Крыс подвинул мне кружку.
— Эль? Или ты не…
— Я все равно не пьянею. Но спасибо за жест.
Он пожал плечами и допил из своей.
— Ну, рассказывай. Как прошло?
Я откинулся на спинку и задумчиво осмотрел в потолок.
— Крыс… я всякое дерьмо за жизнь повидал. Ты даже не представляешь какое. Но это… — я ткнул пальцем в папку. — Это было самое сложное испытание в моей жизни.
Он рассмеялся.
— Добро пожаловать в легальный бизнес, брат. Самое страшное подземелье Империи.
— Подземелья я покорял. С подземельями всё просто: убил монстра, получил сокровище. А тут… — я потёр лицо руками. — Мозгоправы с ловцами снов. Комиссии по этике, рыдающие над «страдающими» големами. Пожарные инспекторы, вымогающие взятки. Капчи, которые не отличают гидру от виверны. Чиновницы, закрывающие окна за десять минут до конца рабочего дня.
— И ты всех прошёл? За два дня?
— Да.
— Как??? — Крыс округлил глаза.
Я посмотрел на него.
— Ложь, манипуляции и шантаж. Плюс капелька флирта и коварства. И один случай использования гоблина в качестве письменного стола.
Крыс поперхнулся элем.
— Что⁈
— Неважно.
Он вытер рот рукавом. Посмотрел на меня с новым уважением.
— Знаешь, Маркус… раньше я думал, что ты просто везучий идиот, которому повезло выжить в той заварухе с Заказчиком.
— А теперь?
— Теперь я думаю, что ты — очень опасный человек, который притворяется везучим идиотом.
— Это комплимент?
— Это предупреждение самому себе. Не становиться твоим врагом. Человек, который прошел бюрократический ад за два дня… ад, на который у обычных людей уходят многие месяцы… это очень страшный человек.
Арли захихикала с моего плеча.
— Хозяин, ты теперь официально страшный!
— Я всегда был страшным. Просто раньше это было очевиднее.
Крыс поднял кружку.
— За что пьём?
— За бюрократию, — сказал я. — Самое изощрённое орудие пытки, изобретённое цивилизацией.
— За бюрократию! — Крыс чокнулся с воздухом (моей кружки не было). — И за тех безумцев, которые проходят через неё каждый день! Без магии!
— Они не безумцы, — покачал я головой. — Они титаны духа. Или просто любят боль.
— Какая разница?
— Никакой, наверное.
Он допил. Грохнул кружкой о стол.
— Ну что, Маркус. Теперь ты легальный бизнесмен. Официальный участник тендера. Конкурент «Голем-Прома».
— Звучит угрожающе.
— Так и есть. Они не любят конкуренцию. Последний, кто пытался с ними тягаться… — Крыс провёл пальцем по горлу.
— Умер?
— Хуже. Его завалили проверками. Налоговыми, санитарными, пожарными… Он год отбивался от инспекторов, пока не обанкротился.
— Весело.
— Это бизнес, брат. Тут или ты, или тебя.
Я посмотрел на папку. Задумчиво провел пальцем по печати Гризельды и по регистрационному номеру.
— У меня месяц, — сказал я. — Месяц до демонстрации. Месяц, чтобы построить прототипы, которые переплюнут их «летающие утюги».
— Успеешь?
— Должен.
— А если не успеешь?
Я улыбнулся. Не очень доброй улыбкой.
— Тогда буду импровизировать. Как сегодня.
Крыс посмотрел на меня долгим взглядом.
— Знаешь, Маркус… я рад, что мы на одной стороне.
— Мы на одной стороне?
— Рейна так считает. А я доверяю её чутью.
— Рейна… — я вспомнил рыжую наёмницу с пульсаром на носу. — Как она, кстати?
— Строит какие-то планы. — Крыс отмахнулся. — С этой аристократкой, Элис. Они вчера вечером заявились в Пьяного Пегаса. Прикинь? Как подружки. И долго шептались в уголке.
— Шептались? — я нахмурился.
— Ага. О чём… не знаю. Но когда две женщины шепчутся, жди неприятностей.
Я задумался. Чтобы высокомерная Элис заявилась в такое «низкопробное» заведение как «Пегас»? Да ещё и в компании с Рейной. Нонсенс.
Две ученицы, которым я отказал. Которые пришли ко мне одновременно и которые дрались друг с другом, а потом… а потом, видимо, нашли общий язык.
— Неприятности, — повторил я задумчиво.
