Слова, что обрушат небеса (СИ) - Панкратова Анна Михайловна

Бутылка полетела в стену, но ее успел поймать Феликс. Харпер вскочила, закружила по комнате, запуская пальцы в волосы.

К слову, она с самого утра такая: то истерит, то лежит и не шевелиться, мучаясь. То что-нибудь бьет. То ест. Много ест. То снова истерит и психует из-за каждой мелочи. Деймонд и сам удивлялся, как выдерживал ее сегодня, но постоянно себе напоминал: она не виновата, у нее гормоны, перепады настроения и сильная боль. Так еще и весь мир перевернулся за несколько месяцев с ног на голову.

— Харпер, золотце, тебе надо к врачу, — осторожно сказал Феликс.

— Я здорова! — закричала она, но потом все же выдохнула, немного остывая.

Феликс мотнул головой, ловя взгляд Деймонда. Словно он сам не понял, что пора вмешиваться! Не надо тут еще и его пугать, а то если и он начнет психовать, то пара шкафов все же сгорит.

Деймонд подошёл к Харпер, нерешительно замер рядом.

— Мы найдем ее и проводим дальше. Я обещаю. Но это не твоя вина, — твердо сказал он. Пролезть на остров Очищения? Проникнуть в одно из измерений к мертвому? В его личное испытание? Еще и так, чтобы их не изгнали из Мунфола? Пфф… слабоумие и отвага. Впрочем, два свитка же достали? Неужели это будет сложнее?

Ради Харпер он готов на все.

— Прости меня. Я сегодня… Как ты меня терпишь? Я себя сегодня терпеть не могу.

— Люблю тебя просто. В болезни и здравии. В счастье и истериках. Нет? Можно обнять?

Харпер прильнула к нему, кажется, и правда начала успокаиваться. Выдохнул и он, ведь уже едва держался. Вроде понимал: столько событий, эмоциональных потрясений, перемен, страхов и тревог, все это хлынуло разом и не давало передышки. Так еще и Харпер не глупая, значит, как бы не кричала, что здорова, наверняка сама понимала, что что-то шло кардинально не так. (Завтра вернутся в Мунфол — тут же запишет ее к врачу). Но и сам не железный, а потому тоже захотел что-нибудь разбить. Казалось, он целый день сидит в одной лодке с диким тигром, который то рычит, готовый кинуться в атаку, то подставляет голову, чтобы его погладили, за что потом пытается откусить пальцы.

— Все равно прости. Я очень устала. И мне очень, очень страшно, по правде.

— Знаю. — Он поцеловал ее в макушку.

К ним несмело подошел Феликс, вмешался в их объятия, прижимаясь к их плечам.

— Как насчет: едем ко мне. Готовим пасту с креветками, от которой Харпер была в восторге в прошлый раз. Харпер сидит в окружении кошек в ожидании вкусной еды и продолжает пить коньяк. Потом долго говорим по душам и вкусно едим. М-м?

Харпер отдалилась, пожала плечами.

— Разрешаю бить в моём доме все, что хочешь. Только книги не порть. И кошек! Кошек надо беречь.

— Я не посмею кошек мучить! — И тут Харпер заплакала. — Я так рада, что вы у меня есть! Я вас так люблю!

Харпер снова кинулась обниматься. Кажется, его тигрица все же успокоилась. Оставалось надеяться, что она не спалит дом сегодня. Хотя… у Феликса хватит денег на новый.

Глава 23

Кинжал в глаз

Харпер казалось, она умирает. Рука тянулась вызывать «скорую», но мозг пока работал, поэтому ласково напоминал: ты хрен пойми где. Тут «скорой» нет. Зато есть Деймонд.

Третий день месячных. А ей только хуже. Что за вашу мать⁈

— Так не должно быть, — заявил Деймонд, садясь рядом. Протянул флакон с обезболивающим зельем. — В тебе магия. Такой сильной боли, если ты здорова, быть не может. Особенно, когда ты в Мунфоле!

— Я здорова, — уперто ответила Харпер, хоть сама начала сомневаться и согласилась пойти к гинекологу, когда месячные закончатся. — Трех врачей сменила.

Она села, залпом выпила зелье и поморщилась. Знакомое тепло прошло по организму и согрело. А рука Деймонда коснулась ее мокрого от пота лба.

— Ты горишь. Что-то не так.

— Все так. Пройдет…

— Нет, Харпер. Так быть не должно. Когда появились боли?

Харпер нахмурилась: какая разница? Закусила губу, силясь вспомнить.

