— Если позже, то на следующей неделе. У меня дела, работа, ребенка растить надо…
В трубке явственно слышался голос мамочки, который требовал соглашаться. Человек не услышал бы, или не разобрал слов, а Далина, с ее драконьим слухом, даже стук палки об пол слышала.
«Соглашайся… документы оформлять надо побыстрее! Лизочка долго ждать не будет!»
— Ну… ладно.
Про Лизочку Далина решила уточнить при личной встрече, а пока попрощалась и повесила трубку. Собираться? А зачем?
Женщина осмотрела себя в зеркале, и осталась вполне довольна. Джинсы, майка, сверху свитер и ветровка — сойдет. Главное — тепло. Драконы вообще сродни змеям, то есть — теплолюбивые. Да-да, великие повелители неба обожали теплые районы и не особенно любили холода и заморозки. Так что пещеры в горах и прочие сказки оставим на совести людей. В горах вообще — холодно.
Чем выше поднимаешься, тем холоднее, в небе — тоже. Так что… никаких высоких скал, никаких горных вершин, подножие скалы — в самый раз. Или уютная долинка.
Драконы могут летать на большой высоте? Могут. Но холод они прекрасно чувствуют. Они могут выдержать больше человека, но это им совершенно не нравится. Знаете, как противно, когда чешуя инеем покрывается, а хвост от холода не гнется и плохо маневрирует? И перепонки мерзнут… может человек жить на Северном полюсе? Да, конечно! Но кто сказал, что ему там будет приятно и комфортно? А драконы что — хуже людей?
Им тоже тепла хочется, уюта, свитера из толстой шерсти и теплых носочков. Розовых.
Имеют право! И попробуй, поспорь о правах с бронированным ящером!
* * *
Володя был неотразим. Один запах одеколона валил с ног даже в первом приближении. Далина расчихалась еще на улице. А остальное…
Оно тоже было на уровне
Небрежно уложенные в модной стрижке волосы, начищенные туфли, явно недешевая одежда — Далина в местных модах не разбиралась, но видно же! Телефон с надкусанным яблоком на крышке, перевернутый так чтобы всем было видно, папка с бумагами…
Интересно, те же самые?
Сейчас узнаем.
Далина опустилась за стол. Вовочка расплылся в улыбке, ожидая привычной реакции, а потом замер. Даже глазами хлопнул с довольно глупым видом.
Дашка на него с детства реагировала одинаково. Смотрела восторженными глазами, расплывалась в нежной улыбке, пара ласковых слов — и делай с ней, что хочешь. Он, собственно, и делал. То есть он говорил, а Дашка делала. И домашние работы, и всякое такое, институтское, и уборку, и прочие неприятные дела, а что такого? Она ж считала, что Володя на ней женится, вот и старалась, угождала. Пока мать была жива, та еще как-то дочь в руках держала, да и с Ниной Викторовной ругалась, почем зря, ну а когда старуха померла — кто бы им помешал? Подмяли, сели и поехали, еще и понукали, и ругались почем зря.
А Дашка терпела.
Влюблена ж была, как кошка, вот и ходила следом, хоть ты ее гони, хоть пинай… а сейчас что?
А сейчас смотрит Дашка на него ледяными глазами. И кажется, у нее глаза светлее были? Или нет?
Да кто там обращает внимание на глаза — волосы прислуги? Кто вглядывается в свою тень? В тряпку, которая тебе готова ноги лизать? Вот еще не хватало!
И волосы зачем-то покрасила?
Вова нахмурился.
— Ты что с собой сделала? Мне так не нравится!
Раньше его нахмуренных бровей хватало, чтобы Дашка краснела, бледнела, извинялась и делала все, как ему захочется. Даже если получалось откровенное уродство. А сейчас…
— Молодой человек, — один поворот головы, взгляд, и официант замер рядом с Дашкой по стойке «смирно». Только что честь не отдал. — Кофе. Мокаччино. И пирожное, Наполеон. Две штуки.
— Кофе на соевом молоке, на обезжиренном…
Даша махнула рукой, останавливая угодливое перечисление
— Молодой человек, мне нужно вкусно, а не модно. Мы друг друга поняли?
Официант кивнул и невольно улыбнулся.
Будешь тут ценить женщину, которая просто ест. И наслаждается. А не выносит мозг всякими глупостями! Молоко такое, молоко сякое, калории, игнории… знаете, как бесит иногда? Особенно, когда она кривляется, не зная, что сейчас моднее, а ты стоишь и терпишь. Не знаете? Ваше счастье!
