Не буду твоей (СИ) - Лин Кира

— Я уже ни на что не надеюсь, Джозеф, — я отодвинулась, и рука вампира соскользнула и свободно повисла вдоль его тела.

Мы направились к лесу.

— Ну, и зачем мы вырядились, как на поминки? — вздохнув, спросила я.

— Так надо, — ответил Джозеф, со скучающим видом подбрасывая в руке перочинный нож.

Я покосилась на него. У вампира глаза поблёскивали, как будто он что-то задумал. Или что-то утаил от меня и тихо радовался в предвкушении.

— Так и думала, что ведьма не захочет говорить по-хорошему, — проворчала я, наблюдая за выражением лица вампира. — Хорошо, что предупредил. Жаль было бы испачкать одежду её кровью.

Закатив страдальчески глаза, Джозеф недовольно глянул на меня, не сбавляя шага.

— Никакой крови не будет.

— Тогда к чему этот маскарад? — округлив саркастически глаза, я толкнула его кулаком в плечо.

— Байки о монстрах в лесу — не совсем байки, — нехотя сказал он, убирая мою руку, и вновь уставился в непроглядную темень зарослей.

Я нахмурилась, чуть слышно хмыкнув.

— На встречу с пирогами я и не рассчитывала. Ты советовал прихватить серебряный нож, — искоса глядя на Джозефа, сказала я. — Это для них?

Вампир кивнул. Оказавшись перед пролазом в лес, он остановился и вгляделся в заросли.

— Ты взяла фонарь? — он вдруг повернулся ко мне, и глаза его светились… насмешкой.

Это что ещё значит?

Вместо ответа я достала из бокового кармана кожаной куртки небольшой чёрный фонарик на батарейках. Он легко умещался у меня на ладони. Джозеф удовлетворённо кивнул и, выдав улыбку, пустую, как электрическая лампочка, продолжил движение.

— Жутковато здесь, — отметила я, убирая фонарь в карман.

— Внутри ещё хуже, — ухмыляясь, изрёк он себе под нос.

— И какого рода чудеса нас там ожидают?

— Ничего из того, что ты могла видеть раньше, — нарочито мрачным голосом произнёс он.

— Джозеф, ты нервируешь меня! — процедила я сквозь зубы.

Он повернул голову и просиял, как бумажный фонарик. Ему, видите ли, доставляло удовольствие доводить меня!

— Лешие, вороны-оборотни, фантомы, нимфы и всякого рода завлекалочки, названий которых уже нет в истории, — тихо перечислял он и, пожав плечами, мельком поглядел в чёрное небо. — Всё, на что хватило фантазии у Селены.

— И против этого шизофренического стада лесной твари только серебряный нож поможет⁈ Пули не подойдут?

— Она создала армию, дабы отвадить от леса непрошеных гостей, но не с целью убить. Поэтому — да, только нож, — Джозеф замолчал на мгновение, раздвигая руками ветви. — Хотя, за пять лет многое могло перемениться.

Голос вампира прозвучал тихо и зловеще. Я поежилась.

— Хватит запугивать, Джозеф!

Не глядя на меня, вампир улыбнулся.

— Ты убиваешь вампиров, а ходячее дерево внушает тебе страх⁈

Я прищёлкнула языком.

— Речи не шло о ходячих деревьях. Если бы знала, прихватила бы топор!

— У тебя есть серебряный топор? Серьёзно? — повернув голову, как ни в чём не бывало, спросил он.

Я возмущенно вытаращилась на вампира. В его глазах сквозило веселье, но выражение лица оставалось каменным. Эмоции схлынули с него, как по волшебству.

На самом деле, увидеть улыбающегося Джозефа, упражняющегося в остроумии — нонсенс. Мы работали с ним в паре по поручению Антонио, и никогда прежде начальник охраны не хохмил.

В моих глазах он являлся воплощением суровости и силы. А сегодня что-то переменилось. Вероятно, таким образом он старался разбавить напряжение, повисшее между нами.

Но обычно Джозеф на такую ерунду внимания не обращал.

— Шутки в сторону. Доставай нож, и будем пробираться в глубь леса.

Я моргнула и потянулась рукой за спину — под волосами торчала из ножен рукоять ножа. Джозеф проследил за моим движением, а когда продемонстрировала ему мачете, закатил глаза.

И показал мне свой складной нож. Резная рукоять блеснула в темноте.

