Между добром и злом. Том 8 (СИ) - Кири Кирико

И причина, почему они пришли сейчас и раскрыли предложение директора, скорее всего, в том, что со специальной службой им банально выгоднее сотрудничать, когда другие на последнем издыхании. Да и компромат никуда не делся. И настало время…

Как там говорят? Мягко намекнуть, что пора объединяться?

— Я понял, — кивнул Вайрин. — Только твоему отцу стоило самому прийти и предложить это.

— Ой, будто ты не знаешь, кто обычно бегает между семьями с подобными предложениями, — фыркнула Атерия.

— Знаю.

— Ну а чего тогда спрашиваешь? — она огляделась, прошла по кабинету и обернулась к Вайрину. — Когда ты вернёшься?

— Как только нас перестанут пытаться убить.

— Тебя бы не убили. Всё-таки, ты мой муж.

— Убили бы тех, кем я дорожу, — ответил Вайрин.

— Эту твою подружку, я права? — фыркнула Атерия недовольно. — Мы муж и жена так-то. Я знаю, что вы, мальчишки, свободолюбивые и иногда любите гоняться за любовью из своего прошлого, но…

— Да какая любовь? Она — товарищ, а не подружка! Но я и не о ней беспокоюсь.

— О том старике?

— Этот старик и тебя, и меня пополам может сломать, Атерия, — хмыкнул он. — А потом и охрану, которая снаружи у твоей кареты стоит.

— Да ладно тебе. Ты и не справился бы с ним?

— Ты даже не представляешь, какой там мужик, поверь мне, — покачал Вайрин головой.

— Ясно, домой ты пока не собираешься… — вздохнула она, после чего озорно посмотрела на него, совсем чуть-чуть приподняв юбку. — Но я соскучилась. Может… обнимешь меня?

— Как-то на тебя это не похоже, Атерия, — прищурился он.

­— Скорее, не похоже на моего Вайрина, которого не остановило то, что это был винный подвал моих родителей, — лукаво прищурилась Атерия. — Или ты так устал, что хочешь теперь мира и спокойствия?

— Естественно, я хочу мира и спокойствия, — ответил он… расстёгивая ремень.

Кондрат сидел в общем зале сыщиков, когда их парочка вышла из кабинета и прошла мимо открытой двери. Тут же ему бросились в глаза слегка взъерошенные волосы Атерии, которые до этого были идеально уложены, и Вайрин со слишком лёгкой походкой. И он очень надеялся, что всё происходило не на его столе.

Он дождался, когда его товарищ проводит свою ненаглядную и встретил его уже на обратном пути в коридоре.

— Какие условия? — спросил Кондрат, не размениваясь на вступительные истории.

— В плане? — не понял Вайрин.

— Она пришла от отца. Что он предлагает?

— А… нихрена ты перескочил, конечно, я даже не понял сразу. Да так, два варианта накинули, но для нас можешь считать, что один.

Они вернулись в кабинет. Кондрат подошёл к столу, внимательно осмотрел его, после чего поморщился, обернувшись к Вайрину.

— Вы бы хоть вытерли за собой, что ли…

— А что там? — подскочил он, покраснев.

Но озвучивать было не нужно. Понятно, что у них был бурный секс в кабинете, который просто не мог не оставить после себя следов, но теперь Кондрат зарёкся есть за эти столом. И вообще, потерпеть или заняться в другом месте они не могли? Обязательно этим заниматься именно на его столе?

— Короче, — закончив со столом, начал Вайрин. — Два стула…

— Один, по-хорошему, другой по-плохому?

— Не-не, первый для меня. Мне предлагают отречься от этого дела и занять нейтральную позицию. Тогда отец Атерии и тот жирный мудак вместе навалятся на тебя и поделят влияние.

— Поделят, — повторил Кондрат за ним.

— Ну не поделят, конечно, начнётся новая грызня, но думаю, что сейчас директору важно избавиться именно от тебя.

— Хорошо, а второй?

— Второй — мы сотрудничаем с Тонгастерами и гасим директора, а потом будь что будет. Ну, по крайней мере, примерно так это и выглядело.

— Она так и сказала, что разбираемся с директором?

— Ну… не совсем. Она сказала, что заканчиваем этот фарс.

