Они вылетели на МКАД. Днем там было привычно плотное движение, но Игорь виртуозно лавировал между рядами, не сбавляя скорости. Кто-то сигналил, кто-то уворачивался, но ему было плевать. Красный светофор на съезде? Плевать. Встречная полоса? Уступит — не уступит, он все равно не свернет. Он вжал педаль в пол, и мотор зарычал еще громче.
— Твари! Выманили нас из особняка! Поджидали! — Игорь клял врагов последними словами, когда новая пуля врезалась в стекло.
— Сзади! — крикнула Полина, когда одна из машин почти поравнялась с задним бампером.
Игорь крутанул руль, внедорожник вильнул, перекрывая дорогу. Столкновения избежали в последний момент, только металл скрежетнул о металл.
— Стрелять будут? — спросила Полина, оглядываясь. Голос ее дрожал, но она держалась. Зря она поехала! Зря они сели вдвоем в машину, но Игорь не ожидал, что Озимый будет действовать настолько нагло посреди бела дня.
— Не здесь, — ответил Игорь, бросив быстрый взгляд в зеркало. — Слишком людно. Попытаются заблокировать, заставить съехать.
— И что делать?
— Не попадаться.
Они неслись по городу, приближаясь к центру. Телохранители пытались оттереть преследователей, но враги не отставали, следуя за машиной, как мрачные тени. Игорь знал: если остановиться и выйти из машины, они затянут в ловушку на Зеркало Измерения.
Он свернул в какой-то проулок, еще в один, потом вылетел на набережную. Река блестела в свете солнца — мутно-зеленая, спокойная, равнодушная к их погоне. Но она быстро скрылась из виду. Игорь вырулил на эстокаду ТТК, чтобы его не смогли загнать в проулки или вылететь наперерез возле перекрестка.
— Игорь. — Полина вдруг напряглась, вглядываясь вперед. — Там, слева, туннель. Если они зайдут с двух сторон…
— Знаю, — перебил он. Преследователи то останавливались, то снова возникали. И для властей казалось, что даже никакой погони нет. Они сели на хвост, как треклятые стервятники.
Две машины — одна сзади, одна вынырнула слева со съезда — зажимали в клещи. Третья рычала где-то сзади, четвертая — справа. Да, четыре внедорожника, которые упрямо оттирали от телохранителей.
— Я открою окно, — неожиданно сказала Полина.
— Зачем?! — рявкнул Игорь, не сводя глаз с дороги. — Ты с ума сошла?!
Он съехал с ТТК, чтобы не попасться в ловушку туннеля, и тут же угодил в ловушку узких улочек, обрамленных тенистыми деревьями. Похоже, в одном из дворов и поджидал портал-ловушка, куда загоняли враги.
— Попробую кое-что. — Полина уже опускала стекло, не дожидаясь ответа и дозволения. — Доверься.
Ветер ворвался в салон, хлестнул по лицу, растрепал ее рыжеватые волосы. Полина высунула руку, закрыла глаза. Игорь хотел заорать, чтобы она прекратила рисковать собой и спряталась, но слова застряли в горле. В конце концов, он сам позволил поехать ей вместе с ним. Он… поверил в нее! И заставил себя верить до конца.
И вот он почувствовал: воздух изменился, став плотнее и теплее, будто сама природа откликнулась на зов Полины. Повеяло запахом луговых цветов и земли, хотя вокруг был только бетон и асфальт. Ветки придорожных кустов дрогнули и начали удлиняться. А потом машина слева вдруг вильнула — водитель дернул руль, объезжая что-то на дороге. Но там ничего не было. Только ветки, хлестнувшие по лобовому стеклу, оставили на нем мокрые следы.
— Что это было? — выдохнул Игорь, не веря своим глазам. Он видел все только в зеркале заднего вида и мог списать странный маневр на отсвет солнца.
— Я, — ответила Полина, открывая глаза. — Немного. Но сейчас постараюсь получше!
Вторая машина тоже замешкалась: перед ней на дорогу упало дерево. Только откуда? Ветви его были зелеными, живыми, будто оно росло здесь всегда, хотя минуту назад у обочины виднелся только газон. Но однозначно — упало вовремя.
Игорь рванул вперед и свернул в лабиринт дворов. Колеса визжали на поворотах, где-то залаяли собаки случайных прохожих, на периферии завывал сирена полицейской машины. Игорь заметил, что враги отстали и свернули в противоположную сторону.
