– Там и тут, знаешь ли, – отвечала она. – Разнообразно провели день.
Диего вздохнул. Все равно ведь придется рассказать… и он рассказал. Гроза разразилась незамедлительно:
– Вы отправились за ним вдвоем и даже не сказали мне?! – гневно возопил Элио. – А если бы он вас там убил?!
– Ну не убил же…
– Из-за случайности и везения! А если бы на вас сразу свалился десяток бартолемитов, а не один кретин – что тогда? Где бы я вас искал и как вам помог, если вы никому, ни единой живой душе, не догадались сказать, куда отправились?!
– Но я ведь сказала – агентам в замке, потом, когда мы его уже выманили.
– Потом! – прошипел Романте. – Потом могло быть поздно! Ну ладно ты, но ты-то, Диего! Ты же разумный чел… мед… разумное существо!
– Как будто я неразумное, – с обидой сказала Диана. – Мы хотели защитить тебя, балда!
– Это я понял. Спасибо. Особенно хорошо у вас получилось бы, если бы это все оказалась провокация Ордена, чтобы толкнуть вас на идиотский…
– Логически обоснованный!
– Идиотский поступок! – рявкнул Элио так, что Диего вздрогнул. – Я не хочу… не могу потерять кого-то снова только потому, что меня нужно защищать!
– Элио, – Уикхем положил руку ему на плечо.
– Не нужно, – глухо повторил джилах, – так меня защищать. Особенно без предупреждения!
– Хорошо, я поняла, – на удивление покладисто ответила Диана. – Но мы тоже не хотим тебя потерять и заботимся о тебе. Уж извини, как умеем.
Юноша отвернулся и буркнул:
– Ладно, извините. Но ваш поступок все равно крайне глуп. Ты же сказала, что подозреваешь, будто бартолемит мог следить не за вами, а именно за мной. Так почему же вы решили, что он пойдет за вами, если вы покинете Ас-Калион?
– Э… н-ну…
– Если бы он следил за мной, то как раз ваше отбытие могло подтолкнуть его к действиям – например, проникнуть в Ас-Калион и напасть на дом бен Алона. Так что, – заключил Элио, – ваша изначальная предпосылка была неверна из-за отсутствия точных данных. Хотя я бы как раз предположил, что следят за вами, потому что Ордену вы уже известны, причем куда больше, чем я. Я, по крайней мере, не откусывал конечности его главе.
– Ну хватит уже! – взвыл Диего. – Один раз откусил, а разговоров, как будто я его целиком съел!
– В любом случае, – сказал Романте, – мисс Рейден права. Здесь оставаться нельзя. Мы подвергаем опасности досточтимого, а он уже и так много для нас сделал, и других людей в Ас-Калионе. Поэтому сразу после ужина, когда вы немного отдохнете, мы вернемся на «Рианнон».
– А что, кстати, досточтимый для нас сделал, ну помимо того, что разрисовал тебя значками? – спросил Диего.
– Он дал нам, ну то есть мне, знания, – Элио жадно уставился на книги. – А знания бесценны! Ну и еще утром провел очень удачные переговоры с шефом, так что Метцель, ученик досточтимого, отправится в Ла-Мадрину на встречу с представителями Бюро. Поэтому я и не хочу, чтобы здесь возникли какие-нибудь проблемы с Орденом.
– А ванна? – расстроенно сказала Диана. – Нам уже обещали горячие ванны!
– А ужин? – жалобно добавил Диего.
– Хорошо, – сдался юноша, – после ванны и ужина. Я как раз успею попрощаться с досточтимым. Невежливо, в конце концов, убежать просто так.
* * *
Карл Мальтрезе вошел в номер скромной гостиницы на окраине Эскалиноса, опустился на стул и закрыл глаза. Сегодняшний день был, прямо скажем, далеко не лучшим в его жизни.
Единственное, что могло порадовать в этом дне – им удалось отбить Нильсена у Бюро. Ценой этого стали трое адептов, чьи обожженные до неузнаваемости тела остались лежать на риадском лугу. Всех остальных Мальтрезе увел с собой, а потом отправил в безопасное место.
Проклятие! Чертов щенок! Он вызывал у Карла одновременно и жалость (юноша никак не ожидал, что окажется предметом такого раздора между Орденом и Бюро), и желание отхлестать охотничьей плеткой за тупость. Какого черта, как он вообще смог додуматься до того, чтобы лезть в очевиднейшую ловушку?!
