– Не повезло тебе, Гектор, что тут скажешь, – Саймон ободряюще похлопал неудачливого самозванца по плечу, – но как по мне, так вина твоя не так чтобы и велика, а, Джастин?
– Я своё слово сдержу, – очень серьёзно ответил тот, – думаю, что претензий к тебе не будет, Гектор.
– Спасибо, приятель, – с явным облегчением проговорил Фоулз, – бес попутал, честное слово.
– Бывает, – махнул рукой Джастин, – тогда мы тебя больше не задерживаем, Гектор.
– Простите, мисс, что так получилось, – Фоулз неуверенно мне улыбнулся, – у меня в мыслях не было как-нибудь навредить, вот вам крест. Просто хотелось узнать про счёт… Там же деньжищ небось… Ну да не судьба.
– Не переживайте, мистер Фоулз, – я постаралась улыбнуться как можно более доброжелательно, – ваша миссия изначально была обречена на провал, так как ни о каком секретном счёте я не знаю, дядя Кевин никогда ни о чём таком не говорил и даже не намекал. Он оставил мне деньги, да, но это самое обычное наследство, официально оформленное, в нём нет ничего секретного или тайного.
– Не хотите говорить, так и не надо, – Гектор махнул рукой, – всё равно в этой партии козыри выпали не мне, так чего теперь суетиться. Ну, удачи вам, мисс, не поминайте лихом, стало быть. И ещё… ежели вам когда-нибудь понадобится что-нибудь откуда-нибудь незаметно, так сказать, изъять… вы просто напишите мне в Лондон на почтовое отделение на Рассел-сквер. Я непременно помогу и возьму недорого, как со своего.
– Без тебя разберёмся, – не слишком вежливо ответил вместо меня Джастин.
– Спасибо, Гектор, – поблагодарила я, думая о том, что такого оригинального предложения помощи я ещё никогда не получала.
После этого Фоулз вежливо раскланялся с остальными и вышел из кабинета. Честно говоря, я думала, что больше никогда его не увижу, но, как показали дальнейшие события, я очень сильно ошибалась. Впрочем, это уже совершенно другая история.
– Ну, – проводив неудачливого самозванца задумчивым взглядом, обратился ко всем присутствующим Саймон, – а теперь давайте пообщаемся нашим тесным коллективом тех, кого беспокоит безопасность Мэгги. Как-то оно всё сползлось и перекрутилось, что никаких ниточек не найти.
– Ты ничего не хочешь нам рассказать, Маргарет?
Негромкий голос Джастина нарушил установившуюся после слов Саймона тишину, и я тяжело вздохнула.
– Всё началось, как мне кажется, незадолго до моего отъезда на учёбу в Хоуптон…
Я говорила негромко, достаточно медленно, стараясь, с одной стороны, не упустить важных деталей, а с другой – не сказать лишнего. Как бы ни складывалась ситуация, откровенничать по поводу найденного в сейфе письма и содержащейся в нём информации я не собиралась. Тем более я не планировала сообщать им о том, что на самом-то деле я не совсем Мэгги, точнее, совсем не Мэгги.
Мужчины слушали меня очень внимательно, иногда задавали наводящие вопросы, уточняли какие-то мелочи, переглядывались и сосредоточенно хмурились: в общем, выглядели чрезвычайно внушительно.
– А ещё я подозревала каждого из вас, – сказала я исключительно для того, чтобы они не расслаблялись, – потому что всё это выглядело крайне подозрительно.
– Но сейчас-то, я надеюсь, ты нам веришь? – возмутился Джастин. – Мы точно не хотим тебе зла, Мэгги, а Алекс вон так вообще…
– Теперь я знаю, что ты присматриваешь за мной по просьбе мистера Стоуна, который, в свою очередь, поручил это своим людям, – кивнула я. – Честно говоря, сначала я думала, что наблюдатель Алекс, особенно когда увидела, что договор, который ты мне передал, – я повернулась к внимательно слушающему жениху, – составлен тем же самым юристом, который заверил завещание дяди Кевина. И который пользуется определённой репутацией.
