Бывает и хуже? Том 8 (СИ) - Алмазов Игорь

— Вот и умница, — кивнул я. — Допивай чай и иди отдыхать. А карты завтра отдашь в четырнадцатую, как обещала.

Полина благодарно улыбнулась, допила свой чай, собрала карты обратно в колоду и ушла. А я остался один в ординаторской.

Всё-таки что-то в этих картах было. Может, и совпадение, но слова про две судьбы передавали суть довольно точно. Интересно.

Покачав головой, я вернулся к документам. Работу за меня всё равно никто не сделает, какие бы расклады там ни были.

Ночь прошла довольно спокойно, хотя несколько раз я всё же спускался в приёмное отделение. Утром сдал дежурство Агишевой и отправился по традиции в столовую. Недостаток сна я в такие дни всегда компенсировал завтраком.

Взял себе овсяную кашу, омлет и кофе. И принялся за заслуженный завтрак. Хорошо-то как! Тишина, никто не кукарекает, никто не гадает на картах.

Идиллия, впрочем, длилась недолго.

К моему столику неожиданно подсела курносая Кристина. Та самая медсестра Шарфикова, которая когда-то подставила Лену с деньгами, распускала про неё гадкие слухи и вообще всегда была в команде Татьяны Александровны. Не самая приятная личность, мягко говоря.

Со мной она тоже старательно создавала неприятные отношения, хотя мне на это было всё равно. Я просто по минимуму обращал внимание на эту медсестру.

Вид у Кристины был непривычный. Какой-то смущённый, даже виноватый. Ух ты, а она вообще умеет смущаться?

Кристина мялась, теребила край халата и явно не знала, с чего начать.

— Александр Александрович, — наконец, выдавила она. — Я… я хотела извиниться.

Так, вот это поворот. Я даже ложку с кашей назад положил и внимательно посмотрел на неё.

— Слушаю, — сказал я.

— За всё, — продолжила Кристина. — За те слухи, которые я про вас распускала. За подставу с деньгами. За то, что вечно лезла, куда не просили. Мне Юлия Сергеевна объяснила… что я вела себя неправильно. И я хочу всё исправить.

Ага, вот оно что. Юля, значит, поработала над головой Кристины. Оперативно она, умничка. Не только на участке бардак разгребает, но и медсестру взялась воспитывать.

— Я на тебя зла не держу, Кристина, — спокойно ответил я. — Люди меняются, и это хорошо. Но извиняться тебе нужно не передо мной.

Она вопросительно посмотрела на меня.

— А… перед кем?

— Перед Леной, — пояснил я. — Это её ты обидела сильнее всего. И причём не один раз. И это перед ней тебе стоит извиняться. А я не обижаюсь.

Кристина опустила голову и медленно кивнула.

— Вы правы, — тихо сказала она. — Я поговорю с ней. Сегодня же, прямо сейчас найду её и извинюсь. Спасибо вам, Александр Александрович.

— Не за что меня благодарить, — усмехнулся я. — Надеюсь, такого и правда больше не будет.

— Не будет, — клятвенно заверила Кристина. — И… мне вам кое-что рассказать надо.

Она понизила голос и опасливо огляделась по сторонам. Так, сейчас будет что-то интересное.

— Про Татьяну Александровну, — тихо добавила она. — Вы же знаете, что она вас… недолюбливает. Мягко говоря.

О, это очень мягко говоря. Татьяна Александровна просто мечтала выжить меня из больницы. И у неё это уже почти получилось, собственно.

— Знаю, — кивнул я. — И что с того?

— Я ведь долго в её команде была, — Кристина смущённо потупилась. — Всякое слышала. И вот что я вам скажу. Дело не только в том, что вы ей просто не нравитесь. Хотя это тоже, конечно. Но тут ещё кое-что есть.

Очень уж интересный поворот получался. Мотивы Татьяны Александровны меня, признаюсь, давно занимали. Слишком уж рьяно она копала под меня, не по злобе одной такое бывает. Я недавно узнал, что она тоже хотела быть врачом. Но и этого для мотива было как-то мало.

— У неё сын есть, — продолжила Кристина. — Виталик. Тоже врач, терапевт. С которым она меня хотела… В общем, неважно. Он работает в Саратове терапевтом, но карьерных перспектив там никаких. И вот она спит и видит, чтобы его сюда перевести. Но разумеется, не просто на должность терапевта, а куда-то получше. Понимаете?

