Анкнит. Хранители памяти - Pong Cd

— Вы… Вы мертвы? — её голос дрогнул. — Но… вы же живые. Вы говорите, смеётесь, злитесь…

— Именно поэтому мы здесь, — тихо сказал Скерцо. — Потому что смерть — не конец. Забвение — вот что страшно. А я, к примеру, точно умер. Это я отчётливо помню. Но забыл что-то более важное, — заливисто рассмеялся скрипач.

— Ты сейчас серьёзно? Это вообще не смешно, ни разу. Что может быть важнее собственной смерти?! — воскликнула Резона, усиленно пытавшаяся понять слова юноши.

— Эй, ну ты так не заморачивайся. Да, я умер. Но это мало что меняет. Сейчас я здесь с вами… С… тобой, Реза, — улыбнулся музыкант, и улыбка его грела, несмотря на его страшные слова.

— Стоп — скомандовала Резона. — Нит сменил место. Теперь — туда.

И они направились снова в сторону города.

Солнце начинало выглядывать из-за крыш, когда хранители со стражем ступили на мостовую. Резона чувствовала себя полностью опустошённой. По её внутренним часам было не раннее утро, а поздняя ночь, и долгие пешие прогулки сил не добавляли, чего уж говорить о тяжёлых мыслях, что одолевали её светлую голову последние часы.

Друзья подошли к высокой часовой башне. Резона медленно задрала голову к небу, лёгонько присвистнув.

— Ооо… Да… Он на самом верху… И почему-то мне кажется, что Аксис уже там, наверху… — ткнула она в острый шпиль башни.

Ответом ей было молчание Сагиттара и лёгкая улыбка Скерцо.

Едва ступив на нижнюю ступень, наша путешественница поняла, что это будет не простой подъём. И действительно — уже к середине второго пролёта ноги девушки, не привыкшей к таким нагрузкам, горели и отказывались шевелиться дальше. Но, чтобы не видеть больше пренебрежительного взгляда лучника, она упрямо передвигала вялые конечности.

И когда она уже была готова шлёпнуться без сил на равнодушные к её страданиям ступени, сильные руки подхватили её обмякшее тело — и стрелок взвалил её себе на плечо.

Девушка коротко взвизгнула, но постаралась не раздражать лишний раз своего спасителя. Она послушно зависла в неудобной позе, но вскоре нашла вид, открывающийся ей с этой точки зрения, весьма занимательным.

Крепкие ноги переступали со ступени на ступень. А узкие брюки из кожи, обтягивающие бёдра и ягодицы, только усиливали эффект. В какой-то момент девушка забыла, где она и зачем тут находится, но…

Вот она снова на полу.

Сагиттар поднялся на самый верх и сбросил её, словно мешок картошки, со своих плеч.

— Ай — пискнула девушка, стараясь не акцентировать на себе внимание угрюмого мужчины.

Вставая с пола, Резона тихо проговорила, лукаво улыбаясь своим мыслям:

— Ты, конечно, не Мери, но Поппинс зачёт…

Сагиттар резко обернулся. Брови его взмыли вверх, глаза округлились — на долю секунды он выглядел почти ошарашенным.

— Ничего‑ничего, я так, сама с собой, — поспешно добавила она, растягивая губы в невинной улыбке. — Спасибо за помощь.

Внутренне она ликовала: хоть так удалось выбить его из привычного ледяного равновесия.

Сагиттар замер, бровь его чуть приподнялась. Взгляд на долю секунды скользнул ниже её подбородка — туда, где ткань туники обозначила линию выреза. Он тут же одёрнул себя, ресницы дрогнули, будто он мысленно выругался за эту непроизвольную задержку.

— Дура набитая, — произнёс он ровным, почти безразличным тоном. — В следующий раз сама карабкайся.

Он отвернулся, но Резона успела заметить: уголки его губ на миг напряглись, словно он боролся с желанием добавить что‑то ещё — или, может, с улыбкой?

На самом верху башни находилась площадка, где восседал Аксис. Парень закрыл глаза и словно медитировал. Когда друзья приблизились к нему, он открыл глаза и произнёс:

— Этот проныра уже четвёртую локацию сменил. Надеюсь, вот сижу , что это последняя.

