Первый Артефактор семьи Шторм 4 (СИ) - Окунев Юрий

Вон, даже здесь: богов свергли люди, сами начали мелочно ссориться, пока демоны подбивают клинья и готовят вторжение. Сплошная «справедливость».

Но идея, что когда-то я смогу создавать миры — увлекала и завораживала.

Можно, конечно, создать свой мощный артефакт, как я делал раньше. Но доступ к ресурсам у меня пока ограничен, да и материалы здесь несколько отличаются. Иные потоки силы, много одарённых, пусть они не боги. Так что разумнее для старта использовать то, что я уже имею.

С учётом того, что я поднялся на ранг, как одарённый, то мне и внешних сил потребуется меньше. Тем более у меня внутри цикл перерождения принял вид дерева, а не травы. О таком я никогда не слышал, и это казалось мне странным, но одновременно дающим чувство уверенности.

Закрыв глаза, я погрузился в медитативное состояние и походил вокруг белого ствола, уходящего корнями в землю и ветвями в небо. На коре выступали и пропадали золотистые символы, но прочитать их я не успевал: они плавно мелькали на периферии зрения, никогда не показываясь полностью.

Касаться коры древа было очень приятно, я будто ощущал все свои три сотни лет в одном потоке.

Вернувшись в реальность, принялся изучать Око Шторма. Для этого запер дверь, чтобы никто не отвлекал; вытащил запылившийся Координатор, чтобы наблюдать потоки энергий; сосредоточился на Взгляде артефактора; убрал всё лишнее со стола.

Глубоко вздохнув, я закрыл глаза и открыл Взгляд. Теперь я видел только потоки энергии.

Первым же делом я чуть не задохнулся от восторга. Потому что даже с закрытыми глазами Око Шторма выглядело красиво. Все завихрения, которые были выполнены в металле, оставались и на энергетическом уровне.

Учитывая, что энергия никогда полностью не замирает, замерзая лишь при абсолютном нуле, то потоки силы медленно двигались, создавая подобие циклона: замершая середина, в которой иногда мерцали звёзды, и металлические «облака», медленно плывущие по своим штормовым делам.

Несколько раз коснувшись «облаков» гравировальным ножом, обратил внимание на колебания «туда-сюда», на амплитуду. На первый взгляд всё в норме, в пределах обычного серебра.

Затем провёл лезвием, напитывая его краешек Даром, над самой поверхностью амулета, едва не касаясь его. Не стоит его портить, но оценить реакцию стоит.

Однако Око Шторма сделало вид, что оно простое украшение и никакого интереса не представляет. Я на мгновение даже засомневался, решив, что может быть истинный амулет Хранителя находится в другом месте, а это красивая подделка?

Тут же напомнил себе про нетипичную реакцию металла на напитку Даром, его вибрацию, и успокоился. Это нужный амулет. Вопрос только в том, как с ним найти общий язык.

Я начал ощупывать и проверять поверхность артефакта — теперь я верил, что это артефакт, а не просто украшение, — в попытке найти подсказку. Неровность металла там, где её быть не должно; руны или вязь, в любом виде; точки напряжения, незаметные на первый взгляд; тепло или холод, в конце концов.

Миллиметр за миллиметром я ощупывал амулет, иногда надавливал, иногда гладил. Несколько раз выпускал энергию в места, которые казались узловыми, способными запустить функцию артефакта.

Но ничего не происходило, словно передо мной была обычная железка. Амулет делал вид изо всех сил, что он тут ни при чём и морда кирпичом.

Закончив с «облаками», я принялся изучать сердцевину. Полусфера из полудрагоценного камня, местные называли его «тишинка», казался тёмным, почти чёрным и лишь небольшие золотистые искорки внутри разбавляли впечатление.

Причём мне казалось, что искорки именно что мерцают и горят, а не отражают свет. Потому что я мог ставить кулон под разными углами и ничего не происходило, а затем вдруг — блик! — и россыпь микроскопических огоньков мягко засияет в глубине, чтобы через мгновение пропасть.

Причём они, как и завихрения силы на «облаках» были видны и с закрытыми глазами при помощи Взгляда артефактора.