«Я просто не хотел вас подводить!» – проблеял этот ценный (ценой в три жизни!) член Ордена.
Мальтрезе вздохнул. Что тут скажешь… все щенки одинаковы. Наверное, Бреннон мучается с ними также. Это утешало. Но немного.
«Ну ладно», – Мальтрезе достал из саквояжа зеркало, поставил на стол и открыл защищающую хрупкое стекло крышку. Сколько можно оттягивать неизбежное.
Вальенте ждал его доклада и отозвался сразу же. Он сидел на веранде, судя по узорным теням от листвы жасмина на лице и одежде, и пил чай со льдом.
– Ну что? Чего достигли? – нетерпеливо спросил глава Ордена.
– Похоже, что ничего, экселенс, – со вздохом признался Мальтрезе и доложил о почти провале.
Вальенте выслушал молча, пригладил бородку и наконец сказал:
– Я предупреждал тебя о том, что давать мальчишке такое заклятие, как Глаза Шу – не самое разумное решение.
– Но он достаточно силен, чтобы выносить это очень долго. Дольше, чем другие адепты.
– Тогда ты должен был приставить к нему кого-то из старших, кто пресек бы всякие глупости.
– Должен был. Виноват, экселенс.
– Ну что ж, это уже в прошлом, к счастью. Мальчишку ты вернул, и я лично с ним поговорю, если хочешь.
– Как бы у него не настало полное умопомрачение от такой чести, – хмыкнул Карл.
– Ничего, это поддерживает дух единства в нашем Ордене. Однако к делу. Агентов Уикхем вы все же упустили?
– Не совсем. Они вернулись в Ас-Калион. Я послал людей шпионить за кварталом. Без магии, по старинке, собственными глазами.
– Отлично. Ты тоже в городе?
– Да.
– Тогда займись вопросом лично. Я хочу, чтобы ты доставил ко мне и девицу, и ее брата, и этого секретаря Бюро.
– Но, экселенс, разумнее и логичнее позволить им продолжить путь. Тогда они приведут нас прямо к своей цели.
Вальенте поднял руку – стальной протез, чудо смешения магии, науки и технологии.
– Этот ковер для блох сделал меня калекой. Я желаю видеть его и девку здесь, у себя, и поскорее. С секретарем можешь развлечься сам, он, как я полагаю, нужен лишь для того, чтобы наладить взаимопонимание с джилахами.
– Хорошо, экселенс, – вздохнул Мальтрезе. – Я пополню бригаду и займусь этим вопросом.
– Будешь докладывать мне не реже раза в два-три дня. Мне весьма интересно, за чем же Бреннон так страстно охотится. Наверняка эта вещь пригодится и нам.
30 июня 1866 года,
море между Эсмераной и Аль-Тахмином
Элио стоял у перил вдоль борта яхты. Теплый ветер трепал волосы юноши; Эскалинос уже превратился в туманное облачко на горизонте.
Романте тихо вздохнул. Он пробыл в городе всего сутки, а уже тосковал, будто оставил позади что-то важное. Он бы не отказался провести здесь и неделю, и месяц – и к тому же у него возникло странное предчувствие, будто однажды он пройдет под белой аркой Ас-Калиона и останется там навсегда.
– Ну как ты? – спросил Диего, неслышно подкравшись сзади.
– Все в порядке. Сны не беспокоили. Ты же спал в той же каюте!
– Ну сны-то да, а что-нибудь другое? Эти значки тебе не мешают?
Элио покачал ладонью, ловя солнечный свет. Знаки становились видны только под ярким солнцем – мерцали, как золотистые блики.
– Нет. Я их никак не чувствую.
– А кольцо?
– Тоже. И вообще я сегодня спал куда крепче, чем ты, – фыркнул Романте.
– Угу, – пробурчал оборотень. – Опять эта вонючая, плавучая, скрипучая коробка!
– Ты прямо как шеф. Он тоже ненавидит корабли.
– Так а что в них хорошего? Смердят небожески, скрипят и того гляди потонут со всем содержимым. Ноги бы моей тут не было, если б не миссия.
– Ворчи потише. Кто-нибудь из матросов услышит и доложит капитану. Я бы не хотел его расстраивать.
– Капитан этот еще, – Уикхем засопел. – Не нравится он мне. Странный тип.
– Потому что оказывает знаки внимания Диане?
