Лили. Дело 6. Смерть у алтаря - Орлова Анна

– Раньше надо было думать, – буркнула она, утирая глаза все тем же полотенцем. – Когда на дочке боцмана женился.

Я наблюдала за этой парочкой с почти материнским умилением. Как же мне их не хватало!

Глава 5

– Опаздываешь! – прошипела тетка Мэйбл, когда я спустилась вниз.

Ее сладкая улыбка странно контрастировала с желчным тоном.

Очевидно, драгоценной тетушке очень хотелось выдать обычную для нее язвительную тираду, что-то вроде: «Наконец-то! Их сиятельство снизошло до нашей вечеринки», да обстановка не располагала. Вот и приходилось улыбаться сквозь зубы.

– Соскучились? – парировала я, рассеянно оглядывая гостиную, и мысленно поморщилась. Терпеть не могу такие сборища! Скука и официоз.

Тетку Мэйбл явственно перекосило. Она так стиснула висящий на груди крестик, будто собиралась швырнуть его мне в лицо с криком: «Изыди!»

К теткиному сожалению, экзорцизм на меня не подействовал бы, хотя я бы не отказалась на это посмотреть.

Увы, вместо этого она улыбнулась еще шире.

– Конечно, дорогая племянница! Мы все очень переживали о тебе, правда, Рэйчел?

Кузина, которая походила на очень несчастную мышь, вздрогнула.

– Ты совершенно права, матушка, – прошелестела она, не поднимая глаз.

Интересно, свое мнение у нее есть? Едва ли. Рэйчел выглядела бледной тенью матери, даже ее серый наряд казался вылинявшей копией материнского черного платья.

– О, я тоже очень скучала, – заверила я, не пытаясь скрыть насмешку.

Можно сказать, ночей не спала и горько плакала… Поскольку не могла отплатить родне той же монетой, разумеется!

На скулах тетки Мэйбл проступили красные пятна.

– Надеюсь, вскоре мы снова встретимся… – пауза и колкое: – На твоей помолвке.

Я только хмыкнула. Это что же, попытка уязвить меня, что Рэддок всего лишь «друг», без серьезных намерений на мой счет?

– Что вы, тетя, – я тоже умею сладко улыбаться! – Следующий раз мы, конечно, встретимся на помолвке Рэйчел.

Плечи кузины дрогнули и опустились еще ниже. Прости, прости… Зато и тетку проняло.

– Ты старше, – едко напомнила она, как будто семь месяцев разницы и впрямь имели значение. – Еще немного, и окончательно превратишься в старую деву!

Я подняла брови, оглядываясь по сторонам. Какой злопыхатель посоветовал тетке Пруденс это ядовито-розовое платье? А шляпка, шляпка! Мертвый дрозд с розой в клюве раскинул крылья на кокетливо завитых волосах. Кошмар.

– Замужество мне уже не светит? – отозвалась я рассеянно. – Какое облегчение!

Замуж я давно не рвалась, да и насчет девичества… кхм.

От ехидных фантазий, как вытянулось бы лицо тетки, огласи я это вслух, меня отвлекла знакомая фигура. Кого я вижу!

– Фло Абернати! – воскликнула я, вызвав на себя огонь из недоуменных и любопытных взглядов.

Она обернулась, и на мгновение почудилось, что я обозналась. Хотя перепутать невозможно: морковно-рыжие волосы, зеленые глаза и пышные формы выделяли Фло в любой толпе. Как и веселый нрав, который делал ее сердцем любой компании. Если бы не длинный язык, Фло цены бы не было.

– Лили? – Фло нервно поправила глухой воротничок и одернула манжеты. – Здравствуй. Только теперь я миссис Трент.

– Поздравляю! И передай мои наилучшие пожелания Оливеру.

В Оливера Трента Фло была влюблена лет с пятнадцати. Помнится, мне тогда ее вздохи, страдания и томление казались дикими… пока я сама не угодила в тот же капкан.

На вздернутом носу и щеках Фло из-под пудры проступили веснушки.

– Я вышла за Генри Трента.

– О, – я опешила.

Генри Трент был вдовцом средних лет и… отцом ее обожаемого Оливера.

Как на это прикажете реагировать? Тянуло выразить соболезнования, но воспитание не позволяло.

Фло приняла мои неискренние поздравлений с такой болезненной улыбкой, что у меня зачесались руки от желания утащить ее, скажем, в подвал и хорошенько допросить. Что могло превратить жизнерадостную болтушку Фло в тень самой себя?.. Жаль, свидетелей для такого демарша было многовато.