Ага. Кое-что начинает проясняться.

— На место заведующего терапией, — кивнул я.

— Вот именно, — Кристина закивала. — Она ещё с прошлого года под Виталика своего место готовила. Тамара Павловна уже давно выгорела, и Татьяна Александровна нет-нет, да говорила, что хорошая кандидатура на замену есть. А Лаврова как-то с этим Виталиком поговорила… и поняла, что кандидатура отнюдь не хорошая. И сказала тогда Татьяне Александровне, что уж лучше она на этом месте останется навечно, чем отдавать отделение такому заведующему. А тут словно из ниоткуда ты резко поменялся и в глазах Татьяны Александровны начал свою игру вести.

Свою игру. Это значит просто хорошо работать и делать всё по соображениям совести. Забавно.

Теперь мотивы Татьяны Александровны стали гораздо понятнее. Вот почему она так взъелась.

— И когда вас в заведующие назначили, она просто рассвирепела, — Кристина передёрнула плечами. — Я её такой злой никогда не видела. Сказала, что вы тут долго не задержитесь. Что она об этом лично позаботится.

— Понятно, — кивнул я. — Что ж, Кристина, спасибо за информацию.

— Я с ней больше не буду, ну… иметь дел, — торопливо добавила девушка. — И… вы хороший врач. Простите ещё раз. А перед Леной я извинюсь.

Я кивнул ей и улыбнулся. И Кристина ушла.

Вот и раскрылся ещё кусочек тайны Татьяны Александровны. Снова в моей жизни всплывает тема матерей и детей. Впрочем, тема детей преследует меня уже плотно. Забавно.

Через неделю я отсюда уйду, и формально мечта Татьяны Александровны сбудется. Если я не найду подходящего заведующего, она тут же придёт к Кречетову со своей кандидатурой.

Но ему ещё предстоит пройти отбор у нашего строгого главврача. Шансы у него есть, всё-таки человек новый, наверняка с рекомендациями приедет. Но и Кречетов не дурак.

Вот только сдаваться просто так я не собирался. И спокойно отдавать отделение в руки какого-то блатного Виталика тем более.

Я успел съесть свой омлет и сделать глоток кофе, как у меня зазвонил телефон. Савчук. Мне сегодня решительно не дают просто позавтракать. Она срочно вызвала меня к себе, так что я поспешил в главный корпус.

Савчук сидела над горой документов.

— Александр Александрович, проходите, садитесь, — сказала она. — У меня к вам срочное и важное дело.

— Слушаю вас, — я сел напротив.

— Сегодня в Саратове проходит конференция, — начала Савчук. — По новым препаратам в фармакологии. Очень серьёзное мероприятие, областного уровня. И от каждой больницы должен присутствовать представитель.

— А я тут при чём? — уже заранее зная ответ, спросил я.

— А при том, — Савчук посмотрела на меня в упор. — Изначально ехать должен был кто-то из стационара. Но там сейчас все заняты по горло. У хирургов операции, терапевты на дежурствах, аврал полный. Ехать просто-напросто некому. Поэтому я решила, что поедете вы. Вы заведующий терапией, были на той конференции в Питере. В препаратах разбираетесь лучше всех в нашей больнице, я это знаю точно.

Я тяжело вздохнул. Ну вот, приехали.

— Елизавета Михайловна, у меня сегодня приём, — сказал я. — Вызовы на участке. Куча текущих дел, я их планировал…

— Приём раскидают по другим врачам, — тут же отрезала Савчук. — Не первый раз уже такое.

— У меня последняя неделя, вы же знаете, — напомнил я.

— Знаю, — вздохнула Савчук. — Прекрасно знаю. Но эта конференция важна для больницы, для нашей репутации в области. И мне нужен человек, который не опозорится, а покажет себя достойно. Вы же хотите оставить нас с хорошей репутацией?

Ой, ну и хитрая она всё-таки женщина!

— Умеете убеждать, — хмыкнул я. — Ладно, поеду я на эту вашу конференцию.

— Вот и замечательно, — Савчук довольно улыбнулась. — Я знала, что на вас можно положиться. Письмо я им отправила, направление сейчас подготовлю. Машину с водителем тоже организую. У вас полчаса на сборы.

У меня такое чувство, что она заранее знала, что я соглашусь. Скорее всего, так оно и было.