— Говорят, ты — лучший мечник, — сказал он. — Тут такое дело. Я тоже мечник. Как насчет того, чтобы проверить?
Мусаси улыбнулся.
— Лишняя скромность вредит харизме мужчины. Поэтому я признаю, что лучший, сильнейший и самый крутой. — сказал он.
Мусаси был уверен, что раз он сильнейший мечник, то мне нечего бояться других мечников. Ведь он по определению сильнее каждого, кто пользуется мечом.
В ответ на его самоуверенные слова Винтер вытащил кроваво-красную катану. Клинок будто вздохнул, когда вышел из ножен. Края сияли рубиновым светом, резонируя с воздухом.
— Красивый меч, — заметил Мусаси. — Не оружие, а гордость. Такой меч достоин, чтобы его носил сильнейший мечник! — шире улыбнулся он. Как его зовут?
— Я не любитель давать мечам имена. Но этот меч получил имя до того, как попал в мои руки. Его зовут — Руби Роуз.
— Меч без имени ничем не отличается от палки! — нахмурился Мусаси.
— Главное, чтобы резал, — ответил Винтер.
Тишина.
Одно дыхание. Второе.
На третьем они двинулись.
Первый удар Мусаси был почти невидимым. Просто воздух раскололся.
Винтер ушёл в сторону, чувствуя, как по плащу скользнула тонкая линия — даже ткань задымила от касания.
Он ответил рубящим взмахом. Клинок прошёл дугой, оставив след света. Земля за Винтером разошлась, будто кто-то чертил лезвием линию горизонта.
Мусаси сделал шаг вперёд.
Мечи встретились.
Звук — короткий, сухой, как удар молота по камню.
Мусаси оттолкнул его, шагнул ближе.
— Твой меч звучит как песня. Но песни не убивают, — сказал он.
— Тогда слушай куплет до конца, — ответил Винтер.
Он поднял Руби Роуз обеими руками и сделал круговой удар. Воздух взорвался красной дугой.
Мусаси отразил. Но не успел контратаковать — следующая волна шла сразу. Слэш за слэшем, каждый мощнее предыдущего. Каждое движение меча Винтера оставляло в воздухе огненную линию.
— Хорошо, — сказал Мусаси, перехватывая меч. — Очень хорошо.
Он исчез. Появился сбоку. Удар — чистый, как сама сталь.
Винтер встретил его. Искры взметнулись, уши заложило от звона.
И снова шаг. И снова встреча.
Два клинка мелькали, как вспышки молний.
— Неужели это всё? — спросил Мусаси. — Ты дерёшься, как человек, который хочет проверить силу, а не выжить.
— Почти угадал, — ответил Винтер. — Я дерусь, чтобы уважить того, кто умеет держать меч.
Мусаси чуть улыбнулся.
— Тогда покажи уважение как воин. Полной силой.
Винтер кивнул.
Вдох.
— В таком случае, вскоре все закончится. — предупредил он его.
Воздух стал тяжелее. Сила прошла по венам, как лавина.
Меч вспыхнул — огонь прошёл вдоль клинка. Красный свет стал ослепительным.
Мусаси не отступил.
— Вот теперь — правильно.
Они сошлись.
Первое столкновение — глухой взрыв. Волна силы смела всё вокруг. Камни под ногами поплыли, пыль взлетела стеной.
Второе столкновение — вспышка, от которой дрогнуло небо.
Винтер двинулся первым. Клинок описал широкую дугу. Волна пламени прорезала землю, оставив оплавленный след.
Мусаси прыгнул, уходя вверх, и в воздухе ударил дважды. Две линии света пересеклись крестом и обрушились вниз.
Винтер поднял меч, принял обе. Руби Роуз застонала от напряжения, но не треснула. Он сделал шаг вперёд, затем ещё.
Каждый взмах — пламя и удар. Каждое движение — разрушение пространства вокруг.
Мусаси ответил тишиной. Его удары были чище, быстрее. Там, где проходил его клинок, воздух звенел, как струна.
Ни один не уступал.
Но силы были неравны.
Винтер усиливался с каждой секундой — дыхание дракона внутри рвалось наружу. Земля плавилась, одежда горела, но он не останавливался.
Мусаси понял.
Он сделал шаг назад, опустил меч.
— Достаточно, — сказал он спокойно. — Я вижу.
— Что видишь? — спросил Винтер.
