Из золота в свинец 2 (СИ) - Капелькин Михаил

Нож, к счастью, ничего важного не задел, только шкуру мне попортил. Ничего, это даже на пользу Исаеву будет. Я лежал на кровати в маленькой единственной комнатушке. Гулко капала вода, разбиваясь о раковину. А Лиза, склонившись над моим животом и придвинув видавший виды торшер, сосредоточенно шила по живому мясу. Чтобы заглушить боль, отхлебнул из горла какое-то горькое, но крепкое пойло. Нашлась у Лизы бутылка. В голове уже шумело, но боль притупилась.

— Где ты научилась так шить? — спросил, искоса оценив ровность шва у себя на животе.

— На курсах кройки и шитья в школе благородных девиц, — отрезала девушка, заправив за ухо непослушную прядь.

— А если серьезно?

Наткнулся на ее прямой взгляд.

— Район здесь не самый благополучный. Если коротко, то училась шить на своем брате.

— Ясно… Так вы со Славиком, значит, здесь живете?

— Нет, я живу одна.

— Теперь понятно, почему он ничего не знает об этих парнях. Он ведь не знает, верно?

— Не знает, потому что так надо! — Девушка как-то изощренно шевельнула иглой, и кожу пронзила боль. — И тебе лезть не стоило. Я сама в состоянии разобраться со своими проблемами. Понятно?

— Да плевать мне на твои проблемы… — прохрипел я, корчась. — Просто не люблю смотреть, как одна девушка противостоит сразу нескольким парням. Мне это зрелище душу выворачивает.

— И ты поэтому решил все испортить?

— Ну… еще в таких историях победитель обычно получает любовь этой девушки. А я не хотел, чтобы ее получил этот пьяный придурок.

— И все? — с неподдельным разочарованием посмотрела она на меня, оторвавшись от своего дела. — Просто сам захотел залезть ко мне в трусики?

— А… — приподнял я голову, притворно удивляясь. — Так ты их все-таки носишь? Ай! Больно! Стой ты!

— Какой же ты гад, Исаев! — кричала девушка, пытаясь насадить меня на иголку.

Еле перехватил ее руку. А то стало бы во мне на пару отверстий больше.

— Так ты правда им денег задолжала?

— И да, и нет. Брала в долг, потом вернула. И меня вдруг Пашка этот на проценты выставил, — рассказывала она, обматывая меня бинтом. Мне для этого пришлось сесть. — Конечно, платить я их не собиралась. Вот он и преследовал меня, проходу не давал, как и сегодня, потому я к Тренеру и опоздала. Все… — Девушка завязала маленький узел и потрогала бинт рукой. — Готово. Почти как новенький. Только Славику про эту ситуацию не рассказывай, а то у него крыша поедет. У него последние пару лет затяжной приступ заботы о своей младшей сестре.

— Без меня разберетесь, — пожал плечами, оглядывая свою одежду. Рубашка и куртка в крови и безнадежно испорчены. Нужна новая одежда… — Спасибо, я пойду.

— Что? Даже в щечку не поцелуешь? — ехидно ухмыльнулась Лиза, подбоченившись. — Ты ведь ради этого старался — сам сказал.

Я оглядел ее сверху донизу. Мокрые волосы растрепаны, выбиваются из короткой косы, глаза горят злым огнем, на темной майке с серыми лямками соленые разводы от пота, узкие джинсы подчеркивают спортивные бедра. Руки в крови. Сексуальна до безумия.

Мой ответ был коротким:

— Нет.

Накинул рубаху, куртку и двинулся к выходу. Каждый шаг отдавался болью. Ничего, главное — до дома добраться, а там быстро приготовлю зелье.

— Нет что? — со смесью непонимания и обиды вскричала девушка. — Нет, тебе этого недостаточно? Или нет, не ради этого?

— Все нет, женщина, — отмахнулся от нее и вышел за дверь.

Выдохнул, только когда она хлопнула за моей спиной. В глаза ударил электрический свет одинокой лампочки.

Вот ведь чокнутая. Самую малость. Еще мне ее подачек не хватало.

Ладно, теперь домой. Спать хотелось ужасно. А от алкоголя и потери крови меня шатало даже на месте.

Вдруг дверь снова открылась, и мою руку схватили за запястье, не давая уйти.

