Мастер Марионеток строит Империю. Том 3 (СИ) - "Архимаг"

Дрон перестал пищать, его корпус задрожал. Из недр маленького ведра раздался звук, похожий на запуск реактивного двигателя.

— ПЫЛЬ ДОЛЖНА ИСЧЕЗНУТЬ! — Чистюля неожиданно взревел басом, от которого задрожали люстры.

Это битва будет Легендарной. Ну или очень быстрой.

— Раздавить его! — лениво бросил Лиринэль, отпивая из бокала.

Раскрасневшийся от коньяка и собственной важности генерал фон Штопор довольно крякнул и добавил:

— Сейчас вы увидите мощь гидравлики пятого поколения, господа! У мелкого мусора нет никаких шансов!

Центурион медленно, с низкочастотным гудением начал наклоняться. Его огромная рука-манипулятор, способная, по заверениям рекламы, смять танк, потянулась к «Чистюле». Пальцы, похожие на железнодорожные шпалы, начали смыкаться.

Зал замер в ожидании расправы, Лира вцепилась в мой локоть так сильно, что я услышал жалобный скрип ткани пиджака. Арли прикрыла глаза ладошкой. Хотя я прекрасно видел огонек видеозаписи на ее кристалле, который она сжимала во второй руке.

Чистюля вильнул, проскальзывая между огромными пальцами. Те с громким лязгом схватили пустоту.

— ПЫЛЬ СОПРОТИВЛЯЕТСЯ! — проревела турбина внутри Чистюли.

Я стоял неподвижно, не используя магию. Даже театрально руками не махал. Мне это было не нужно. Лишь легкая вибрация скользнула от моих пальцев по Нитям Души к ядру дрона.

— Чистюля, — произнес я тихо, но в мертвой тишине зала мой голос прозвучал пугающе отчетливо. — Активировать протокол «Сортировка». Объект классифицирован как крупногабаритный строительный мусор. Приоритет: демонтаж и утилизация.

Центурион ударил, и его кулак обрушился на пол, выбив фонтан каменной крошки, но моего дрона там уже не было. Чистюля создавался не для войны, а для уборки в экстремальных условиях. Это требовало скорости, маневренности и умения пролезать в самые труднодоступные места.

Поэтому в тот момент, когда стальная рука коснулась пола, мой дрон уже заехал по ней прямо на плечо к гиганту.

— Пи-бип! — радостно просигналил малыш. — Обнаружено критическое загрязнение поверхности! Приступаю к глубокой полировке!

— Что⁈ — Лиринэль поперхнулся вином, закашлявшись. — Сбрось его немедленно! Раздави эту блоху!

Центурион начал неуклюже хлопать себя по плечам, пытаясь достать юркого противника. Но мои Нити придавали уборщику дополнительную скорость и маневренностью. А присоски на колесах позволяли ему ездить хоть по потолку.

Чистюля скользил по броне гиганта словно капля ртути, уворачиваясь от ударов. Те оставляли глубокие вмятины на собственном корпусе Центуриона.

— Дамы и господа! — мой голос легко перекрыл грохот, когда я вышел чуть вперед. — Мой оппонент утверждает, что перед вами вершина инженерной мысли и идеальная машина убийства. На нее ушло много денег из казны Империи.

Я выдержал театральную паузу, позволяя дрону забраться на шлем гиганта.

— Но у моего скромного уборщика есть одна полезная функция. А именно глубокий сканер материалов, который обычно нужен, чтобы отличать шелк от шерсти при чистке ковров. Сегодня же мы используем его для независимой экспертизы.

Я щелкнул пальцами.

— Чистюля, режим «Рентген». Покажи нам богатый внутренний мир этого парня.

Дрон замер на макушке Центуриона, и из его единственного глаза вырвался широкий конус голубого света, накрыв гиганта целиком. Воздух задрожал, и над фигурой боевого голема развернулась гигантская, детальная иллюзия-схема его внутреннего устройства в реальном времени.

По толпе прокатился изумленный вздох. Даже генерал фон Штопор от неожиданности уронил монокль в бокал с шампанским.

Картинка была безжалостной: вместо сияющего сложного механизма внутри пафосной оболочки скрывалось нечто уродливое и жалкое.

— О, как интересно! — я подошел ближе к голограмме, указывая на подсвеченные узлы. — Генерал, поправьте меня, если я ошибаюсь, но в смете наверняка указан «армированный мифриловый каркас». Тот самый, что стоит пять тысяч золотых за килограмм?

