Признание (СИ) - Баранников Сергей

— Живее! — скомандовал Элина. — Нам нужно привести всех в порядок до того, как дадут свет.

Мы с Лерой склонились над ближайшим пациентом и начали работать с его ранами. В принципе, ничего опасного. Пара неглубоких порезов подождёт, главное уменьшить внутриглазное давление, снять отёчность и остановить кровотечение из рассечённой брови. К счастью, энергии хватало, а я не скупился и щедро вливал жизненную энергию в пострадавших союзников.

Когда рядом проскочил очередной безумец, его оттеснили к колонне и хорошенько приложили.

— Проверьте, чтобы он не протянул ноги, но не лечите сверх меры, — распорядилась Элина.

Заметив сомнение в наших глазах, она решила поискать нужные слова.

— Не волнуйтесь, мы правильно подошли к приглашению спутников, и сформировали мощный боевой костяк. Малиновскому при всём желании не пробиться.

— Почему ты тогда меня позвала? — удивился Мокроусов. — Могла бы дополнительного бойца взять, а мне сказать, чтобы я пригласил кого-то полезного.

— Может, ты мне нравишься, и это — банальная женская слабость? — улыбнулась Гросс, а я так и не понял, была ли это шутка, или девушка говорила искренне. — И потом, к тебе уже подходила нужная девочка, но ты её отшил. Так что мою проверку прошёл, а вот нужного человека оставил не у дел.

Как же всё сложно! Даже здесь, на торжественном мероприятии, всё делают по точному расчёту. Аристократы уже заранее знают кого позовут составить компанию и что делать в определённых ситуациях. Нет, нам никогда не влиться с ними в один ряд, потому как мы совершенно иначе мыслим и не понимаем друг друга. У нас совсем другая жизнь, принципы и идеалы.

Пока мы болтали, к нам поступил ещё один пациент — парень с глубоким порезом щеки рваной раной в области живота. Он зажимал рану рукой, через которую проступала кровь. Но поток раненых сократился, что говорило о приближении развязки. Или о том, что наши берут верх. Учитывая жестокость, с которой противоборствующие стороны наносили друг другу увечья, я понимал, что конец близок.

— Костя, здесь девчонки справятся, помоги нашим! — попросила Гросс, кивнув в сторону дерущихся. — Только не лезь махать кулаками, твоя задача — замедлить врагов.

Волна успокоительной энергии! Да, мне придётся оказаться в гуще событий, чтобы дар подействовал, но кто говорил, что будет легко?

Заметив меня, многие атакующие попытались подойти ближе, что упрощало задачу. В поле действия успокоительной волны попали сразу семеро неприятелей, которых с трудом держали на расстоянии. Наши враги понимали, что им уже не взять верх и старались достичь хоть какой-то цели. Но даже здесь они провалились.

В зале вспыхнул яркий свет, заставивший всех зажмуриться. Противоборствующие стороны вмиг замерли и ошарашенно оглядывались по сторонам. Лишь двое парней сцепились не на шутку, и всё никак не могли прекратить драку.

— Степанов, болван! — где-то рядом процедил блондин, наблюдая за дерущимся со стороны.

Целители из числа организаторов быстро остудили пыл разгорячившихся парней, погрузив их в целительный сон. Я успел отметить, что они сделали это искусно, воздействуя на нервные центры даже на таком почтительном расстоянии.

— Что здесь происходит? — задал вопрос Христофор Францевич, обведя взглядом зал.

— Господин Шеров, банальная паника и неорганизованность, — вмешался Рясов, которому удалось уцелеть в потасовке. Наверняка отсиживался за спинами союзников. — Какой-то болван зарядил в люстру и тем самым посеял панику. Кого-то толкнули, кому-то наступили на ногу, многих поспело осколками. Ничего особенного.

На самом деле, пострадало не меньше трёх десятков человек. С нашей стороны один парень даже не смог подняться.

— Ударился в темноте головой о колонну, — объяснил блондин. — Очень неосторожный парень.

Разумеется, даже поверхностной диагностики было достаточно, чтобы уличить парней во лжи, но Шеров не спешил разбираться в случившемся.

— Я поверю вашим словам, господа, — заявил он. — Надеюсь, всё было именно так, как вы описываете. А что касается господина Степанова и господина Нерпина, к ним будут применены необходимые меры.