— Что мой меч — всего лишь сталь, — ответил он. — А твой — воплощение огня.
Он кивнул коротко.
— Я доволен. Спасибо, что позволил умереть с мечом в руке.
Винтер остановился.
Пламя на клинке погасло.
— Уважение взаимное, — сказал он.
Мусаси улыбнулся в последний раз.
Когда он упал, его тело не ударилось о землю. Просто рассыпалось серебряной пылью.
Руби Роуз тихо звякнула, возвращаясь в ножны.
— Великий мечник, — произнёс Винтер. — И всё-таки человек.
Он развернулся и ушёл, оставив после себя обугленную землю и тихий запах железа.
* * *
Глава 31
Артур стоял у развалин старого замка. Когда-то здесь был тронный зал — теперь только обугленные стены и холодный ветер. Меч покоился в руке, рукоять потемнела от времени, но лезвие всё ещё светилось. Экскалибур.
Он держал его не как реликвию, а как часть себя.
— Это место… — он не верил своим глазам.
Артур никогда не думал, что вернется в этот замок.
— Знакомая картина, не правда ли? — послышался голос.
Винтер вошёл через пролом в стене, который некогда оставил Ланселот, пытаясь показать свою новую технику броска копья.
— Король Артур, — сказал он. — Падший рыцарь, который не смог защитить свое королевство. Поговаривают, что Король Рыцарей покоится в землях Фей и когда-нибудь вернется. Но, похоже, история немного исказила правду.
Артур повернулся.
— Ты многое знаешь. — сказал он.
Артуру не терпелось броситься в бой. Но он понимал, что враг может оказаться слишком опасным.
— Так кто не слышал о Короле Артуре? Ты ведь один из тех, кто олицетворяет собою концепцию Героев. А твой меч ассоциируется с Великим Артефактами Древности. Конечно я разузнал о тебе.
Артур шагнул ближе. На лице не было злобы. Только твёрдость.
— Ты считаешь себя свободным. Но ты раб своих желаний. Я — раб долга. И я выбрал это сам.
На что Винтер усмехнулся.
— Интересный способ оправдать клетку. — с вызовом сказал он. — Раб долга. Раб желаний. Все это — просто слова. По факту — мы с тобой просто враги, которые убеждены, что должны прикончить друг друга. Вот все, что имеет значение.
— Похоже, ты меня не поймешь. — вздохнул Артур.
Молчание.
Два шага между ними.
Экскалибур дрогнул, будто отзовясь на присутствие противника. Руби Роуз ответил тихим гулом.
— Говорят, ты был лучшим, — сказал Винтер. — Покажи.
— Сначала — вопрос, — ответил Артур. — Когда ты убиваешь, чувствуешь хоть что-нибудь?
На что Винтер немного помрачнел, после чего улыбнулся.
— Если противник достоин — да.
Артур кивнул.
— Тогда я доволен.
Он поднял меч. Свет вокруг изменился. Камни под ногами стали ровными, словно поле боя. Всё лишнее исчезло.
— Моё Проявление, — сказал он. — «Слово короля». В зоне моего влияния существуют только мои законы.
Винтер ощутил, как воздух стал вязким. Каждое движение — как сквозь воду.
— И какие у тебя правила?
— Прямые. Никаких хитростей. Только меч и честь.
— Прямо как я не люблю, — хмыкнул Винтер.
Он достал Руби Роуз. Лезвие зазвенело, оставляя рубиновый след.
Мир сузился до двух фигур.
Первым пошёл Артур. Без предупреждения. Удар — чистый, как команда. Винтер отбил. Удар снова. Второй, третий. Каждый шаг короля был выверен.
Сила шла не от тела, а от воли. Каждое движение диктовало пространство. Воздух звенел.
Винтер ответил. Рубиновые слэши прорезали зал, оставляя на стенах оплавленные шрамы. Артур отразил их одной рукой, не теряя равновесия.
— Ты бьёшься, как буря, — сказал он. — А буря без смысла.
— А ты дерёшься, как девчонка, — ответил Винтер. — А девчонка — это девчонка. — хмыкнул он. — Видишь, я тоже так могу!
Они столкнулись. Клинки ударились, металл скрежетнул, под ногами разошлась трещина.
Экскалибур сверкнул — и Винтер почувствовал, как сила закона пытается вдавить его в землю. Мир сопротивлялся ему.
