- А это какая? – спросил Диего.
- Пятнадцать узлов, – с гордостью ответил Найджел.
“Много, наверное”, – подумал оборотень, ничего в этом не смысливший, и тот вдруг капитан спросил:
- С вами все в порядке?
Уикхем скрипнул зубами, набрал в грудь воздуху и почему-то тихо ответил:
- Нет.
Некоторое время они помолчали, а потом он с горечью сказал:
- Какое вам-то дело до этого всего.
- У нас тоже есть младшие братья, – ответил капитан. – И мы сделаем для вас все, чтобы вы нашли Элио.
- Это я, – пробормотал Диего; почему-то, может, потому, что он знал Найджела не больше, чем какого-нибудь случайного попутчика в путешествии, он не мог сдержаться. – Это я виноват. Я должен был проследить, чтобы с ним ничего не случилось. Проклятье! Я же знал, на что он способен!
- Это произошло слишком быстро. Вы бы не успели его удержать.
- Я должен был догадаться. Как только увидел отца и маму... Элио потерял своих, и я должен был, должен был знать, что он сделает ради нас!
Найджел сделал к нему шаг, но тут дверь в каюту снова открылась, и Диана чуть не столкнулась с капитаном. За ее плечом виднелся Шарль Мируэ, все еще бледный.
- О, вы здесь! – воскликнула девушка.
- Да, мисс. Я пришел сообщить, что как только ваш начальник отдаст распоряжение, яхта немедленно разовьет самую большую скорость, что ей доступна.
- Спасибо. Но нам бы не хотелось подвергать ее еще большей опасности, чем раньше. Ведь Элио – это наш друг, а не ваш.
- Мне дороги все, кто дорог вам.
Диана немного порозовела и сказала:
- Тогда будьте добры, прикажите плыть к отрогам Рундара как можно быстрее.
- Конечно, мисс, – капитан осторожно протиснулся девушки наружу. Диана проводила его взглядом, достаточно нежным для ее натуры, не знающей сантиментов, обернулась к Диего, тут же скользнула к нему, поднялась на цыпочки и обняла. Оборотень крепко прижал ее к себе. Она поглаживала его по плечу, пока Шарль пробирался мимо них. Он сел на койку Элио, взял его книгу, бережно завернутую в белый бархат, и уткнулся подбородком в обложку. Взгляд рекрута был тяжелым и мрачным.
- Вы сказали шефу обо всем? – спросил Диего.
- Нет, – Диана покачала головой. – Не думаю, что Элио будет рад, если мы станем рассказывать об этом всем подряд. Но шеф принял к сведению все остальное и приказал отправляться к Рундару. Он вышлет нам на помощь группу агентов. Мне нужно устроить все так, чтобы мы встретились на берегу.
- О да, мы встретимся, – процедил Шарль. Его глаза свирепо вспыхнули. и Диего вздрогнул от того, насколько его лицо вдруг стало похоже на лицо Джеймса Редферна. – Мы встретимся, найдем этот чертов замок и убьем Мальтрезе!
Глава 9
26 июля 1866 года, Арбелла, порт и столица эмирата Таназар
Дело становилось все сложнее и сложнее. Выбраться из дворца сразу же не удалось, а теперь проскользнуть мимо стражи было почти невозможно. Люди из Бюро владели магией, а если отвести глаза обычным стражникам – агенты мигом это почуют и возьмут след.
Меннад дан-Танан сжал в кармане амулет, открывающий портал. Он мог бы им воспользоваться – но уже не был уверен в том, что это безопасно: амулет оставляли отпечаток, как и любое волшебство, и сейчас, когда дворец полон проклятых ищеек, прыгнуть в открытый амулетом портал – все равно что повесить себе на шею колокол.
И главное – все оказалось напрасно! Эмир, с его невероятным везением, до сих пор был жив, хотя Меннад все еще терялся в догадках, как ему это удалось. Да, с ним был старик-джилах, но неужели этот ходячий скелет, из которого песок сыпется уже десять лет, смог бы выстоять против полудюжины настоящих чародеев из Ордена?
Тем не менее, нужно было что-то решать. Меннад поднял голову к небу. Может, укрыться невидимостью, перелететь через стену и нырнуть в толпу на торговой площади, добраться до порта и заплатить капитану какого-нибудь ибелинского судна? Пираты Ибелина не подчинялись эмиру, даже когда называли себя “торговцами” – правда, если Аль-Мунзир уже успел наложить арест на порт, то за любым кораблем, который рискнет выйти в море, тут же начнется погоня. Ведь нетрудно будет догадаться, кто именно пытается удрать из Арбеллы.