— Этот фарс можно закончить двумя способами. Один — объединиться и уничтожить директора, а другой просто договориться. Какой из них? — и видя, как Вайрин медленно понимает, насколько он затупил, не уточнив этот вопрос, вздохнул. — Ладно, я понял. Он предлагает объединиться, а там, видимо, как получится.

— Блин, я сейчас нагоню её, погодь… — бросился Вайрин к двери.

— Да стой уже, куда догонишь, она уже уехала, — ответил Кондрат, задумчиво опершись подбородком на сцепленные руки. — Значит, они предлагают нам сделку, но она не говорила о том, чего они хотят взамен, так?

— Может они и не хотят? Может видят, что мы побеждаем, и хотят примазаться к нашей победе, чтобы не быть врагами?

— Они поставили тебе условие?

— Да.

­— Значит не так уж и верят в нашу победу. Компромат они тоже не упоминали.

— Может потому что хотят попросить потом? — предположи Вайрин.

— Вполне возможно, что так оно и есть, — не стал Кондрат отрицать. ­— Ты помнишь, о чём я тебе говорил, ещё когда в первый раз пришёл Тонгастер?

— Да, помню, — вздохнул он. — Ты реально так считаешь?

— А тебя в этой ситуации ничего не смущает? Все как один говорят одно и то же. Даже под пытками. Больно много преданных людей, которые с радостью выдают куда более страшные секреты.

— Может мы не добрались до той ячейки, что стоит за этим, ­— предположил Вайрин.

Кондрат вздохнул.

Вайрин не хотел верить. Естественно, не хотел, и Кондрат его понимал. Он тоже был в схожей ситуации. Даже понимая, что за люди это, но если ты с ними повязан кровью, хочешь — не хочешь, но будешь оправдывать просто потому, что ты теперь часть их.

— Ладно, оставим это. Она сказала, что будет дальше?

— Сказала, что передаст ответ, и её отец уже встретится с нами.

— Мы поедем или он соизволит сам сюда явиться? — уточнил Кондрат.

— Не знаю, посмотрим, — пожал он плечами.

Как и Вайрин, Кондрат считал, что директор первым заговорил о мире с Тонгастерами, и причин на это хватало. Было очевидно, что с каждым днём их будут давить всё сильнее и сильнее, а значит надо было хоть как-то спасать ситуацию, даже если это означало связаться с теми, на кого они охотились раньше.

Вопрос лишь в том, что собираются делать Тонгастеры. Да, надавить на специальную службу угрозой того, что в противном случае они выберут другого союзника и уже обрушатся на них, была логичной, но… секретная служба обескровлена, а Тонгастеры даже с личной армией не справятся со специальной службой. Помимо армии, которая будет не рада распаявшимся аристократам так ещё и специальная служба сможет действовать уже по своему усмотрению.

Так к чему шантаж тем, что они переметнуться к секретной службе? Берут на понт? Хотят заставить сдать компромат? Просто прощупывают почву? Или всё сложнее.

Конечно, всё сложнее, потому что столь открыто и понятно действовать не в правилах аристократов. Что не говори, но в интригах и предательствах им не было равных, тут Кондрат был готов снять шляпу. И потому они искали не вражды, они искали возможности. Оставалось понять, какие именно.

Потому что…

— А что, если они затеяли эту игру с выбором для того, чтобы улизнуть от ответственности? — негромко предположил Вайрин.

— Какой? — оторвался от своих мыслей Кондрат.

— За убийство? Помогут нам или секретной службе, и победитель за помощь закроет глаза и не станет копать дальше.

— Да, есть такая вероятность, — не стал отрицать Кондрат.

— Они имели доступ к императору и как раз за два дня до смерти, сколько и нужно яду для воздействия, Тонгастер бывал у него. У нас был затык по поводу того, как он достал яд, помнишь?

— Да, — кивнул Кондрат. — У тебя есть догадки?

— Аристократы друг о друге знают многое. А о тех, кто ниже их рангом и подавно, особенно если те вляпались в неприятности. Такие новости быстро расходятся. Например, какие-нибудь бароны, которых обвинили в измене и запытали в подвалах секретной службы до смерти. И Тогастеры, учитывая, что их глава был советником императора, спокойно мог об этом узнать. Такая громкая новость…

— А потом Дайлин начала работать в специальной службе, — произнёс Кондрат.