Тень Великого Древа - Суржиков Роман Евгеньевич

Все офицеры разделяли взгляды герцога: со степняками нужно говорить только с позиции силы. Тройка разведчиков поехала в Трезубец не таясь, при плащах и знаках различия, имея целью не вынюхивать, а требовать сведений в открытую.

Вскоре вернулся один из них. Двое других задержались в городке, чтобы узнать все детали, а младшего послали с грузом тяжкого известия: Славный Дозор пал, корпус Лиллидея разгромлен, Снежный Граф убит.

Новость глубоко опечалила воинов. Особенно тяжело приняли утрату Лидские Волки – ведь они родились в вотчине павшего Лиллидея, знали и самого графа, и многих его кайров. А на Джемиса даже страшно было смотреть. Он сел на голую землю, прижал к себе пса и гладил, гладил, гладил так, будто в целом мире никого больше не имел. Голова кайра склонилась на грудь, плечи вздрагивали от неслышимых рыданий. Даже тех офицеров, кто не любил Джемиса, тронула его скорбь. Они намекнули Эрвину: поговорите с Лиллидеем, у него же нет иных друзей. Это было очень нелегко.

– Помоги мне, – попросил Эрвин альтессу.

Тревога за руку ввела его в темное облако скорби, окружившее кайра. Эрвин сел рядом с другом и долго молчал, набираясь духу. Пальцы Джемиса дрожали на холке Стрельца.

– Я соболезную вам, – наконец, решился герцог. – Ваш отец погиб, исполняя мой приказ. Будь я умнее, он остался бы жив.

Джемис ответил таким взглядом, что Эрвин ощутил себя зарытым в могилу.

– Моя вина, – выдавил Ориджин.

Джемис помолчал, вращая черные жернова мыслей. И вдруг сказал:

– Нет, милорд. Я был к вам несправедлив. Вы сделали лучшее, что было возможно.

Больше никто из них не нашел слов. Эрвин посидел возле Джемиса и тоже погладил Стрельца. Ощутил, как пес немного расслабился под его рукою.

Позже вернулись остальные разведчики. Они принесли ряд славных подробностей битвы. Кайры Снежного Графа сражались с немыслимой отвагой и положили в пыль почти половину вражеских перстоносцев. Орда немалой кровью расплатилась за победу. Пауль отдал особый приказ взять Лиллидея живьем – очевидно, чтобы поглумиться. Но Снежный Граф не дался в руки шаванам, и сейчас, по всей видимости, уже пирует со Светлой Агатой. Эти рассказы немного поддержали бойцов. Но Эрвин едва слышал слова, занятый совсем иным предметом.

Вместе с разведчиками в лагерь прибыла леди Нексия Флейм.

– Милорд, я провинилась перед вами. Боги свидетели: я действовала не по своей воле, а затем – сполна искупила вину. Желая разрушить действие Ульяниной Пыли, отец не сказал мне, что вы остались живы. Два дня я провела в уверенности, что своими руками убила вас… Однако с тех пор произошло столько всего, что эти события остались буквально в прошлой жизни. Я искала вас не затем, чтобы просить прощения. Я должна предупредить: вам грозит опасность.

Слушая Нексию, Эрвин с удивлением отмечал: в голосе ее звучит вина, но не слабость и не робость. Девушка говорила твердо, как человек, глубоко уверенный в себе. Ульянина Пыль на время отняла ее силу воли, но теперь Нексия возвращала свое с лихвой.

В голове Эрвина теснилось множество вопросов. Он попытался расставить их по значимости и потерпел провал, и выплеснул как попало:

– Как ты очутилась тут? Что происходит в Альмере? Как поняла, где меня искать? Есть ли новости с Севера?..

– Наняла шхуну в окрестностях Флисса и добралась до истока Холливела. Оттуда – на лошадях. Я не могла знать, где вы, да и живы ли. Рассудила так: если живы, то вернетесь к Славному Дозору, но сперва пошлете разведку в Трезубец. Там и ждала.

Это было разумное и хладнокровное суждение. Мысль о возможной гибели Эрвина не повергла девушку ни в одну из крайностей. Она не помчалась аж в самый Рей-Рой, лишь бы обнять хладный труп любимого, и не бросилась в реку, ибо все теперь едино. Взяла и трезво рассчитала, где искать войско северян.

– Но в Степи очень опасно! Здесь же бродит Гной-ганта с ордою!

– Я знала, где Гной-ганта. Вовсе не тут.

