Моя Академия 11 (СИ) - Син Евгений

— Я тебя понял, — отвечаю.

Нет, девушка не просто так развела панику и вытянула меня из Академии. Доказательства пока только косвенные, но пазл постепенно складывается. Срочность проверки, информация от осведомителей, слежка… Менталисты приложат все усилия, чтобы раскопать повод инициации, а там неоднократно мелькнет мой образ. Вот, почему проблемы могут коснуться в том числе и меня — теперь ясно.

— А еще, — добавляет Ариадна. — Нужно учитывать один момент. Есть небольшая проблема для нас обоих. Ты же знаешь, что я произвольно пошла на сделку с этим существом?

— Да, знаю, — киваю в знак подтверждения.

— Я это тоже вспомнила. — Мнётся Ариадна. — А ещё вспомнила, что ты его не уничтожал. Наоборот, помог вернуться. Точнее, не так, я вспомнила, что ты с ним договорился.

— Если бы не договор, то лже-Кольцов мог уничтожить и тебя, и себя, — вспоминаю детали нашей с ним сделки. — Да и, вообще, там много нюансов.

— Ларион, — грустно улыбается Ариадна. — Я всё прекрасно понимаю. Но ты думаешь, что безопасникам есть до этого дело? Допустим, прямо сейчас они тебя не тронут, но в какой-то момент это обязательно вылезет. Уже понятно, как они мыслят. Не рассчитывай, что улыбчивые «добренькие» менталисты, которые дают тебе слово и показывают своё дружелюбие — добросовестные люди. Они — функции. И исключений, к сожалению, здесь нет.

Сразу же вспоминаю про Аглаю. Её противоречивое поведение, но всегда рациональные решения — во всём, что касается важных и экстренных ситуаций.

— Погоди, у нас в Академии есть девчонка с ментальными способностями, — решаю упомянуть. — Директор взял её на своё попечение — она показывает неплохие результаты. Она вроде нормальная. Правда в менталисты её не взяли.

— Поэтому и не взяли, — пожимает плечами Ариадна. — Возможно, её магия и личные способности просто не будут работать без эмоций. Я уже примерно понимаю, как проводят отбор в Академию ментала, и что потом происходит с людьми. Те менталисты, которых ты видишь, — это куклы. Они холодные внутри и абсолютно рациональные. Любые человеческие эмоции на их лицах — маски. Они примеряют их по собственному выбору. Не чувствуют, а выбирают, как продемонстрировать чувства. Большая разница, правда? Это нужно для дела — вот и всё.

Пока Ариадна говорит, вспоминаю белёсые рыбьи глаза красивой во всём остальном спутницы имперского мага и его отношение к ней. Юрий Олегович наверняка в курсе этих особенностей, поэтому и общается таким образом. А я ещё удивлялся.

— Как ты думаешь, — решаю узнать. — Способность управлять эмоциями касается только менталистов или другие маги тоже могут этому научиться?

— Не знаю, Ларион, — глубоко вздыхает девушка. — Но подготовка в нашей Академии несёт именно это. Помнишь, ты отправил мне письмо про личное? Оно меня буквально спасло — я смогла вовремя отстраниться и спрятать свои чувства. Более того, — усмехается, — даже успела придать окраску нашим с тобой взаимоотношениям. Сделала вид, что использую наше общение как ресурс. Не представляешь, как это понравилось моим кураторам.

— Взаимоотношениям? — переспрашиваю.

— Я оставила пару своих мыслей и твоих взглядов — на это хватило моего изначального мастерства, — поясняет Ариадна. — Остальное спрятала. Кураторы повелись. Но сейчас приедут совсем другие люди, они будут жёстче. Мне придется не просто спрятать свои мысли и намерения — мне придется их обмануть. До встречи с проверяющими я должна вырасти как минимум на голову, а то и больше. Это нужно сделать быстро, иначе сам понимаешь… У тебя не должно быть проблем, по крайней мере сейчас, но спустя время, если они узнают, что мы тесно связаны…

— Да, помню, помню, — киваю. — И ни в коем случае не отказываюсь тебе помогать, особенно после услышанного, не переживай. В любом случае мы с тобой уже приехали. Просто хочу понять, что теперь со всем этим делать. Ну, допустим, возьмём все известные вводные. Будет у тебя проверка — что дальше? Ты хочешь сбежать из своей Академии?