– Я ужасно соскучилась, – призналась я, доверительно понизив голос. – Сядешь рядом со мной? Поболтаем?

– Но… – растерялась Фло, оглядев уже накрытый стол. В одном торце его громоздились свертки с подарками, с другой стороны устраивались гости. Карточки с именами рядом с каждой тарелкой не позволяли им рассаживаться произвольно.

– Ерунда, – отмахнулась я и подхватила ее под локоть. – Элизабет не станет возражать.

Фло вздрогнула и побледнела еще сильней. Неужели от ужаса перед столь вопиющим нарушением протокола? Конечно, на большинство женщин замужество влияет не лучшим образом, но не до такой же степени!

Я осторожно шевельнула пальцами, искоса наблюдая за ее лицом. Болезненная гримаса была мне ответом.

Как бы ненароком я сдвинула манжет ее платья… и сцепила зубы, чтобы не выругаться вслух. Запястья Фло были сплошь покрыты густо-фиолетовыми синяками.

Я невольно ослабила хватку, и она тут же высвободила руку.

– Извини, меня зовут, – пробормотала Фло и улепетнула, словно кролик от ястреба. Впору проверять, не отрастила ли я клюв и когти!

Впрочем, чарльстонские леди не то что ястреба – медведя бы сожрали подчистую. Деликатно, по всем правилам этикета, орудуя ножом и вилкой.

Судя по взглядам, которые я ловила на себе, многие не отказались бы попробовать меня на вкус. Отведенное мне место оказалось по правую руку от Элизабет. Напротив села бледная и задумчивая Беверли. Унылое мшисто-зеленое платье делало ее похожей на больную чахоткой и разительно отличалось от ее обычной манеры одеваться. Что заставило Беверли так себя изуродовать? Не хотела отвлекать внимание от Элизабет?

Зато тетка Мэри так явно пыталась затмить невесту – даже в белое разоделась! – что хотелось опрокинуть ей на голову кофейник.

Однако превзойти Элизабет не вышло, несмотря на ее более чем скромный наряд. Слишком сияло ее лицо. Слишком много спокойного счастья плескалось в глазах…

Элизабет принялась разливать чай и раздавать угощения.

Первой слово взяла, как и положено, старшая родственница невесты.

– Дорогая Элизабет, – начала тетка Мэйбл торжественно и подняла чашку, словно провозглашала тост, – помни, что союз мужчины и женщины благословляет сам Господь! Ты должна смиренно принимать все испытания, которые будут посланы тебе в браке. Склоняться перед мужем и служить ему…

Я тихо фыркнула, чуть не расплескав чай. Перспектива, прямо скажем, не вдохновляла. На месте невесты я бы всерьез призадумалась, надо ли мне такое счастье.

Тетка Мэйбл метнула в меня кинжальный взгляд и продолжила вещать…

Я же тихо зевала, внимая бесконечным пожеланиям и наставлениям, которые по очереди высказывали гости.

Наконец утомительная – и бессмысленная! – тягомотина подошла к концу. Гости расходились, вполголоса обсуждая предстоящую свадьбу и, конечно, жениха.

– …еще и богатый! – донеслась до меня возмущенная реплика миссис Уоррен, двадцатилетней красавицы, которой пришлось довольствоваться пожилым вдовцом.

Элизабет отстраненно улыбалась, не замечая (или не желая замечать) недовольства «подруг». Ничего не поделаешь – без девичника не обойтись. Нами правят ритуалы, увы и ах.

Фло, кстати, сбежала в числе первых. Я проводила ее долгим взглядом и сделала себе мысленную зарубку…

Когда последняя гостья отбыла, я украдкой перевела дух. Пожалуй, вместо чаепития с местными леди я с куда большей охотой вышла бы против двух-трех до зубов вооруженных бандитов. В гангстеров хотя бы стрелять можно!

– Пора открывать подарки, – лениво приказала тетка Мэри, когда слуги (ради такого случая горничной придали в помощь двух нанятых официантов) закончили убирать посуду.

Беверли потребовала еще чашку чая – и получила ее.

Элизабет слабо улыбнулась и нехотя поднялась с места.

– Конечно.

Она подступила к горе презентов, как сапер подступает к мине.

– С наилучшими пожеланиями от миссис Уоррен, – прочитала она карточку, приложенную к верхнему свертку.