— Сейчас принесу.
И развернулся. Владимир аж воздухом подавился, забулькал…
— Водички, молодой человек?
— Н…ет! Пива! И жареных колбасок. И побыстрее!
— Какое пиво?
— Вот, крафтовое, — Володя ткнул пальцем в самую дорогую строчку меню. Далина сощурилась, но ничего не сказала.
— Пиво сейчас принесу, колбаски будут готовы минут через пятнадцать, — не дрогнул парень — Мы не в микроволновке разогреваем, у нас все свежее, жареное, с огонька…
— Неси, давай!
Официант ретировался. Володя откашлялся и попробовал еще.
— Зачем ты покрасилась в этот уродский цвет?
Даша подняла брови. И как-то так посмотрела… вот не сойти Вовочке с места, так на них майор Головин смотрел. Такая зараза… он просто смотрит, а ты себя уже чувствуешь червяком. И хочешь закопаться глубоко под землю, а то так огребешь!
Ну откуда ж бедняге было знать, что Далина примерно и была равна майору. А то и повыше.
— Ты сюда пришел обсуждать мою внешность?
— Эммм…
Перед Далиной опустилась тарелочка с пирожными, кофе, перед Владимиром поставили большой запотевший бокал с пивом, и он нервно отхлебнул янтарный напиток. Сморщился…
Дорого, а невкусно.
Впрочем, привычка никуда не делась. Если двадцать лет видел обожание в девичьих глазах и вытирал ноги о влюбленную дурочку, то поверить в ее прозрение мозг не поворачивается. Такого не может быть! По определению!
Небо голубое, вода мокрая, Дашка влюбленная… просто за год от рук отбилась. А ну, к ноге!
— Дашенька, я же не просто так говорю. Ты знаешь, я хочу, как лучше…
Дашка отпила глоток кофе. И запустила ложечку в пирожное. Говорите — говорите, вы мне ничуть не мешаете. Вова стал злиться.
— Дашенька, я понимаю, ты можешь быть расстроена, обижена, но ведь армия — это важно!
Ага, важно. Когда ты вылетел из института за тупость, даже мамочка не помогла, нет у нее столько денег, и отмазать тебя нет возможности.
Даша слушала. Кофе и пирожные убывали, Володя разливался соловьем, потом начал запинаться, потом замолчал… горячие колбаски остывали и покрывались пленкой жира.
Даша отложила ложечку.
— Все сказал?
— Даша…
— Теперь по делу. Жениться будем? Дочь признавать собираешься?
Пиво пошло не в то горло и вылетело аккурат на колбаски.
— ЧЕГО⁈
— Что неясно в моем вопросе? Ты свои обещания выполнять собираешься? А то пел сладко, лежал гладко, а теперь в кусты?
Ответом Даше стали большие выпученные глаза. Ясно. Не согласен.
— Жаль.
Далина сунула под тарелочку деньги, с чаевыми, и поднялась из-за стола.
— Дашка, постой!
— Что? — удивленно приподняла бровь женщина.
— Дашка, а…
— А?
Володя понял, что сейчас она просто уйдет, и зачастил.
— Даш, мне надо на работу устраиваться, а там лучше, чтобы без детей, ты ж понимаешь. Ты подпиши мне быстренько документы, а потом, когда поженимся, я твоего ребенка признаю…
Далина криво усмехнулась. Не дочь. Не Василису.
ТВОЕГО РЕБЕНКА.
Интересно, он даже не помнит, как ее зовут? Хотя чего тут выяснять?
— А зачем тянуть? Где тут ЗАГС? Поехали, подадим заявление? Думаю, на работе только обрадуются — не шантрапа какая, семейный человек пришел. Даже с ребенком.
Вова даже рот открыл.
— А… я сейчас не могу.
— Я тоже.
— Дашка!
Далина вздохнула. Потом взяла со стола папку, и без малейших усилий порвала на две части. Вместе с документами. И уронила прямо в колбаски.
— А? — раскрыл рот Володя.
— Готовься, я подам на определение отцовства и алименты в ближайшее время. И будешь платить как миленький, — припечатала Далина. — Мне твои деньги не нужны, но для дочери я с тебя шкуру сниму.
И удалилась, не прощаясь.