Вообще удивительно, насколько внешний вид и энергетический слепок походили друг на друга. Обычно такого не происходит. Словно энергию подгоняли под физическую форму. Или всё-таки наоборот?

Изучив тишинку, пришёл к выводу, что камень особым образом отполирован. Именно полировка дала ощущение темноты с искорками.

Есть материалы, которые раскрываются свои лучшие визуальные качества только после тщательной полировки. Они становятся будто стеклянными и видна вся внутренняя структура. Пока полировки нет, то создаётся впечатление, что камень невзрачный и даже низкосортный.

Точно. Возможно браслет, который был на Сергее, был сделан из плохо обработанной тишинки! Я открыл глаза, возвращаясь в реальность и поискал информацию по справочнику. Тишинка, как я и предполагал, оказалась кристаллом атрибута воздуха. Основные свойства приобретает после тщательной обработки и нанесения рун.

Я ещё раз изучил тишинку в Оке Шторма. Она, как и всё остальное, делала вид, что не обладает Даром от слова вообще. Только вот такая обработка автоматические изменяет потоки, вынуждая их выходить наружу, и только специальные руны прячут их от посторонних глаз.

А рун на камне не было.

— Что же с тобой сделали? Иллюзия?

Провёл левой рукой по камню, пытаясь почувствовать тепло или боль от впитавшегося в моё тело браслета. В прошлые разы, если рядом оказывался Дар Контроля, который чаще всего отвечает именно за наведение иллюзий, браслет начинал слегка жечь.

Сейчас браслет укоризненно смолчал.

— Не иллюзия. Понимал, но надо было проверить, — сказал я сам себе вслух. Приятно иногда поговорить с умным человеком.

Осмотрев заднюю сторону амулета, убедился, что она практически идеально гладкая, лишь лёгкая диагональная структура указывала на направление шлифовки. Мелким штампиком указана проба серебра: «998».

Так, погоди. Странная проба. Обычно уже 999 и куча девяток после запятой. Или же 925, ну или хотя бы 970. Но не 998. Подсказка? Но в чём её смысл?

Подумаем логически. Если мы говорим про артефакт Хранителя, который даёт доступ к лучшему и самому важному артефакту не только семьи, но и человечества, то материалы должны использоваться лучшие. 999 проба — минимум, особенно с учётом магических нагрузок, которые ему нужно нести.

Однако здесь есть какая-то добавка, не мусорная, а нарочитая, которая уменьшила чистоту на одну тысячную.

Другой материал, который станет ключом? Паролем, для доступа к функциям артефакта?

— Хм, проверим самое простое, — сказал я и уколол палец гравировальным ножом.

Мягко размазал кровь по «облакам», прислушался к Оку Шторма. Затем добавил на полусферу из тишинки. Ничего.

— Простой метод, но опасный: кто-то иной может схватить человека, того же ребёнка, и использовать для активации. Кровь хороша, но недостаточна. А если с Даром, как на алтаре?

Попробовал снова, но теперь запуская поток силы вместе с кровью. Рука занемела, но не более того.

— Ещё хитрее?

Пришлось прибегать к Взгляду сущего, чтобы проникнуть внутрь артефакта. Но как назло он остался таким же, как и при обычном Взгляде!

Я чуть не швырнул в досаде Око Шторма о стол, но сдержался, осмотрел эту хрень ещё раз, хотя голова начала гудеть, показывая, что я трачу много сил. Хех, значит артефакт борется со мной, защищает свои тайны.

Только понимая это, я смог отстраниться, чуть прикрыть «глаза» и посмотреть на Око Шторма, как на своё древо: периферийным зрением, не концентрируясь на нём полностью.

И, наконец, заметил лёгкую тень.

На стыке между серебром и полусферой тишинки, прячась за выпуклостью облака, сбоку от грани, куда не могли дотянуться пальцы, находилось небольшое отверстие. Крошечное, похожее на лёгкий изъян металла, на недоработку или коррозию, которое на самом деле было секретом.

Потому что других подобных «коррозий» не было, я ощупал и осмотрел амулет. И только блеск звёздочек внутри камня и «невнимательный» взгляд мог обратить внимание на это несоответствие. Найти лазейку.