Не буду твоей (СИ) - Лин Кира

Жилы на шее у него натянулись, скулы напряглись, но он больше меня не тронул.

— Тебе нужно в больницу, — голос парня срывался от волнения, пульс его бился так громко, что запершило в горле.

Я зажмурилась и качнула головой. Вкус собственной крови показался тошнотворным.

— Домой мне нужно, — и закрыла лицо ладонями.

Он сел на землю, часто и прерывисто дыша.

— Мне отвезти тебя?

— Нет. Позвони Джеймсу, вызови его сюда. Как можно скорее, — облизав губы, я отняла ладони от лица и посмотрела на парня.

Над нами плыли радужные звёзды и жалили, как искры от огня. Я попыталась от них отмахнуться, но тщетно.

Да что это, чёрт подери, такое⁈

— В мастерской нет телефона, — мрачно сообщил Тайлер. — Придётся ехать за ним в участок.

Я застонала. Мой мобильник остался дома.

— Поезжай, Тайлер. Скажи, чтобы аптечку прихватил.

— Ты издеваешься? — вскрикнул он с ноткой гнева в голосе. — Ты кровью истекаешь!

Я посмотрела на него исподлобья.

— Он поймёт, что это значит. Езжай уже, мать твою!

Тайлер был зол, но сделал, как я просила. Отдал мне «глоттер» и поднялся с земли.

Лишь когда он завёл мотоцикл и газанул, я позволила себе расслабиться и рухнула в траву.

Лежа на спине, смотрела на танцующие в небе звёзды и прижимала к груди пистолет. Выстрелить всё равно сил не хватит, но это уже не важно.

Навалилась смертельная усталость, веки слипались. Я знала, что нельзя поддаваться сну. Темнота обступала, обволакивала, обещая облегчение.

И на какое-то время я всё-таки отключилась.

Издалека, из холодной пустоты несся вой полицейской сирены. Сначала я решила, что снова вижу сон о своей смерти.

Но вой приближался, прорезая ночь яркими огнями. Даже сквозь закрытые веки я их видела. Звук подъезжающей и тормозящей машины, хлопнули двери, эхо раздалось болью в голове.

Я зажмурилась, крепче сжав «глоттер», как любимую игрушку.

Кто-то склонился надо мной, шелестя одеждой. Повеяло теплом и знакомым ароматом одеколона. Я глубоко и жадно вдохнула, выставив руку с пистолетом.

Дуло во что-то уперлось, палец начал давить на спусковой крючок.

— Кира! Это я, Джеймс.

Я нахмурилась, не открывая глаз. И сглотнула.

— Откуда ты взялся?

— Убери пистолет, и я помогу тебе подняться.

Я послушалась и поставила пистолет на предохранитель. Джеймс забрал его из моих ладоней, и я не сопротивлялась. Рука безвольно упала на траву.

— Тайлер сказал, что ты серьёзно ранена, — говорил он, поднимая меня на руки.

Я чувствовала, как Джеймс старается быть осторожным, но боль пульсировала во всём теле.

Холодно, мне было ужасно холодно! Уронив голову ему на плечо, я отключилась, а очнулась уже на сиденье патрульной машины.

— Где он? — облизав пересохшие губы, прошептала я и, наконец, разлепила веки.

Лицо Джеймса расплывалось перед глазами. Я привалилась щекой к спинке сиденья, прерывисто вздохнув.

И застонала — дышать было невыносимо больно.

Футболка промокла и прилипла к коже, от этого становилось ещё холоднее. Меня била дрожь, кровь горячими червями вытекала из раны.

Ткань джинсов уже пропиталась ею.

— Тебе нельзя говорить, — он включил свет в салоне и осмотрел мою рану. — Будь ты человеком, умерла бы на месте.

— Они, вероятно, на это и рассчитывали.

Детектив вскользь глянул на меня.

— С Тайлером всё в порядке, в отличие от тебя. Я оставил парня в участке и запретил выходить.

— Он был здесь, Джеймс. Наш убийца.

Эдисон замер и пристально посмотрел на меня.

— Ты его видела?

— Нет, но он должен быть в лесу.

— Мои люди прямо сейчас прочёсывают лес вдоль и поперёк, но никого ещё не нашли, — он схватил с приборной доски салфетки, смачно выругался и приложил мне к животу.

