчас — можно. Но аккуратнее! Пирожок всё равно может тебя подставить.
— Хорошо… — Амелия вновь стала максимально осторожной. Кусала настолько медленно, что была похожа на нейрохирурга, который орудовал миниатюрным скальпелем. Сперва мне показалось, что это очень плохая затея. Даже заядлые ходоки в «Мак» ошибаются и получают мощнейший сквирт раскалённой вишневой лавой! Однако Госпожа Симонова с успехом справилась: — Ого! Это же… Самый настоящий маленький рубиновый клад, спрятанный в золотистую, воздушно-хрустящую оболочку! Нежнейший пласт теста, будто тёплый солнечный луч, обнимает внутри себя пульсирующую вишнёвую начинку. Открываешь его, а оттуда мощным взрывом вырывается аромат, напоминающий о первых летних ягодах, собранных с палисадника в детстве! Этот пирожок, словно маленькая лирическая баллада о лете и уюте, которую можно съесть за пару минут, а воспоминания о ней останутся долгим послевкусием… Короче, пирожок с вишней — это маленький билет в мир вкусного счастья, где даже сладкая кислинка может улыбнуться и пригласить тебя на танец. Двенадцать из десяти!
— Даже так? Удивительно. А как тебе «Мак» в целом?
— Необычно. И очень интересно! Здесь всё такое яркое… Кричащее! Напоминает те забавные штучки из «Алисы в Стране Чудес». Типа «Выпей меня» или «Съешь меня». Я в восторге!
— Очень рад за тебя. Но ты хоть встать-то сможешь?
— Смеешься? Конечно, могу… — Амелия с очень большим трудом поднялась из-за стола: — Хотя, нет. Ощущение, что по приезду мне нужен будет «Мезим». Я объелась. Но я счастлива! Но объелась… Прям жёстко.
— Попытаюсь ехать медленно и без резких движений. Прошу, моя госпожа! — я протянул девушке руку.
— Ох… Спасибо тебе большое. Но жадность и любопытство меня сгубили. А ты так и не съел свои бургеры!
— Поверь, я лучше подольше посплю и съем всё это на завтрак.
— Тоже верно. Ого! Времени третий час! Надеюсь, меня не потеряли…
— Вот сейчас и проверим.
* * *
Я всегда говорил, что пища должна быть самой разнообразной. А среди народа бытует мнение, что шефы не едят фастфуд. Ага… Как же? Едят и ещё как! Даже экстре это понравилось.
Несмотря на то, что «Мак» и всё подобное ему относилось к разряду «вредной пищи», я искренне считал, что мера определяет быть веществу полезным или нет. То есть, если не злоупотреблять прелестями быстрой еды — можно изредка себя побаловать. Так сказать: немного раздраконить вкус.
