Князь Целитель 6 (СИ) - Измайлов Сергей

— Ах ты тварь! — крикнул я и выбросил руку с протазаном вперёд, направив навершие на монстра.

Моей целью был именно глаз, и сдвоенная молния не подвела, попав точно в яблочко. Мощный рёв прокатился по лесу и отразился эхом от другого берега. Чудище закрыло дымящийся глаз и начало отползать обратно в сторону своего дома, к омуту.

Мой запас энергии был почти исчерпан. Поэтому я выхватил из-за спины автомат и начал стрелять одиночными по телу, по основаниям щупалец, которые от взрыва магической пули отваливались от тела и скручивались на земле, как червяк под лопатой. Рёв чудища стих и массивное тело безвольно сползло в воду, таща за собой оставшиеся повисшие щупальца, как безвольные, толстые пожарные рукава. Похоже, я его всё-таки смог убить, но точно я этого уже не узнаю, тело довольно быстро исчезло под водой.

Я вернулся обратно к друзьям. Стас уже пришёл в себя и сидел на земле, положив голову Матвея себе на колено. Парень провёл пальцами по щеке лежавшего без чувств друга. Потом быстро махнул по своей щеке, по которой скатилась предательская слеза. Даже не ожидал от него именно такой реакции.

— Сгорел парень, — тихим, скорбным, сдавленным голосом произнёс Стас. — Нас спас, а сам сгорел.

В какой-то степени его можно было понять, Матвей лежал мертвенно-бледный, но я уловил чуть заметное движение грудной клетки и передней брюшной стенки, парень дышит, просто очень поверхностно. Я пощупал пульс на сонной артерии, он был частым и слабым. Нормальное состояние для шока и для исчерпавшего до дна свои возможности мага. Все же он впервые действовал так масштабно.

— Не сгорел, а слегка обнулился, — сказал я, присев рядом, но сначала проверил карту, поблизости монстров нет, лишь тускнеющее красное пятно, обозначающее умирающего в пучине большого монстра. — Полная самоотдача. С ним всё будет хорошо, не переживай. Так бывает, когда неопытный, а порой и опытный маг отдаёт весь запас силы до конца. Ты тоже это учти, так же будешь лежать, если не рассчитаешь с невидимостью.

После моих слов, что с Матвеем всё будет в порядке, Стасу сразу полегчало, он даже улыбнулся и пропал влажный блеск в глазах.

— Так, слышишь, ты, дурень, просыпайся давай! — сказал Стас и похлопал товарища по щеке, но не особо грубо, как я ожидал. — Ну сделаю я тебе костяную фигурку, обещаю, ты только проснись.

— Точно сделаешь? — едва слышно пролепетал Матвей и немного приоткрыл глаза. — Не обманешь?

— Да провалиться мне на этом месте, если я вру! — в сердцах выпалил Стас и заулыбался ещё шире. — Сало будешь? С луком и хлебом.

— Пусть сначала пожуёт вяленое мясо Лешего, — сказал я и полез во всё ещё мокрый рюкзак друга в поисках пакета. — Он с ним быстрее восстановится. А для тебя, кстати, вяленая бельчатина в таком случае подойдёт.

— А у меня есть, — сказал Стас и с довольным видом похлопал себя по рюкзаку. — Просто я вам не предлагал, а мне пока вроде не надо.

— Молодец, — сказал я Стасу, а Матвею протянул несколько ломтиков вяленого мяса. — На, ешь. И жуй, как следует, так быстрее усвоится, и ты восстановишься.

Матвей принялся работать челюстями. Сначала медленно, потом всё интенсивнее. Когда сунул в рот второй кусок, он уже смог подняться и сесть.

— А неплохо получилось, — сказал приятель, смакуя уже третий кусок мяса. — Можно чуть поменьше солить и вялить, тогда нежнее получится, а вот со специями как раз в тему.

Глядя на него, я тоже решил не ограничиваться медитацией, а пожевать вяленого мяса.

— Даже получше, чем в трактире к пенному подают, — одобрительно кивнул я. — На мой вкус самое то. Делай и дальше так, разжуём, зубы есть. Зато весит меньше и не пропадёт на жаре.

— Ну, так-то да, — кивнул Матвей. — А для дома можно и помягче сделать, всё равно в холодильнике будет лежать.

— У тебя дома свежего и замороженного мяса Лешего завались, ты разве что только суп из него не варишь, — пробурчал Стас. — Тебе этого мало, что ли?