Но, поразмыслив так и этак, Меннад все же решил, что это его единственный выход. Главное – найти такое место у дворцовой стены, которое находится как можно дальше от агентов Бюро. Благо должность смотрителя над каменщиками позволяла дан-Танану свободно перемещаться по всем стенам и укреплениям дворца.
Он покинул розарий, с некоторым сожалением подумав, что едва ли когда-нибудь снова его увидит. Он провел здесь немало часов, укрываясь в тени то одной, то другой беседки, увитой розами, и читая те книги, которые вели его по пути тайных знаний. Он надеялся занять около Аль-Сухрана то же положение, что и старый джилах – около Улуджа и его сынка, но увы... старик, задери его шайтан, проскользнул между пальцами, как песчаный змей, и уволок с собой Аль-Мунзира с женой – и кто бы мог подумать, что из этого выйдет!
“К чему сожалеть о несбывшемся”, – вздохнул Меннад и стал подниматься по лесенке на стену. Место было удобное: ни стражи, ни агентов Бюро.
Однако, добравшись до стрельчатых зубцов – наследия тех времен, когда дворец был крепостью – Меннад обратил внимание на странную процессию, которая вдруг показалась на широкой дороге, ведущей к воротам в стене. Три дюжины синей стражи окружали эмира, его дядю и старшего кузена. Позади них шли высокий рыжий мужчина с огромным псом – кто-то из них был главой Бюро, ах, как бы вспомнить, кто именно – еще один, седоусый и могучий агент с молотом на плече и третий, помоложе. Процессия проследовала к воротам и принялась медленно подниматься на площадку между двумя надвратными башнями.
Удивленный этим зрелищем, Меннад наконец обратил внимание на шум снаружи, волнами накатывающий на крепостные стены. Он выглянул между зубцов и увидел, что площадь вокруг дворца запружена народом, при чем толпа все время увеличивается. По улице, что вела к воротам дворца, двигалась плотная группа людей: серая стража во главе с неким офицером, которого дан-Танан не знал, а в кольце стражи – несколько человек в аданской одежде, такой грязной и пыльной, словно они только что выползли с каторжных работ в соляных рудниках. Но самое главное – один из этих людей вел под уздцы ослика, на котором ехал связанный визирь Аль-Сухран, похудевший и почерневший, как высохшее дерево.
Меннад замер. Хвала Аллаху и мудрости предков, что он не воспользовался амулетом! Он бы доставил его прямо в руки агентов Бюро, в самый разгар их захвата бывшего первого визиря!
Но это же означало, что плыть в Аль Куфну теперь нельзя, база Ордена разорена и захвачена агентами; куда же тогда бежать?
Процессия тем временем достигла ворот – а эмир со свитой вскарабкался на площадку между башнями и даже отважно подошел к ее краю и встал между зубцами. Аль-Сухран поднял голову и, увидев Аль-Мунзира, скривился.
- Продажный сын никчемного отца! – сипло рявкнул бывший визирь. Меннад поморщился. Он никогда не был высокого мнения об уме этого фанатика, хоть тот и был прав насчет зависимости эмирата от чужаков. Но можно же и не творить одну глупость за другой! Тем более, что толпа вокруг дворца встретила это высказывание недовольным рокотом.
- Я, по крайней мере, не продавал мою землю детоубийцам, убийцам женщин и стариков, – ответил Аль-Мунзир. – Впрочем, мы охотно выслушаем тебя на суде по писаному закону.
- Как будто неправедные судьи вынесут мне справедливый приговор!
- Аллах милостив, – холодно сказал эмир. – У тебя будет время как следует помолиться.
Ворота медленно открылись, а Меннад отошел в тень башни. Представление закончилось, и пора было уходить. Он пробормотал заклинание невидимости, а затем – заклинание левитации и воспарил над стеной. Народ внизу все еще бурлил, обсуждая случившееся, как то часто бывает с глупцами, даже не догадываясь о его сути. Меннад взмахнул руками, словно при плавании, и погреб к площади, нацелившись на узкий проулочек, в котором никого не было, как вдруг всем телом врезался в нечто невидимое, упругое и очень плотное. Его даже отбросило назад, к стене.