— Проблемы, брат?
— Пока нет. Но чувствую, что скоро будут.
Крыс рассмеялся.
— Добро пожаловать в Аргентум. Здесь проблемы идеально вписываются в местный колорит.
Я посмотрел в окно, на город, утопающий в огнях. На башни, на дирижабли, на летающие платформы.
Где-то там дымил заводами «Голем-Пром» со своими промышленными мощностями и связями. Где-то там плел сети князь Карл со своими жучками и интригами. Где-то там две настырные девицы что-то замышляли. И где-то там сто тысяч золотых ждали своего нового владельца.
— За будущее, — сказал я, поднимая воображаемую кружку.
— За будущее! — откликнулся Крыс.
Арли захихикала.
— За хаос и безумие!
— Это тост или описание моей жизни?
— И то и другое, хозяин. И то и другое.
Я усмехнулся. Месяц или тридцать дней. Или семьсот двадцать часов, чтобы построить армию, выиграть тендер. А также разобраться с темным прошлым Маркуса, найти схрон Очищения. И при этом постараться не убить никого из тех, кто будет мне мешать.
Хотя насчёт последнего… не уверен.
Крыс заказал ещё эля. Потом ещё. К третьей кружке его глаза начали блестеть, а язык развязался окончательно.
— Знаешь, Маркус, — он наклонился ближе, понизив голос. — Я тут подумал… насчёт твоего тендера.
— И?
— Тебе понадобится не только прототипы. Тебе понадобится юридическое прикрытие. «Голем-Пром» не будет сидеть сложа руки. Они начнут копать. Искать, к чему придраться. Патенты, лицензии, происхождение материалов… ну сам, крч, знаешь… ик…
Я кивнул. Это было очевидно.
— Уффф… У меня есть ещё знакомый, — продолжил Крыс, отдышавшись. — Он глава той конторы… босс того юриста, которого ты уже знаешь. Мэтр Когтев, погоняло Крючкотвор. Он ветеран корпоративных войн, хотя говорят, что давно отошел от дел. Знает все лазейки. Все грязные трюки.
— Сколько?
— Дорого. Но он стоит каждой монеты.
Я достал из внутреннего кармана кошель, тяжёлый и плотный. Он глухо звякнул, когда я положил его на стол. Крыс озадаченно уставился на мешочек. Потом поднял глаза на меня.
— Это…
— Передай ему. Аванс за будущие услуги.
Крыс осторожно взял кошель и взвесил в руке. Глаза наемника расширились.
— Тут больше, чем надо. Намного больше.
— Знаю.
— Зачем?
Я откинулся на спинку скамьи. Посмотрел ему в глаза.
— Скажи своему юристу, чтобы был на низком старте. Скоро работы будет много.
— Много?
— Я не собираюсь просто участвовать в тендере, Крыс. — Я позволил себе улыбку. Не самую добрую. — Я собираюсь вести войну. Беспощадную. «Голем-Пром» думает, что они монополисты? Пусть готовятся к осаде.
Крыс медленно спрятал кошель за пазуху. В его глазах появилось что-то новое. Не страх. Скорее… предвкушение.
— Знаешь, Маркус… я начинаю понимать, почему Рейна так в тебя вцепилась.
— Она вцепилась?
— Метафорически. Но да. У нее чуйка на победителей. Профессиональная деформация.
Он допил эль. Грохнул кружкой о стол.
— Мэтр Когтев будет рад. Он давно мечтал вцепиться в «Голем-Пром». У него с ними личные счёты.
— Какие?
— Они разорили его брата. Владельца «Бронзового Сокола». У него ещё прототип взорвался на демонстрации.
Я вспомнил рассказ старшего инспектора Гнуса. Он говорил о мастерской, пытавшейся конкурировать с монополистом. А в итоге взрыв, комиссии и проверки. И неминуемое банкротство.
— Взрыв был не случайностью, — догадался я.
— Саботаж, — кивнул Крыс. — Все знают, но никто не докажет. «Голем-Пром» умеет заметать следы.
— Тогда у нас с Когтевым общий враг.
— Именно. Может, споетесь на этой почве. Как соловьи.
Мы помолчали. В баре становилось шумнее, вечерняя толпа прибывала. Наёмники, ремесленники, торговцы. Все искали способ смыть дневную усталость дешёвым алкоголем.
— Ладно… уффф… — Крыс встал, покачнувшись. — Мне пора. Передам Когтеву твой… подарок. И твои намерения.