— Ну если тебе надоела бельчатина, то я могу тебя Лешим угостить, — охотно подхватил тему Матвей, протягивая другу кусочек вяленого мяса.

— А мне не повредит? — спросил парень у меня, осторожно забирая предложенное угощение.

— Вреда не будет, — успокоил я его. — Но и пользы мало, с бельчатиной ты быстрее восстановишься.

— Да это понятно, — кивнул парень. — Я просто попробовать хочу.

Стас начал медленно жевать и по выражению его лица было понятно, что вкус понравился.

— А ты где специи брал? — спросил Стас у Матвея, с удовольствием жуя солонину.

— Я постоянно у одного и того же мужика на рынке беру, — тут же охотно ответил Матвей. Вот что еда с человеком делает — на глазах силы прибавлялись. — У него ёмкости для специй самые мелкие, выдыхаться не успевают. И народ возле его лотка постоянно тусуется, когда возле других чаще нет никого, хоть и выбор больше.

— Понятно, у Михалыча, значит, — одобрительно кивнул Стас. — Хороший дядька, грамотный. Надо тоже у него закупиться. Ну что, сало с луком достаю? Чего зря сидим?

— Нет уж, — сказал я, уверенно поднимаясь с примятой травы. — Договорились возле моста, значит, возле моста. В порядок себя привели и идём дальше.

— Экий ты суровый, однако, — пробормотал Стас, неохотно поднимаясь.

— Ваня прав, надо дойти до моста, — сказал Матвей, довольно бодро приняв вертикальное положение. Щёки порозовели, в глаза вернулся смысл. — Здорово у меня получилось щит поставить, — сказал он, глядя на валяющиеся трупы Шипастых червей. — Даже и не ожидал. Действовал больше на рефлексах.

— Лучше, не ожидал и получилось, чем наоборот, — сказал Стас, подавая Матвею его рюкзак.

— В этом ты прав, — усмехнулся Матвей. — Зато я теперь понимаю смысл выражения «Выжат, как лимон». Я так понимаю, моих усилий хватило?

— Тютелька в тютельку, — ответил Стас. — Как раз мы с Ваней всех червей уложили, и ты пару раз пальнул и лёг. Я тебя как увидел, подумал, что ты мёртвый. Лежит бледный, как простыня, губы серые, глаза закатил и не дышит.

— Хм, я даже не помню, как я это сделал, — сказал Матвей, когда мы уже обошли болотце с омутом и двинулись дальше вдоль берега.

Глава 4

Метров с трёхсот рухнувшее поперёк реки дерево было уже неплохо видно. В этом месте река делала изгиб и стремниной подмывала правый берег. Это могучее дерево оказалось к краю ближе всего и лежало, похоже, достаточно давно, но были и ещё кандидаты, которые через несколько лет последуют в том же направлении. Часть корней у пары деревьев уже болтались в воздухе, вырвавшись на свободу из рыхлого грунта осыпающегося отвесного обрыва.

На карте у вывернутых из земли корней дерева-моста находились несколько мелких красных точек и две более крупные, наиболее вероятно соответствующие Игольчатым гиенам. Но вот что за мелкие точки сгрудились с ними в компании — большой вопрос. Игольчатые волки или Спрутолисы? Странное соседство. Увидеть ни тех, ни других из-за деревьев было невозможно. Одно точно можно сказать, что там нет монстров, представляющих для нас серьёзную опасность.

— Там у корней дерева небольшая засада, — сказал я своим товарищам. — Ничего серьёзного, но лучше приготовьтесь.

— Всегда готов, — бодро сказал Матвей, который уже полностью восстановился.

Я тоже непрерывно медитировал, пока мы шли, плюс пара кусочков мяса Лешего, так что мой магический резерв приближался к полному, на данный момент две трети уже на месте.

Мы шли спокойно и уверенно, понимая, что бояться особо нечего, так что пусть звери услышат наше приближение и выходят навстречу. Или трусливо убегут — это их выбор. Оставалось уже метров пятьдесят, когда навстречу вышла крупная Игольчатая гиена. Я до этого не задумывался, где самка, а где самец, какая разница кто тебя хочет съесть, но это больше похоже на самца.

Крупный монстр, больше двух метров в холке, особо не торопился нападать, а оскалился, поднял дыбом иголки на загривке и угрожающе зарычал. Я, особо не церемонясь, выстрелил золотистой молнией зверю промеж глаз с почти рекордного для меня расстояния в двадцать метров. Грохот получился знатный, гиена сразу рухнула замертво с дымящейся дыркой в голове.