— Любопытно, у кого из нас какие комплексы, — усмехнулась я.

— Я-то для обороны захватил, а ты, похоже, и правда собиралась деревья рубить.

Я осклабилась, на что вампир расплылся в удовлетворённой улыбке и стал пробираться в лес. Деревья будто специально склонялись, затрудняя движение — ели распустили лапы, заметая ими землю.

Дубы растопырили кривые голые ветви, покрытые паутиной, норовя угодить в глаза, хлестали ими по лицу. Спотыкаясь на ровном месте об откуда ни возьмись проступившие корни, мы пробивали себе путь, размахивая ножами.

Трава опутывала ноги, липла к штанинам. Футболка на спине пропиталась потом, и я боялась моргать, чтобы ненароком не упустить из виду Джозефа.

Он справлялся лучше меня, ведь уже бывал здесь. Когда я почти выбилась из сил и готова была завопить, что сдаюсь и поворачиваю обратно, лес расступился — первое испытание пройдено.

Непроглядная тьма сомкнулась вокруг нас. Я с трудом различала силуэт вампира, хотя могла дотянуться рукой.

— Что дальше?

— Идём друг за другом. Можно за руки, — блеснув широкой белозубой улыбкой, Джозеф посмотрел вперёд. — Сзади напасти ждать не стоит, она будет преграждать путь. Не теряй меня из виду.

И бесшумно заскользил по тропе, испещрённой кривыми корнями. Чертыхнувшись, я поспешила за вампиром. Легко ему говорить.

Я же и собственного носа не видела!

Воздух пах сыростью и плесенью. Мох устилал мягким ковром землю и проваливался под ногами. Мы двигались почти бесшумно.

Застывшая тишина будоражила воспалённое воображение. Ни шелеста листьев, ни шороха травы — будто громкость убавили до минимума. Споткнувшись о корягу, я чудом удержалась на ногах, но руку выставила.

И уперлась ладонью в спину вампира. Его тело даже через куртку оказалось твердокаменным. Джозеф не обратил внимания — прислушивался к лесу.

Впереди мигнули два алых огонька. Сначала я решила, что мне померещилось. Но вдруг они переместились и вспыхнули слева от нас. Я задержала дыхание, стиснув рукоять ножа.

— Что за чертовщина? — едва различимым шёпотом спросила я, потянув Джозефа за рукав.

Он так же тихо ответил, не спуская глаз с появившейся напасти:

— Фантом. Если он учует страх, то начнёт им питаться и материализуется.

И продолжил движение, осторожно ступая по мху и переступая корни.

— Мило, — я прошла за вампиром, не спуская глаз с фантома, замершего между деревьями.

Но он не шелохнулся. Снова уставившись в непроглядную тёмную даль, я чуть не ахнула. Повсюду мерцали красные огоньки — за каждым кустом, за каждым деревом.

Ну и как тут оставаться равнодушной?

— Откуда они берутся?

— Чёрт их знает, — вампир пожал небрежно плечами. — Я слыхал версию о неупокоенных душах животных, застрявших в мире живых. И ведьмы вроде как могут их призывать и натравливать на врагов. Фантом, напившийся страхом жертвы, способен разрастись до размеров медведя, и завалить его — нелёгкая задача. Как раз пригодился бы серебряный топор.

От его тихого издевательского смешка у меня щёки вспыхнули.

— Так ты решил, что я слаба в коленках⁈ — прошипела я, но вампир внезапно оказался лицом ко мне.

Я не видела его движения. Это было почти волшебство. Прислонив указательный палец к губам, он возвёл глаза к небу. Я, ещё не успев остыть, с открытым от возмущения ртом проследила за его жестом.

Верхушки деревьев касались друг друга, заслоняя ночное небо. Сначала я ничего не видела. Но вскоре во тьме прорисовались силуэты птиц, облепивших вековые ели.

Их было невероятно много — сотни. Может быть тысячи. И угольки глаз, обращённые к нам, горели во мраке. У меня челюсть отвисла.

— Они материальны?

— А то как же! Более, чем, — Джозеф развернулся ко мне спиной и продолжил движение. — Реагируют на звуки и движение. Поэтому-то я тебе и сказал одеться во всё чёрное — так меньше вероятность оказаться замеченным.

— Теперь ясно, — меня так и подмывало поглядеть вверх. — И что будет, если они нас заметят?

— Налетят.

— И заклюют?