Я захихикала, но боль обожгла изнутри так, что смех перешёл в стон.

Джеймс осуждающе покачал головой и крикнул:

— Хилари!

За спиной детектива появилась его напарница. Она растерянно мяла в руках пакет с донорской кровью. Я посмотрела ей в лицо.

Оно было невозможно бледным, глаза стеклянные и слегка вытаращены. Не осталось в них прежнего презрения, только страх и шок.

А ещё ей было тяжело смотреть на меня, истекающую кровью. Я моргнула и глянула на Джеймса, только чтобы не сдохнуть от жалости к самой себе.

Хилари подала ему пакет и осталась стоять. Только охватила плечи руками, пересилив желание уйти или отвернуться.

Я это оценила, но не удостоила девушку взгляда.

— Ты потрясла бедного парня. И не только его, — Джеймс покосился на напарницу и вскрыл пакет с кровью уже привычным движением. А потом поднёс к моим губам. — Пей, живо.

— Скройся с глаз, — огрызнулась я, отнимая у него «лекарство».

— Это ещё зачем? — разозлился он.

— Не хочу, чтобы ты видел, как я блюю.

— Прекрати уже, — устало вздохнул он и сел на землю. Но всё-таки отвернулся, чтобы не смущать меня во время трапезы. — Мне нужно кое-что тебе рассказать.

Я сделала один большой глоток и зажмурилась. А когда открыла глаза, то обнаружила, что Хилари таращится на меня.

Но ни отвращения, ни жалости больше в её глазах не отразилось. Интерес и… сочувствие что ли?

Я горько усмехнулась и откинулась на спинку сиденья. Кровь из раны уже не текла, а чуть сочилось. Пусть я не вампир, но исцеляюсь быстрее человека.

— О чём?

— О брелоке на столе Хилари.

Я медленно выдохнула. Сладковато-медный вкус растекался по горлу, голова кружилась, и небо плясало перед глазами мириадами несуществующих звёзд.

— Его подкинули, — быстро сказала девушка и шагнула к машине. — Он мне не принадлежит.

— Я и не сомневалась, — хохотнула я и закашлялась.

Джеймс повернулся и, сложив руки на сиденье, опустил на них голову. Глядя на меня снизу вверх, он сказал:

— Мы проверили видеокамеры. Парень, что приходил в тот день к Перри, подбросил его на стол Хилари, пока я ходил к автомату за кофе.

Я уронила руку с почти опустевшим пакетом на колени.

— И клочок ткани от его рубашки.

— Ты уверена?

Я скосила глаза, чтобы видеть его лицо, но движение отдалось болью в голове. Пришлось закрыть их и подождать секунду, чтобы заговорить.

— Видела. Иногда сознание подкидывает мне чужие воспоминания. Он возвращался на место преступления и зацепился за ветку.

Кивнув, Джеймс задумчиво потёр подбородок.

— Хилари выследила его по номерам и нашла, где он ошивается. Недалеко от склепа, на промзоне есть заброшенный склад. Этот рыжий часто туда мотается. Он был сегодня здесь?

— Нет, — я нахмурилась. — Но приходил наш хозяин. Такое чувство, что он боится меня.

Джеймс выдержал паузу и заговорил, понизив голос до шёпота:

— Ты и Тайлер…. Вы были вместе, когда на тебя напали?

— Да. А что?

— Ничего. Всего лишь показалось странным, что ты едва на ногах держишься, а на нём ни царапины, — Джеймс небрежно пожал плечами, но глаза его похолодели.

— Повезло, — вздохнула я. — Эти трое меня хотели достать.

— Но он человек, и, к тому же, свидетель, — не унимался он.

Я хмуро на него глянула.

— Не думаешь ли ты….

— Ничего я не думаю, — Джеймс выпрямился, подняв руки. — Только размышляю. Я же детектив, не могу иначе.

Эдисон улыбнулся, но взгляд его стал ещё твёрже, ещё холоднее. Я подалась вперёд, намереваясь встать и уйти.

Джеймс спохватился — вскочил на ноги и попытался усадить меня обратно.

— Сиди спокойно, — сердито, но с ноткой тревоги в голосе потребовал он.

— Мне нужно идти, Джеймс, — я мягко оттолкнула его руки. Он раздражённо цыкнул. — Отвези меня домой, пожалуйста. И на моей машине, если не трудно. Она ещё сегодня пригодится.