Я обернулся, а Лиза, оказавшаяся в считаных сантиметрах от меня, выдохнула прямо в лицо:

— Сам ты чокнутый…

Мысли, что ли, читает? Удивиться я не успел. Губы обжег короткий поцелуй — такой же горячий, как огонек свечи, затушенный рукой.

Миг, и Лиза снова исчезла в своей квартире, бросив напоследок:

— Не попадай в неприятности, а то шов разойдется.

А я поехал домой. Хватит с меня уже этого дня.

Там меня ждал короткий ужин и приготовление целебного зелья. Как раз заодно и опробовал новые травы, собранные сегодня.

— Почему кому-то все, а мне ничего? — завозмущалась Морвина, увидев меня.

— Ты о чем?

— Какой-то счастливчик тебя пырнул. Как бы я хотела оказаться на его месте… Не тебя пырнуть, конечно, Хозяин мой любимый, но хоть кого-нибудь… — простонала женщина-артефакт. — А вместо этого я подвергаюсь унижениям от мутировавшего кота.

Кстати, о коте… Что-то его нигде видно не было. Ну ладно, в худшем случае, он остался на новой квартире. Но скорее всего, прячется где-то здесь.

Простое целебное зелье не требовало много внимания. Главное — правильно приготовить вытяжку из Rubor sanguisorbae, а потом в правильной пропорции смешать с другими ингредиентами, чтобы убрать возможные побочные эффекты. Концентрация требовалась только в самом конце, чтобы создать небольшой магический узел.

А пока было время, я лишний раз осмотрел свою рану.

Аккуратный черный шов красовался слева под ребрами. Из него слегка выступила кровь, потому что после ранения по идее полагается покой. Но он мне только снился. Ничего, ускорю регенерацию зельем — и он к утру уже затянется.

Сегодня так и не успел как следует рассмотреть узоры Морвины и, похоже, так и не успею. Если только сейчас взглянуть на него мельком…

— Эй… Эй-эй-эй! Ты что это делаешь⁈ Ты… зачем на меня так смотришь? — завопила она, стоило мне взять артефакт в руки и применить свой дар алхимика. — Ты будто меня голую разглядываешь… Извращенец! Продолжай, пожалуйста…

Ну… почти так и было.

Узор Морвины был выполнен просто мастерски. Хотел бы я встретить ее создателя, чтобы пожать ему руку… а потом дать в морду. Потому что нельзя души живых людей заключать в артефакты!

Чем дольше я вглядывался, тем больше разворачивался тонкий, искусный узор. То, что казалось сперва одинокой нитью, превращалось в сплетение тончайших волокон. Да, работа моего уровня в самом расцвете сил. Как говорится, так могу только я и Найкл Сексон, артефактор из моего родного мира. Правда, он умер давно, но о его мастерстве ходили легенды.

Отвлекся. Вернулся мыслями к узору Морвины. Душа, заключенная в этот странный предмет, излучала свое небольшое количество магии. Она концентрировалась в нескольких небольших участках по центру — там, где, видимо, хранилось ядро ее личности и пара банальных способностей. Умение открывать замки и обращаться в кинжал.

Если расшифровать узор, то можно понять, что еще она умеет. Но на это уйдут годы. Проще просто напитывать ее магией и раскрывать способности постепенно. А для этого нужно разобраться с Порчей в этом мире и начать оживлять сухие Нити.

Кстати, о магии. Зелье было готово, но узел пуст. Без толики энергии это просто красная водичка, которая слегка ускорит обмен веществ. Поэтому… я достал из ящика стола припрятанный тюбик с мазью Бойлерова, который он мне дал уже несколько недель назад. Тюбик с испорченной мазью.

Пришло время как следует обмазаться!

Сказано — сделано! Когда я растер внушительное количество мази по груди и животу, мое тело сотрясла судорога. Порча растеклась по энергетическим каналам, а организм бросился усиленно ее очищать, чтобы вытащить те крохи магии, что в ней еще остались. Еле успел добежать до унитаза. В следующий раз буду делать это сразу в ванной.

После осталось только подпрыгнуть, стукнуть пятками друг о друга и выкрикнуть «Опля!», как пьяный кабацкий фокусник.

Зато теперь у меня было немного магии. Я тут же пустил ее в дело, насытив узел зелья, и выпил его. Горько-сладкий цветочный комок ухнул в горло, а вскоре ужасно захотелось спать.

Даже инструменты не прибрал и рухнул в мягкую, теплую постель. Только сверху намазал шрам пахучей мазью Тренера.