Второй шанс для сгоревшего феникса. Том 2 - Дэвлин Джейд

– Вот как. – Я задумалась. В прошлой жизни дорогим родственникам не надо было идти таким сложным путем, у них с первого раза получилось меня устранить. Теперь все изменилось. Я уже не знаю их следующих шагов досконально, могу только догадываться. И все равно мои знания будущего могут подсказать немало полезного. – Что ж… не будем ему мешать.

– Арисоль? – хором удивились Ялис и Ложингтон.

– Я ведь говорила вам о качестве новых кристаллов?

– Но это еще не подтверждено экспертами, как ты можешь быть уверена?

– Я абсолютно уверена в том, что кристаллы никуда не годятся.

Ложингтон нахмурился.

– Слишком дешевые, – протянул Ялис, – сертификатов от авторитетных лабораторий нет, тот инвестор, которого привлечет Бойд, потеряет деньги.

С одной стороны, ковырять душевную рану, рассказывая о перерождении и втором шансе, мне не хотелось. С другой стороны, хранить секреты от того, кто пришел не как подчиненный, а как друг… Но ведь дедушка о том, что фениксы способны возрождаться в собственном прошлом, почему-то умолчал! Как тогда Ложингтон сказал? «Твой дед очень осторожно выбирал слова и предпочитал иносказания».

Вот и надо так же:

– Господин Ложингтон, результат экспертизы, на который я полагаюсь, нельзя подтвердить документально, именно поэтому я обратилась к Мейстеру за исследованием. Считайте, что про качество кристаллов мне нашептал голос моего дара.

– Хм, вот как? Тогда примем как данность. И давайте-ка не разговоры разговаривать, а писать план действий на каждый случай. – Он достал блокнот и карандаш, почти как Фарроу. – Что вы, дети, будете делать, если к собранию результатов официальной экспертизы так и не будет? Всесторонние исследования требуют времени, и немалого. Мы можем просто не успеть.

– Вижу один вариант, – после короткого размышления предложила я. – Попробуем нанести двойной удар. У нас же остались образцы? Надо предложить их королевскому обществу молодых исследователей как благотворительный дар на опыты. Ничего опасного юным артефакторам творить с ними не доверят, но нагрузка из череды самых разных воздействий будет нешуточная. И результат получится наглядный. У нас неделя, этого времени юным разрушителям должно хватить.

– Не слишком надежно, но как вариант. Можно заронить сомнения в акционеров. А в чем второй смысл удара? – заинтересовался дядюшка Ложингтон.

– В том, чтобы человек, наш же крупный акционер, между прочим выделивший под гарантию Бойда деньги на этот рудник и его интеграцию в нашу фирму, уже вложил в их авантюру большую сумму и с треском прогорел у всех на глаза. Лучшего пинка по репутации дорогих родственников не придумать, а прекрасный меценат в другой раз трижды подумает, стоит ли доверять моим врагам.

Глава 10

Судя по тому, как Ложингтон поморщился, мой ответ ему не нравился. Слишком много «если», слишком много не зависящих от нас переменных, слишком много отдается на откуп удаче. Бывший управляющий, как и дедушка, предпочитал простые и надежные планы, играть в игры – не его метод.

– Неделя… – протянул Ялис. – Полагаю, собрание акционеров можно…

– Отодвинуть? – предположил Ложингтон.

– Наоборот, ускорить, – хмыкнул Ялис. – Арисоль не была представлена как наследница.

– Доверенность оформлена на дядю Бойда, – кивнула я. Когда дедушка ушел, мне в принципе было не до фабричных дел.

– Пока Бойд в лечебнице, ты можешь отозвать доверенность под предлогом заботы о его здоровье и душевном состоянии, все же он потерял дочь при столь трагических обстоятельствах.

– Хорошая мысль, – кивнул Ложингтон. – Представиться акционерам, показать себя как разумную особу, продолжательницу родовых традиций, произвести положительное впечатление.

– Если я сообщу, что инициировала экспертизу, то я не только продемонстрирую, что у меня есть некоторое личное влияние, но и зароню в их головы идею дождаться результатов перед принятием окончательного решения.