Я ткнул пальцем в ржавую, кривую балку, служившую позвоночником голему.

— Спектральный анализ показывает, что это сталь низкого качества, переплавленная и с высоким содержанием примесей. Если схема не врет, это бывшие железнодорожные рельсы. Списаны лет пятьдесят назад, и их даже не покрасили антикоррозийкой!

Толпа зашумела. Аристократы и представители Торговой Лиги начали возмущенно перешептываться.

— А вот здесь, — я указал на клубок проводов в груди голема, — должны быть «магические жилы из эфирного волокна», но что мы видим на самом деле?

Голограмма приблизила изображение, и я не сдержал злого смеха.

— Обычные медные провода. Местами с прогоревшей изоляцией! О, смотрите, синяя изолента! Великая и могучая синяя изолента держит весь контур питания! Виконт Лиринэль, это и есть ваши хваленые «инновации»? Технология «примотай и молись»?

Лиринэль стоял, открывая и закрывая рот подобно выброшенной на берег рыбе, а его лицо пошло красными пятнами.

— Это клевета! — наконец взвизгнул он. — Это иллюзия, твой дрон подделывает картинку!

— Правда? — я приподнял бровь. — Тогда давайте снимем подарочную упаковку. Чистюля, фаза два, вскрытие.

Дрон на голове гиганта трансформировал свой манипулятор-щетку в световой резак. Воздух вспорол тонкий светящийся луч…

Центурион скрипел и бил, пытаясь сбросить с себя мучителя. Но Чистюля под моим контролем ловко уворачивался, продолжая вскрытие. Лазерный луч неумолимо шел по креплениям золотой брони на груди гиганта.

С легким свистом дешевые алюминиевые крепления лопнули. Тяжелые пафосные пластины с грохотом рухнули на мраморный пол, обнажая нутро машины. Это было зрелище, достойное кунсткамеры: перед всем высшим светом Аргентума предстал уродливый, чадящий скелет. Из него во все стороны торчали ржавые пружины, а провода висели неопрятными гирляндами. Масло потекло из всех щелей, собираясь под големом в большую черную лужу.

— Не может быть… — прошептала Лира, в ужасе прикрывая рот ладошкой.

— Может, — громко подтвердил я. — Они слишком понадеялись на Подавитель Теней. Решили, что с ним победит даже такая рухлядь из кастрюль… или из тостеров?

С мелодичным звоном из недр голема вывалилась какая-то пружина, ударилась об пол и покатилась прямо к ногам генерала фон Штопора. Генерал побагровел так сильно, что, казалось, его сейчас хватит удар. Он начал пятиться назад, пытаясь раствориться в толпе. Люди брезгливо расступались перед человеком, поставившим свою репутацию на «тостер» в позолоченной обертке.

Центурион, лишившись брони, сделал неуверенный шаг. Гигантское колено скрипнуло, мотор внутри натужно завыл. Лазер Чистюли, кажется что-то серьезно повредил при вскрытии. Голем рухнул, из его нутра вылетела еще парочка пружин. Пару раз дернулся и затих.

Мой маленький дрон гордо восседал на вершине этой кучи мусора.

— Утилизация завершена, — деловито отрапортовал он. — Рекомендуется влажная уборка помещения и проветривание от запаха коррупции.

В зале повисла звенящая тишина, которую прервал чей-то сдавленный смешок. Его тут же подхватили остальные. Через секунду весь бальный зал сотрясался от хохота. Злого и ядовитого смеха аристократии, понявшей, что ее пытались нагло надуть.

— Переплавленные кастрюли! — кричал посол Железных Кантонов, вытирая слезы. — Ох, держите меня, я сейчас умру от смеха! Тостер на страже Империи!

— Позор! — вторила ему старая графиня. — «Голем-Пром» продает нам мусор по цене фамильных драгоценностей!

— А чему удивляться, господа? Мы все прекрасно знали о дерьмовом качестве их продукции, — заметил мужчина в форме офицера Легиона. — Но увидеть такое публичное унижение… это дорогого стоит!

— Сударь ван Клеф, я куплю этого пупсика у вас за любые деньги! — ко мне лично обратилась некая пожилая дама, указывая на Чистюлю. Её маленькая собачка на поводке злобно тявкала на остатки Центуриона.

— Боюсь, это экспериментальный образец, он не для продажи, — быстро произнес я, приказав Чистюле вернуться в Теневой Ангар. — Но я могу предложить вам другие модели, чья безопасность и надежность уже подтверждены.