Но… Это было не так. Только стоило Резоне поднять взгляд и найти глазами светящийся шарик, как он тут же с громким хлопком снова исчез. А позади девушки раздался протяжный выдох музыканта.

— Ну, видимо, не судьба, — хмыкнул Аксис и плавной, пружинящей походкой первым прошёл к лестнице. По пути он приблизился к Резоне, двумя пальцами приподнял её подбородок и, заглянув в глаза, сказал:

— Привет, малышка. Рад, что ты с нами. Умоляю — не зависай больше. И держись поближе.

Он так же по-кошачьи отпустил девушку и начал спускаться.

Следом к Резоне приблизился Сагиттар — и она уперлась рукой ему в грудь.

— Я сама спущусь. Не надо меня нести, — взмолилась девушка.

— И не думал, — отрезал лучник и шагнул в темноту.

Резона, проследив за ним, тяжело вздохнула и, коротко взглянув на подошедшего Скерцо, начала спускаться следом за двумя товарищами.

Ноги уже не слушались после забегов по Анкниту, но чувствовалось, что этот проклятый «попрыгун» ещё не до конца насытился их страданиями и перенёсся куда-то за лес.

Аксис твёрдо шагал впереди, за ним по пятам следовал лучник, а завершали процессию Скерцо с Резоной под руку. Музыкант, не унывая, развлекал нашу героиню различными историями из их долгой и удивительной жизни хранителей.

Например, девушка узнала, что дольше всего здесь находилась Умбра — хранительница склада. Она знала ещё предыдущего стража. Потом появилась Мнема — хранительница дерева памяти, сердца всего мира Анкнит. Следом за ней к хранителям примкнул Аксис, а за ним — сам Скерцо. Завершил их пятерку Сагиттар. И было это чуть более десяти лет назад.

Когда хранители вышли на открытую ровную площадку посреди поля, солнце уже было в зените и мягко согревало путешественников.

Преследуемая сфера зависла в двадцати метрах над землёй — и более не двигалась.

— И? Как его достать? — поинтересовалась у ребят Резона.

— Никак, — отрезал Аксис, поведя плечом. — Либо исчезнет снова, либо сам спустится. Шаловливый попался. Я думаю — это похищенное воспоминание. Они обычно так сложно даются в руки.

Резона стояла посередине поля и смотрела вверх, высоко задрав голову, когда ей в грудь уперлось что-то твёрдое.

Удивлённо взмахнув ресницами, девушка поняла — это Сагиттар тычет в неё палкой.

Эй. Что за?

— Бери, — он протянул ей палку, а точнее — шест или жезл. Попутно материализуя в руках ещё один, такой же. — Пока ждём, научу паре приёмов.

— Тар, не трогай её, пожалуйста. Мы все устали, а ещё не конец. Да и поранить можешь, — взмолился Скерцо.

— В этом-то и дело. Она не до конца понимает, во что ввязалась, — он ощутимо ударил девушку по плечу и продолжил: — Как Кер тебе сказал — мы души. И… Убить нас — невозможно. Только развеять, отправить в небытие или освободить. Но мы уже мертвы. А вот ты — он снова тыкнул в неё концом шеста. — Ты человек. И, следовательно, можешь пострадать, пораниться и… умереть. Здесь. И поверь… Ты тут застрянешь. Поэтому бери шест и защищайся. Старайся повторить за мной.

И он сделал выпад. Один. Другой. Третий. Раз за разом девушка оказывалась поверженной. Она честно пыталась отбивать удары Сагиттара, но он был слишком быстр, слишком проворен, слишком силён.

И вот, будучи в очередной раз распластанной на земле и придавленной шестом лучника, девушка прикрикнула на него:

— Я никогда не держала в руках оружие! Чего ты от меня хочешь? Я архитектор! А не боец муай-тай!

Услышав знакомое слово, соперник ухмыльнулся и пошутил:

— Ну, может быть, тогда тебе поможет… подвязать волосы? — и, взяв её за руку, дернул девушку на себя.