– Как предварительный шаг может и сработать… но проблема вот в чем. – Ялис встал и принялся вышагивать в тесном пространстве между окном и книжными полками. – Вся эта история затеяна с одной целью: отодвинуть тебя от управления корпорацией. Замедлить аудит, а если со Стальной Коброй не получится договориться, то как минимум не позволить тебе использовать результаты этой проверки. Именно с этой целью Бойд и Арчи так торопятся с рудником, они хотят использовать крупные вливания средств в это направление как повод перераспределить часть акций. То есть нам в любом случае надо во что бы то ни стало этому помешать. Но без результатов экспертизы это очень трудно сделать.

– Значит, переносить собрание на более ранний срок мы не будем, трюк с юными артефакторами пускаем в ход, отзываем доверенность у Бойда и… – Я потерла виски, стараясь уложить в голове всю последовательность шагов.

– …и параллельно пытаемся решить проблемы с жандармерией, – вздохнул Ялис. – Не сомневаюсь, что, почувствовав противодействие в корпорации, твои оставшиеся родственники усилят давление по всем фронтам.

– Еще у вас прощание с Жюли, – напомнил Ложингтон. – И пропускать его нежелательно. Бойд вполне может распорядиться за твоей спиной…

– Договор с ритуальным агентством на мне, – качнула я головой.

– Что же, дети, развлекайтесь. – Залпом допив чай, бывший управляющий поднялся из-за стола, огляделся, не скрывая оценивающего взгляда, и, благосклонно кивнув Ялису, направился к двери.

Кот пошел его провожать, а я осталась жевать кокосовое печенье и думать. Да, доверенность я отзову завтра же, проинформирую управляющего, и хорошо бы познакомиться с кем-то из акционеров, только вот траур исключает званые вечера и любые другие приемы.

Аж голова разболелась.

Я встала к окну, щелкнула задвижкой и потянула створку на себя. В комнату ворвался свежий воздух, и я подставила лицо вечерней прохладе. Вид из окна открывался на улицу, и я увидела, как Ложингтон и Ялис идут от подъезда, о чем-то переговариваются, заворачивают за угол. Минут через пять Ялис вернулся один. Словно почувствовав мое внимание, он посмотрел на окно.

Мне мгновенно вспомнился штамп из пансионских девчачьих рассказов про «и наши взгляды встретились». По канону предполагалось залиться краской, застыть изваянием и затрепетать в душе всем телом. Как это – «трепетать телом в душе», пансионерки представляли весьма смутно, помню, мы решили, что в тексте ошибка и трепетать положено не в душЕ, а в дУше. И долго гадали, каким же тогда образом встречаться глазами? Ты же голая моешься, в занавеску, что ли, заматываться?!

Смешно вспомнить. Наверное, поэтому я улыбнулась. И «затрепетала», когда Ялис с улицы так улыбнулся в ответ, что осветил этой улыбкой весь маленький двор дешевого доходного дома…

Кажется, мы смутились одновременно. Я отпрянула от окна, синеглазый кот бегом заскочил в подъезд. А потом, проскакав по лестнице, от входной двери шагнул прямо в кухню, бормоча что-то про посуду.

А я присела на маленький раскладной диванчик. И вдруг подумала: а как мы на нем будем спать? Это ведь не роскошное ложе в покоях Феникса – на той кровати можно было в мяч играть всем нашим пансионерским дортуаром. А здесь придется… кхм.

Вот казалось бы. Совсем недавно я дразнила Ялиса без зазрения совести. Чего же теперь так испугалась? Или не испугалась? Богиня, так это еще хуже!

Приложив к щеке ладонь, я почувствовала жар, представила, как на щеках играет краска, услышала приближающиеся шаги и сбежала в ванную комнату.

Неожиданно тесное помещение встретило меня чистотой, стопкой потрепанных полотенец и аккуратно расставленными на полке баночками: мыло, шампунь, бальзам. Не совсем то, к чему я привыкла, но издеваться над котом и отправлять его в косметическую лавку точно не стану.

Я скинула платье, встала под теплую воду и какое-то время просто позволяла струям стекать по телу, смывая волнения, тревогу, усталость. Я справлюсь, я ведь феникс, да и диван нам с Ялисом делить необязательно, можно ведь и в комнату к мальчишкам сбежать.