— Ну… Месяцев… девять назад? Год уже? Я не помню.

— То есть когда Кейлус заключил сделку с Дэном. И велел… ты помнишь.

Деймонд вскочил, распахнул шкаф, и в Харпер прилетел ее свитер. Она непонимающе повертела ткань в руке, а потом расширила глаза, осознавая, на что намекал Деймонд.

Последнее, что было нужно Кейлусу и Дэну — беременная Харпер. А в одном она всегда была уверена: запланированная беременность или нет, но ребенка она бы точно оставила.

— Я никуда не пойду, — заявила Харпер. Боль разжимала хищные пальцы, отпуская на волю. — Не пойду. Я была у врачей. Я здорова.

— Твоих врачей. У моих еще нет. Мама сказала, к кому ходит. Очень сильная светлая и прекрасный гинеколог.

— Я здорова! — Слезы собирались в глазах. Может, Харпер не готова рожать прямо сейчас, но стать матерью определено входит в ее список дел до смерти. Особенно родить именно от Деймонда!

Он сел рядом, обхватил ее за щеки.

— Мне очень нравится, что ты сообразительная, но иногда ты слишком сообразительная.

Харпер хлюпнула носом.

— Уверен, если что-то и случилось, то все последствия обратимы. Поэтому еще я притащу Кейлуса, чтобы он лично объяснил, чем велел тебя пичкать.

— Район Зимы? — устало спросила она. Деймонд кивнул. — Слышала, там сегодня снегопад.

— Заодно снегом полюбуемся. Одевайся.

В дороге Харпер стало легче. Перед переходом в район Зимы она натянула на топик свитер, а босоножки сменила на теплые ботинки. Вместо кондиционера заработала печка, а дрожь в очередной раз прошла по телу: как же все это странно. Секунду назад светило солнце, было хоть и не жарко, но тепло, а тут бах! И уже мороз и снегопад, сугробы на обочинах и техника, что разгребала новые последствия без участия человека, ведь работала от магии.

Зелье сняло боль, поэтому Харпер уперто не выходила из машины, когда они подъехали к большому зданию в старинном стиле, напоминающем замок, но никак не больницу.

— Все еще горячая, — заявил Деймонд, касаясь ее лба. — Пожалуйста, веснушка. Я очень волнуюсь.

Харпер нехотя вышла из машины. Деймонд, как ребенка, нарядил ее в пальто, пытался и шапку надеть, но она пошла ко входу, бубня, что им идти по морозу меньше минуты.

Коридоры в вечерний час пустовали. Внутри все было в желтых и бежевых оттенках, чистое и опрятное. Мягкие диванчики и кресла, деревянные двери, ведущие в кабинеты врачей, растения в горшках. Харпер устало вертела головой, сравнивая эту больницу с платными клиниками в Санкт-Петербурге.

Они разделись рядом с кабинетом Милы Эбинс, повесили верхнюю одежду на вешалку. Харпер спросила про бахилы, но Деймонд устало махнул рукой, очищая их обувь. Она надула губы: тоже хочет знать такое заклятие.

Деймонд пару раз постучал в дверь и, не дожидаясь разрешения, вошел внутрь. Харпер семенила следом, желая убежать отсюда вовсе. Пока не знаешь, что с тобой — все не так и плохо!

— Добрый день, Мила. Я Деймонд Ванклифф, не знаю, успела ли вас предупредить моя мама…

— Да-да, предупредила. — Девушка в белом халате подняла глаза от кипы бумаг. Оглядела вошедших, поправила белые пряди волос, что выбились из высокого хвоста. Далеко не хрупкая, даже пухленькая, с щечками, что делали ее лицо миловидным. — Правда, я ожидала, что вы запишитесь на прием заранее. Я как раз собиралась уходить.

Деймонд вытащил кошелек из кармана, отсчитал несколько купюр и положил на стол.

— Это срочно. Я подозреваю, что Харпер чем-то травили, ей хуже с каждым месяцем. Я был уверен, что в Мунфоле все пройдет, ведь она станет полноценной темной, но теперь у нее стала подниматься температура.

Мила спрятала деньги в карман халата, надела очки с тонкой оправой и поднялась из-за стола. Перевела глаза на Харпер, указала на кушетку рядом с монитором и странной установкой, внутри которой клубилась магия. Это так тут делают УЗИ?

— Раздеваться надо? — уточнила Харпер.

— Проведем осмотр трансабдоминально. Скорее всего мне этого будет достаточно.