– О, Гилмер, так ты тоже знаешь старика Трондайка? – изумился Джастин, взглянув на безмятежно пьющего чай Алекса, и удивлённо покачал головой.
– Он прекрасный специалист, – невозмутимо сообщил нам мистер Гилмер, – так почему бы мне не пользоваться его услугами?
– Логично, – не нашёлся, что возразить, Саймон, – а то, что Трондайк работает на криминальные структуры и даже не слишком это скрывает… ну так у каждого свои недостатки, верно?
– То есть о том, что наблюдатель есть, ты знала, – неожиданно вступил в разговор в основном молчавший до этого момента Алекс, – а могу я узнать – откуда?
Так и знала, что на чём-нибудь да проколюсь! Не быть мне ни шпионкой, ни секретным агентом, нет, не быть!
– Дядя Кевин оставил мне личное, – я выделила голосом последнее слово, – письмо, в котором написал, что попросит старого друга присмотреть за мной.
– А в этом письме больше ничего не было? – вкрадчиво спросил Джастин, обменявшись с остальными быстрыми взглядами.
– Ты про информацию о неком секретном счёте? Нет, ничего такого там не было, это было исключительно личное послание умирающего дядюшки. Там как раз и было про то, что в случае моей безвременной кончины заявить права на наследство может некий Александр Смолл. О нём же дядя упоминал и в завещании.
– И ты полагаешь, что этот неведомый мистер Смолл нанял Ричарда Саммерса, который остро нуждается в деньгах, так как проигрался?
– А у тебя есть другие варианты? У меня например, нет. Только я до сих пор не понимаю, как он мог узнать о смерти дяди Кевина и о содержании завещания.
– А вот тут я могу слегка прояснить ситуацию, – Джастин взлохматил идеально уложенные волосы, но опомнился и старательно их пригладил, – я, как и обещал, связался с Гербертом Трондайком и выяснил, что его не так давно пытались ограбить. Причём забрались именно в контору, а не домой. Пропало несколько папок с документами, среди которых была и папка с копией завещания Кевина Стюарта и всеми контактами, в том числе и Александра Смолла. Среди украденных документов были достаточно важные и секретные, а папку с завещанием мистера Стюарта, возможно, прихватили просто за компанию, так сказать.
– А потом пересмотрели документы и поняли, что и из завещания Кевина Стюарта можно попытаться выжать кое-что, – радостно присоединился к мозговому штурму Саймон. – Мэгги, скажи, в завещании была указана сумма, которая тебе достанется?
– Конечно, – я удивлённо посмотрела на приятеля, – это же официальный документ. Не до шиллинга, конечно, ибо как можно учесть проценты… но было, да.
– И много?
– Много, – вздохнула я, – действительно много, но я…
– Мэгги, – перебил меня Алекс, – я хочу сказать, что моё предложение никак не связано с тем, что ты готова озвучить. Я и сам достаточно состоятельный человек, и мне нет необходимости охотиться за чужим богатством.
– А у тебя и не получилось бы, – чувствуя некоторую неловкость, ответила я, – по условиям завещания мой муж получает право распоряжаться деньгами только через десять лет совместной жизни.
– Мэгги, вы с Гилмером потом это обсудите, – остановил собиравшегося что-то сказать Алекса Саймон, – лучше давайте подумаем: мог вор связаться с Александром Смоллом и предложить тому сделку? Типа он убивает Мэгги, а Смолл ему за это отстёгивает определённый процент? Сколько там у тебя, Маргарет?
– Почти два миллиона…
В кабинете повисла глубокая ошеломлённая тишина, прерываемая только тиканьем настенных часов.
– Сколько?! – Джастин ошарашенно смотрел на меня.
– Не знала, что у тебя проблемы со слухом, – проворчала я.
– Тогда вполне объяснимо желание мистера Смолла спровадить тебя на тот свет, – Саймон выглядел не менее ошарашенным. – И Дик вполне мог предложить свои услуги за небольшую долю.
– И что делать? – я вдруг почувствовала, что страшно устала.
– Будем ловить на живца! – решительно заявил Джастин, и мы все посмотрели на него.
Глава 31
«Мы тут посоветовались и решили
замуж за вас не идти!»
©«Бедная Маша»