— Господин Шеров, не волнуйтесь, Потёмкины возьмут на себя расходы по восстановлению зала, — успокоил блондин.

— Позвольте разделить с вами эти расходы, — вмешался Рясов.

— Куда уж вам, Никита Степанович! — отмахнулся блондин. — Вашему дому не по силам такие траты.

— Не волнуйтесь о благосостоянии нашей семьи, — парировал парень. — Мы можем позволить себе подобные расходы.

— Малиновские тоже в деле! — заявил Эдуард.

Около десяти семей вызвались возместить ущерб, тем самым выпячивая себя и своё финансовое положение.

— Отлично! — кивнула Гросс. — Этот зал давно нуждался в обновлении, так что господин Шеров может быть доволен.

Какая же это всё ерунда! Десятки людей ежедневно в нашей огромной стране умирают, не получив необходимой целительской помощи, мы спасаем жизни и целыми днями пропадаем в отделении, а кто-то тратит время и энергию на банальное выяснение отношений! Причём, цена этого — десятки миллионов. Воистину, мне не понять аристократов и их забавы. Возможно, будь у них такие же вызовы, они бы распорядились своими возможностями совершенно иначе.

Теперь, когда всё стихло, у нас появилась возможность оказать помощь всем пострадавшим и привести в порядок остальных. Ни о каком продолжении бала и речи не могло идти, потому как зал был усеян осколками стекла, а больше половины гостей были в совершенно неприглядном виде. У меня была обожжена щека, разорван рукав пиджака, а рубашка забрызгана кровью. Причём, даже не моей собственной.

— Элли, ты умничка! — заулыбался блондин. — Выставить Дорофеева в первый ряд было правильным решением. Они рванули к нему, как быки на красную тряпку и оголили фланг.

— Ты же знаешь, я не люблю, когда ты так называешь меня, Потёмкин! — выпалила Гросс.

— А, может, мне нравится, когда ты злишься? — стоял на своём парень.

— Ещё бы они не рванули, — вернулась Гросс к тебе разговора. — Тому, кто вырубит Дорофеева, Малиновский обещал миллион. Согласись, каждый второй был готов ринуться в мясорубку: кто ради миллиона, а кто ради славы и известности.

— Хорошо, что никому из наших не захотелось срубить лёгких денег, — рассмеялся блондин, но по его реакции я понял, что не стоило исключать такого развития событий.

— Главное, что мы снова утёрли нос Троекуровым и их приспешникам, — отметила девушка.

— Троекуровы? Это кто? — удивился Артём.

— Это род, который на самом деле противостоит нам. Ты же не думал, что всем здесь заправляет Малиновский? Эд всего лишь выскочка, которая пытается громко лаять и заявить о себе. Но настоящие лидеры остаются в тени и дёргают за ниточки.

Выходит, Гросс и этот блондин тоже марионетки, а настоящих лидеров мы даже не знаем. Разумеется, я не стал озвучивать эти догадки, потому как аристократы такие обидчивые, что некоторые вещи лучше не упоминать. К счастью, Мокроусов догадался поступить также.

— За наряды не переживайте, мои друзья пообещали всё уладить, — попыталась успокоить нас Элина.

— Но ведь обратно их никто не примет, — удивилась жена. — Одежда порвана, вся в пятнах крови. Причём, не совсем понятно чьей именно.

— Разумеется, их остаётся только выбросить, — снисходительно улыбнулась Гросс. — Но мы понимаем, что и так втянули вас в разборки крупных домов, и было бы несправедливо возлагать все расходы на ваши плечи.

Узнаю привычки благородных домов. Вы тут подставляйтесь, рискуйте жизнью и своим здоровьем, а мы, так и быть, оплатим ваши старания. Нет, нас не пытались купить. Просто очередной конфликт для богатых домов стал всего лишь маленькой незапланированной строкой расходов. При этом ни один из аристо, находившихся по нашу сторону баррикад, не рисковал всерьёз и оставался в стороне.

— Кстати, можете не опасаться мести Малиновского или кого-нибудь из его сообщников, — словно невзначай вспомнила девушка. — Эд и компания признали своё поражение и сами выступили инициаторами того, чтобы конфликт был улажен.