Дикий артефакт - Угаров Виктор Иванович

Студент, стараясь не шуметь, вернулся в номер. Подруга лежала на животе, вытянув руки вдоль тела. Нехорошо так думать, но ведь – бревно бревном! И дела ей нет до мировых проблем.

Он тихонько потряс ее за плечо.

– Чего тебе, неугомонный? – приподняв голову, сонно спросила девушка.

– Где мы с тобой встречали слово «саркофаг»? – зашептал Антон. – Только не на русском, а на латыни? Вспомни!

Девушка пожевала губами и разлепила наконец веки. Она вытащила наружу серебряный медальон, который висел у нее на цепочке. Вещица, хорошо знакомая студенту. Анюта говорила, что медальон у нее был всегда, еще с младенчества. Нечто вроде сиротского наследства. Она со щелчком откинула овальную крышку и достала оттуда два кусочка пергамента с обгорелыми краями.

– А теперь изыди, сатана, – проворчала Анна и уронила лицо в подушку.

Антон быстро ретировался на кухню. Он залпом допил остывший кофе и осторожно положил на стол два обгоревших клочка.

Ну конечно, как он мог забыть! В свое время они вместе пытались расшифровать набор слов и выражений, написанных на пергаменте. Написанных по-латыни, аккуратно, убористым почерком. Анюте тогда очень хотелось хоть что-нибудь узнать о своих предках. Но бессмысленный набор слов довольно быстро охладил пыл Антона. А подруга еще где-то с месяц, из чистого упрямства, возилась со словарями и наконец забросила это дело.

Антон вспомнил, что слово, похожее на «sarcophagus», они нашли на более маленьком клочке. Вот оно! Можно было различить «sarcophag…» и слегка тронутое огнем «u». Еще там было несколько слов, и среди них «vigor» – жизненная сила. Та ли это Сила? Бог весть.

Но «черный археолог» в душе студента забил в набат.

Конечно же, слабая версия, хиленькая. Но вдруг это те самые остатки текста-ключа, уничтоженного учеником Трусливого мага? Не поленился же тот предок, который нашел «Исповедь», поворошить еще и пепел в очаге и вытащить эти кусочки. Минимум информации, но зато как завлекательно: писано-то свидетелем Великой битвы! Зачем их хранили предки Анюты – вопрос бессмысленный.

У подруги не было фамильного прошлого. Совсем.

Обрывки слов и предложений, бледно-коричневые от времени, ничего не давали ни уму, ни сердцу. Антон, неплохо знающий латынь, решил подойти к делу основательно. Он пошарил на кухне и разжился парой каких-то пыльных бланков. Слава богу, их оборотные стороны были пустыми. Нашелся и огрызок карандаша.

Студент попытался еще раз, как он это уже делал раньше с Анютой, воспроизвести на русском хотя бы смысл словосочетаний из обрезанных огнем предложений. Для слов из первого, самого маленького куска пергамента, не считая «sarcophagus» и «vigor», у него получился столбик возможных смыслов:

«…куцая сплетня с запада…»

«…сплетня, пущенная на запад коротким путем…»

И еще десяток вариантов.

Для второго куска пергамента, побольше, получились варианты совсем уж невразумительные, скорее, похожие на заклинания:

«…синее пламя отнимет холод у черного льда и спрячет его…»

«…синий огонь согреет черный лед и укроет его…»

Бред сивой кобылы в переводе с латыни!

Антон выключил планшет и сунул исписанные бланки в карман. Туда же отправились и клочки пергамента.

Что-то не давало студенту покоя, свербело где-то в подкорке. Или это из-за избытка кофеина в мозгу?

Фактов, фактов не хватает катастрофически! Сплошные домыслы. Как их там? Сплетни с запада. Сплетни и слухи.

А слухами, как известно, земля полнится.

Его как будто саданули обухом по голове.

Слухи! Ну конечно же, в земле под Псковским кремлем полно «слухов»! Древнее слово «слух» – подземный ход, прорытый для выслушивания чужаков: не делает ли где-нибудь неприятель подкоп?

Вот тебе и сплетня с запада! Очень похоже, что произошла путаница от двойного перевода. Известная лингвистическая шутка: переведи Пушкина на английский и дай другому перевести обратно на русский – что получится? Правильно, несуразица и глупость.

