— Нервничаешь? — тихо спросил Рейн.
— Немного.
Он усмехнулся.
— Хорошо.
— Почему?
— Значит, тебе не всё равно.
Я кивнула.
Судно отшвартовалось. Медленно. Уходя в море. И я вдруг поняла… Это начало. Настоящее. Но не только работа занимала мои мысли.
Дом. Наш дом. Мы выбрали проект вместе. Долго спорили. Рейн хотел больше пространства. Норд — больше структуры. Я — больше света.
В итоге получилось… что-то наше. Большой. Светлый. С панорамными окнами. С видом на море. И отдельными зонами, где можно быть вместе.
И… не только.
Стройка началась сразу. Несмотря на погоду. Несмотря на ветер. Несмотря на снег, который иногда срывался с неба, будто напоминая, что зима ещё здесь.
Я часто приходила туда. Стояла, закутавшись в куртку, и смотрела. Как поднимаются стены. Как появляются очертания. Как из ничего рождается что-то. Наше.
Рейн иногда подходил сзади. Обнимал.
— Представляешь, как здесь будет?
Я улыбалась.
— Представляю.
Норд стоял рядом. Спокойный. Уверенный.
— Это только начало, — говорил он.
И я верила. Потому что это уже было началом. Не только дома. Но и жизни. Которую мы строили вместе. С нуля. И, кажется… Правильно.
Суд должен был состояться на этой неделе. И, казалось бы, это должно было выбить меня из колеи. Держать в напряжении.
Заставлять прокручивать в голове варианты, сценарии, слова, которых я могла бы сказать… если бы была там.
Но я не была. И, честно говоря, не хотела. Мы с Рейном передали всё адвокату. Все документы. Все доказательства. Асё, что могло понадобиться.
— Девяносто процентов, — сказал он тогда, спокойно перелистывая бумаги. — Вы выиграете.
Я помню, как кивнула. Без радости. Без облегчения. Просто… приняла. Потому что это уже не было про победу. Это было про точку. Окончательную.
И я хотела, чтобы её поставили без меня. Дни на острове текли иначе. Не медленно. Но глубже.
Я просыпалась рядом с ними — иногда между ними, иногда в их руках, иногда просто слыша их дыхание рядом — и уже этого было достаточно, чтобы начать день правильно.
Работа не заканчивалась. Документы. Встречи. Разговоры с жителями. Планы. Иногда мне казалось, что я живу сразу несколько жизней.
Глава 86. Перед тем, как сказать да.
Мы выбирали этот цвет дольше, чем строили дом. Сначала это были споры. Настоящие. С характером.
— Слишком тёмно, — говорила я, глядя на очередной вариант кухни.
— Практично, — спокойно отвечал Норд.
— Скучно, — добавлял Рейн.
— Зато не будет видно грязи, — невозмутимо парировал Норд.
Я закатывала глаза.
— Я не собираюсь жить в месте, где главное преимущество — «не видно грязи».
Рейн тихо смеялся. И вставал на мою сторону. Почти всегда. Но потом…
— Это слишком светло, — говорил он уже через день.
— Ты издеваешься? — поворачивалась я к нему.
— Я не хочу ослепнуть на кухне.
— Это называется «свет», — вздыхала я.
Норд смотрел на нас обоих.
— Мы можем найти баланс.
И, как ни странно… Мы находили. Не сразу. Не легко. Но находили. Мебель делали на заказ. Каждый элемент. Каждую деталь.
Потому что обычное нам не подходило. Нам нужно было… наше. Кровать стала отдельной историей.
— Она должна быть большой, — сказал Рейн.
— Она должна быть удобной, — добавил Норд.
Я прищурилась.
— Она должна быть нормальной.
Они оба посмотрели на меня.
— Нормальной — это какой? — уточнил Рейн.
Я скрестила руки.
— Не как футбольное поле.
Он усмехнулся.
— Мы трое.
Я вздохнула.
— Я в курсе.
В итоге… Она была огромной. Действительно. Даже для нас троих. Но, когда я впервые легла на неё, утонув в мягкости, с ними по обе стороны… Я поняла. Они были правы.
Как всегда. Почти. Дом получился светлым. Живым. С панорамными окнами, через которые видно море — бесконечное, меняющееся, настоящее.