– Даже без него Степь – тревожное место. Как отец отпустил тебя? Сбежала?..

– Напротив, это он отправил меня с поручением.

– Сюда?! У него, верно, помутился рассудок – отправить дочку в Степь в такое время!

– Милорд, отец послал меня вовсе не к вам. Я отклонилась от пути, дабы вернуть вам долг.

– О чем вы..

– Не перебивайте! Дайте же сказать! В Уэймаре дела – дрянь! Виттор Шейланд применил свое главное орудие – видимо, то, которое называют Абсолютом. Погибло множество людей, и штурм замка сорвался.

– Отец?! Сестра?!

Нексия поспешно добавила:

– О них нет плохих известий. Абсолют не принес графу Виттору победы. Ваш отец осадил Уэймар и запер Шейланда в замке.

Эрвин выдохнул с облегчением – он допускал гораздо худший исход. Отец жив, и у него достаточно кайров для осады, а значит, и Иона жива – Виттор не рискнет убить ее, пока находится в кольце. Эрвин уже спешит к ней на помощь и везет Перст Вильгельма!

– А чем окончилась осада Флисса? Приарх арестован?

Только теперь голос Нексии дрогнул.

– Здесь начинаются худшие новости. Ради них я и искала вас. Возвращаясь, вы должны знать все, что ждет по ту сторону Холливела… Орда Пауля взяла Славный Дозор и вторглась в Альмеру. Они промчали по Красной Земле, как ураган, круша все на пути, и подступили к Флиссу. Герцог Фарвей не счел нужным сражаться против Пауля и приказал своим войскам отступить. Мой отец был вынужден подчиниться.

Глаза Эрвина поползли на лоб.

– Пауль вторгся в Альмеру – но зачем?.. Он должен спасать Кукловода, а значит – спешить на север, в графство Шейланд!..

– Когда мы отошли от Флисса, еще нельзя было точно судить о его мотивах. Отец полагает, что Пауль хочет завладеть кораблями.

– Остались ли в Альмере мои войска?

– Около пяти батальонов: корпус генерала Хортона и остаток армии графа Лиллидея. Они отходят к реке Бэк, чтобы там занять оборону.

Эрвину потеплело на душе. Сохранилось целых пять батальонов – это внушительная сила! А замок Эрроубэк – отличное место для обороны, если орда решит двинуть на Фаунтерру.

– Как ведет себя Минерва? Прогнала Роберта из столицы, вступила в союз с Кукловодом?..

– Нет, насколько знаю. Последнее, что я слыхала: ее величество готовится защищать Фаунтерру, собирает войска и строит укрепления.

– Умница!.. А где мать Корделия? С твоим отцом?..

– Мертва.

– Холодная тьма…

– Когда рыцари Фарвея начали отступать, святая мать попыталась пристыдить их. Встала перед воротами Флисса и сказала, что не уйдет никуда, даже если сбежит все войско. Но рыцари все равно ушли, а Пауль явился и убил мать Корделию.

– Очень жаль.

Корделия была по душе Эрвину – больше, чем кто-либо из высшего духовенства. Но даже ее смерть не вогнала его в уныние. Главное: сестра и отец живы, Уэймар в осаде! Стоит Эрвину привезти туда Орудие – и Виттору конец, а Иона спасена!

Нексия с удивлением смотрела ему в лицо:

– Милорд, похоже, мои слова не достигли вашего сознания. Позволю себе повторить. Вся северная Альмера захвачена ордой. Шаваны рыщут повсюду, у многих – Персты Вильгельма. Если вернетесь в Альмеру, вас обязательно заметят и уничтожат. А если пойдете на север, чтобы соединиться с отцом, то Пауль будет в Уэймаре раньше вас. Вы отрезаны ото всех северных войск и погибнете, если попробуете добраться до них.

Эрвин усмехнулся:

– Дорогая, я понял все это.

– Тогда откуда улыбка на вашем лице?

– Во-первых, безумно радуюсь встрече! Счастье – видеть тебя в трезвом рассудке, без никакой Пыли. А во-вторых, я ожидал намного худшего. Думал, мои войска уже разбиты, Минерва переметнулась к Кукловоду, отец погиб, Иона и Роберт тоже – словом, умерли все на свете, кроме злодеев и гадов. Но оказалось, мертвы только Снежный Граф и Корделия, причем оба погибли так славно, что на Звезде получат лучшие хоромы. Благодаря твоим словам, моя ночь сменилась рассветом!