Было похоже, что Трусливый маг за стенами древнего Пскова выведал у русских название подземных коридоров – «слухи» – и при переводе напутал. Подобрал латинский оборот, соответствующий понятию «слух, распространять слухи, сплетни». Вместо «слух, слушать, подслушивать врагов».

Что в кремле на западе? Башни и стены с воротами между башнями, как и в других частях крепости. Вот под ними-то и нарыты «слухи». Не так уж много, кстати. Конечно, сектор поиска сильно сужается: только «слухи» на западе, и все.

Антон заметался по кухне.

Но и это все – не то, не то, не то!

Сюда, в Псковский кремль, слетелись не просто сильные маги, а умные долгожители. Мозги-то у них есть! Наверняка кто-то уже догадался, в каком месте искать. Только держал свою догадку при себе. А если проболтался, то, возможно, и сгинул.

Воображение легко подбросило картинку: веселый дозорный из Парижа распускает перья, как галльский петух, перед улыбчивой американской ведьмой. И где он сейчас?

Опять в голову пролезло: пойди туда – не знаю куда, найди то – не знаю что.

Но мы-то знаем – что. А вот «пойди туда – не знаю куда»? Артефакт точно в одном из «слухов», но его там нет! Есть и нет, есть и нет, есть и нет…

У Антона перехватило дыхание. Второго удара обухом по голове можно и не пережить.

Сумрак, прах его побери!

Его разбудил хлопок по спине.

Антон поднял голову. Оказывается, он заснул прямо за кухонным столом, уронив голову на руки. Над ним стояла, ехидно щурясь, Анюта, а вокруг суетились жильцы гостевого дома «На Покровке».

– Еще один новичок довел себя до истощения умными мыслями, – сказал проходящий мимо Антона парень. – Мы все через это прошли. А я, кажется, начинаю спиваться.

Он потряс банкой пива в руке.

– Еще есть? – сипло спросил Антон и показал на банку.

– Ладно, мыслитель, – сказала Анна. – Бери пиво и пошли завтракать. Тут неплохо кормят.

Дальше студент Анненский вел себя как робот. Он что-то жевал и пил, улыбался и отбивался от насмешек пестрой компании Иных. Поучаствовал в обсуждении последних сплетен. Оказывается, где-то в городе нашли тело одного из пропавших жильцов гостевого дома: ему свернули шею.

– Что будете делать? Полезете рыскать по подвалам? – весело и очень вовремя задала вопрос девушка-оборотень из Минска.

Антон встрепенулся и изобразил смущенную улыбку:

– Вы нас так запугали, что сначала надо все обдумать. Давай прогуляемся, дорогая, подышим свежим воздухом. Ты не против?

Антон подхватил недоумевающую подругу и повлек ее в гостиничный номер. Там он показал ей свои записи и коротко объяснил суть. Основную мысль он придержал, опасаясь чужих ушей.

Они перешли по мосту через реку Великую, скованную льдом, и углубились в жилые кварталы. Вокруг были простые многоэтажки, кое-где украшенные к Новому году. Во дворах попадались снеговики и маленькие снежные горки, на которых суетилась детвора.

Современный город, современные люди. Никаких древних тайн и мистики.

Первой молчание нарушила Анюта предельно коротким вопросом:

– Ну?

– Я знаю, где искать «дикий артефакт», – не стал он тянуть. – И знаю, как его надо искать.

Анюта споткнулась на ходу. Но молча, и выражение ее лица не изменилось. Антон поддержал подругу под локоть и продолжил:

– Я объясню. Следи за моими рассуждениями и поправь, если я ошибаюсь. Мы не знаем размеров артефакта, но он невелик: колдун держал его в руках, пока закачивал Силу. Я прав? – Анна кивнула. – Энергии в предмете, как в атомной бомбе. Как ты думаешь, он будет фонить магией?

– Как фонарик, причем яркий. – Она приостановилась. – Тогда бы его нашли много лет назад!

– Молодец, в точку. – Он повлек девушку дальше. – Но на всех уровнях Псковского кремля, от крыш до подземелий, нет даже следов магии. При этом «дикий артефакт» просто обязан там быть, если верить «Исповеди».