Кухня стала сердцем дома. Большая. Просторная. С длинным столом, за которым можно собираться. Готовить. Жить.
Я часто стояла там утром, с чашкой кофе, глядя, как солнце поднимается над водой. И думала… Это моё. Наше. У нас было две террасы.
Одна — с видом на море. Там ветер всегда был сильнее, но и воздух — чище. Вторая — с видом на лес. Там было тише. Спокойнее.
Иногда мы сидели там втроём, молча, просто слушая, как шелестят деревья. И этого было достаточно. Комнат было много.
Больше, чем нужно. И я не сразу поняла, зачем. Пока однажды не увидела. Две двери. Рядом. Пустые.
— Это что? — спросила я, останавливаясь.
Рейн пожал плечами.
— Комнаты.
Я прищурилась.
— Очевидно.
Норд посмотрел на меня.
— Детские.
Я замерла.
— Что?
Пауза.
— Мы подумали… — начал он.
— Рано, — перебила я.
Слишком быстро. Слишком резко. Я провела рукой по волосам.
— Я… не готова это обсуждать.
Тишина. Они не давили. Не спорили. Рейн кивнул.
— Окей.
Норд добавил мягче:
— Мы не спешим.
Я выдохнула.
— После свадьбы, — сказал Рейн.
Я посмотрела на него.
— Посмотрим, — ответила я.
И этого было достаточно. Пока. Суд мы выиграли. Это произошло тихо. Без фанфар. Без радости. Просто звонок.
— Поздравляю, — сказал адвокат. — Дело закрыто в вашу пользу.
Я кивнула. Хотя он этого не видел.
— Спасибо.
И всё. Я положила телефон. Посмотрела в окно. И вдруг поняла… Мне всё равно. Не в плохом смысле. Просто… это больше не имело значения.
Итан проходил реабилитацию. Я узнала об этом через знакомых. Он был жив. И это уже было хорошо.
Алекс… Сбежал. Его разыскивала полиция. И это было странно. Потому что раньше эта мысль заставила бы меня нервничать.
А сейчас… Ничего. Пусто. Он остался там. В прошлом. И я не собиралась возвращаться. Мы готовились к свадьбе. И вот тут началось самое интересное.
— Официально это невозможно, — сказал Норд, глядя в документы.
— В большинстве стран — да, — добавил Рейн.
Я скрестила руки.
— Но мы же не «большинство».
Они переглянулись. И я увидела это. Ту самую мысль.
— Есть вариант, — сказал Норд.
Я прищурилась.
— Какой?
Он положил передо мной бумаги.
— Союз.
— Это не брак, — заметила я.
— Формально — нет, — согласился он. — Но юридически даёт те же права.
Рейн усмехнулся.
— И мы можем оформить его на острове.
Я нахмурилась.
— Типа… свои законы?
— Типа того, — кивнул он.
Я медленно выдохнула.
— То есть…
— То есть мы создаём официальный союз троих, — спокойно сказал Норд. — С равными правами.
Пауза.
— И признаём его здесь.
Я посмотрела на них.
Долго.
— Это безумие.
Рейн улыбнулся.
— Тебе подходит.
Я фыркнула.
— Вам тоже.
Но внутри… Внутри было тепло.
— И это будет считаться свадьбой? — спросила я.
— Для нас — да, — ответил Норд.
Я кивнула.
— Тогда мне всё равно, как это называется.
Пауза.
— Я хочу быть с вами.
Тишина. Но уже не тяжёлая. А… правильная. Рейн подошёл ближе. Обнял меня за плечи.
— Тогда всё просто.
Норд встал рядом.
— Тогда это и будет нашим домом.
Я посмотрела на них. На стены. На окна. На свет.
И вдруг поняла… Это не просто дом. Это место, где мы выбрали друг друга. И остались.
За день до церемонии остров ожил. Не так, как обычно. Громче. Теплее. С ощущением, что что-то большое уже на пороге.
Я стояла на пристани с самого утра, закутавшись в лёгкое платье, хотя ветер всё ещё напоминал, что лето здесь приходит не сразу. Волны тихо били о доски, катера подходили один за другим, и с каждым новым шагом на берегу становилось всё больше людей.
Моих людей. Первыми приехали родители.
Я увидела их ещё с воды — мама махала рукой, отец стоял рядом, как всегда сдержанный, но я уже знала, что он рад.