— Они уходят? — с надеждой воскликнула Полина.
— Доложить ситуацию. Полиция взялась за дело? — Игорь обратился через встроенную в машину рацию к охранникам.
— Так точно.
Значит, сработало. Погоня отстала, люди Озимого рисковали попасться и теперь сами уходили от преследования. Им не удалось взять нахрапом новых заложников, а гонка на выносливость рисковала стать слишком заметной. Охрана связалась с полицией и Отделом, как только заметила неладное.
Через пять минут погоня прекратилась. Остался только шум города. Игорь остановил машину в ближайшем дворе и выключил двигатель, пока охрана проверяла район на предмет слежки.
В салоне повисла тишина, нарушаемая только дыханием водителя и пассажирки, тяжелым и рваным, как после пробежки. Игорь повернулся к Полине. Она была бледной, но глаза ее горели, как у самой настоящей волчицы.
— Ты… — начал он и замолчал, не находя слов.
— Я не дам им тебя достать, — сказала она твердо. — Никогда.
— Спасибо. — Он притянул ее к себе и поцеловал, торопливо, благодарно, отчаянно.
— Это только начало, — ответила она, касаясь его щеки.
— Знаю. Поехали дальше. Найдем отца.
* * *
Игорь
Внедорожник рванул с места, вылетая из лабиринта дворов на пустынное шоссе. Полина молчала, не задавала лишних вопросов, только смотрела на дорогу и изредка бросала взгляд в зеркала. Видимо, проверяла, не вернулись ли преследователи. Игорь вел машину, нервно сжимая руль, и старался не думать о том, что они могут опоздать. Вернее, они уже опоздали! Но еще теплилась надежда, что похитители не ушли далеко. Хотя… после затяжной погони… Враги явно отвлекали внимание, пока отца увозили в неизвестном направлении. И теперь он был где-то там, вероятнее всего, в темноте, возможно, раненый, возможно, уже... Игорь отогнал самую мрачную мысль.
Нельзя было поддаваться эмоциям. Только холодный разум позволил бы заметить важные детали.
Места похищения они достигли примерно через час. Машина отца стояла на обочине. Вернее, то, что от нее осталось. Она еще догорала, когда Игорь выскочил из внедорожника, не заглушив двигатель.
Ноги заскользили по мокрой траве, воздух был тяжелым от дыма и гари. Где-то вдалеке уже выла сирена. То ли пожарная, то ли полицейская — Игорь не задумывался об этом. Он видел только огонь. Яркий, жадный, пожирающий машину отца. Пламя лизало капот, вырывалось из салона, покрывая копотью близлежащие деревья. Черный дым поднимался к покрывшемуся тучами небу, пахло горелой резиной. Пожарные все еще не приехали. Или люди Озимого «позаботились» о том, чтобы службы не добрались вовремя до съезда к коттеджному поселку возле шоссе.
— Борис Всеволодович! — крикнула Полина, выбегая из машины, но ответом был только треск огня.
Игорь стоял и смотрел на огонь. Он чувствовал жар на лице, чувствовал, как кожа высыхает от высокой температуры, как волосы начинают пропитываться запахом гари. Да и наплевать! Внутри все кипело от ярости, страха и подкрадывающегося отчаяния. Где-то в глубине души он знал, что отец жив. Не мог же отец умереть просто так, не попрощавшись! Не мог же он оставить его одного, как оставила мать! Игорь помотал головой, отгоняя эти глупые и даже детские мысли. Не было времени на смутные образы и сентименты. И на страх тоже. От него, главы клана, все ждали действий.
— Его там нет, — сказал Игорь, неуверенно добавив: — Я бы почувствовал. Если бы он… если бы погиб, я бы знал.
Полина подошла, сжала его руку. Проклятье! Теперь она знала: он дрожал. Игорь Волков-Борейский, альфа, глава клана, победитель асуров, дрожал. Трясся, как от озноба, и не мог остановиться.
— Это он оставил, — сказал Игорь, указывая на лед, который не таял даже в огне.
Синие кристаллы оплетали догорающий кузов, будто насмехаясь над законами физики. Они, казалось, росли прямо из металла, из пластика, из стекол, переливаясь в свете пламени холодным блеском. Смертельная красота, способная пронзить насквозь бетонные стены и асфальт.