— Нет. Это бессмысленно, — качает головой Ариадна. — Я хочу спрятать то, что знаю и то, чего хочу — так, чтобы никто не мог до этого докопаться. Мои желания и мои мысли должны остаться нетронутыми, понимаешь? Я бы хотела остаться с тем, что у меня есть, сохранить личное, а не с тем, что менталисты называют душой — она у них пустая, как бы не казалось, что это не так. Вытравить чувства и остаться самим собой? Не верю. Имитировать — да, это мы все умеем. Даже я. Но именно чувствовать… Нет.

— Насчёт души не знаю, а со всем остальным будем пробовать, — обещаю Ариадне.

— Слышишь? — Девушка вздрагивает и оглядывается.

— Нет, ничего, — тоже прислушиваюсь.

— Шаги, — поясняет менталистка. — Шаги по песчаной дорожке перед домом.

Ничего не слышу. Но при этом моё внутреннее состояние не меняется — ощущение присутствия следует чуть ли не по пятам.

— Понятно. Кто-то пришёл, — тихо говорит девушка. — И этот кто-то считает себя вправе здесь находиться. Давай, давай, пойдём уже, — складывает перед собой руки Ариадна.

— Конечно, — соглашаюсь. — Держись за меня и закрывай глаза — попробуем отсюда уйти.

Девчонка тут же вцепляется в мою спину, а я отрешаюсь от внешнего мира. Правда, внутренних волнений у меня сразу же прибавляется — реакция тела и подсознания на прижавшуюся ко мне со спины Ариадну.

Усилием воли выкидываю все лишние мысли из головы. Получается не очень, но в конце концов сконцентрироваться на воспоминании всё же удаётся.

«Просто делай шаг, два и три» — слышу голос самого лже-Кольцова рядом с собой.

Собственно, прямо сейчас стою на том же самом месте, откуда мы вместе уходили в прошлый раз. Больше ничьи сомнения не мешают. Скрипит входная дверь. Через пару секунд звук повторяется. Похоже, человек, который пришёл, будет далеко не единственным.

Дверь скрипит в третий раз, но я уже закрываю глаза и начинаю внутренний отсчёт.

Тревога подстёгивает мои воспоминания, и я перемещаюсь в тот самый день — по крайней мере, сознанием. Успеваю оценить себя со стороны: сегодня у меня уже есть какой-никакой опыт хождения по тропам. Тогда его не было.

Мне удаётся поймать практически неуловимое ощущение неравномерной плотности пространства между мирами. Прекрасно его помню — и при перемещениях и в нестабильных коридорах Академии. Сейчас оно ещё более чёткое. Но не достаточное, чтобы получилось вызывать его произвольно. Погружаюсь глубже только при помощи памяти и самого места. Дом определенно всё ещё плотно привязан к подобным перемещениям.

Делаю шаг, и мы с Ариадной словно проваливаемся.

Тут же понимаю, что мы уже на тропах.

Скрип двери пропадает в никуда, и больше меня не беспокоит.

Глава 4

Теряем себя

Шаг… Второй.

— Отпускай, — говорю Ариадне и чувствую как девушка убирает руки от моей спины.

— Здесь безопасно? — спрашивает она. — Можно открывать глаза?

— Да можно, открывай, — отвечаю. — Всё равно ни черта не видно.

Ариадна открывает глаза. Вокруг кромешная серость и клубы тумана. Пока зрение привыкает, стараюсь не шевелиться.

— У нас получилось! — радостно восклицает менталистка. — Мы же ушли?

— Да вроде ушли, — соглашаюсь. — Но, кажется, в момент нашего перемещения кто-то заходил в комнату. Возвращаться обратно нужно аккуратнее и спустя некоторое время. А лучше переместиться в ближайшую точку, не в сам дом. Нас там могут ждать. Ты знаешь, кто мог идти за нами?

— Нет, откуда? — отвечает Ариадна. — Это мог быть кто угодно, и не обязательно из моей Академии.

— А ты разве не слышишь мысли на расстоянии? — удивляюсь. — Кольцов вроде управлял…

— Нет. Мне для этого нужно видеть человека, — поясняет девушка. — Хотя, если будет сильно переживать — то, может, и услышу.

— У нашего визитера сильных эмоций, я так понимаю, не было? — задаю вопрос.

— Нет, Ларион, — подтверждает менталистка.

— Ладно, нам надо идти дальше, говорю Ариадне. — Держись ближе ко мне.