— Привет, мамуль— клюнула девушка мать в щеку, приветливо улыбаясь. — Я в гараж. Дай ключи, плиз.
— Здравствуй, дочь. Я думала, ты в гости… Зачем тебе этот склад барахла? — ответила строгая на вид женщина. Она была стройной, подтянутой, красивой и ухоженной, с идеальной прической и безупречным макияжем. Её мягкие, блестящие волосы каштанового оттенка изящно обрамляли лицо, придавая последнему слегка «эксцентричный» вид. А цепкий взгляд серых глаз чётко фиксировал малейшие изменения в поведении дочери.
— Марин, ты какая-то дёрганая. Не выспалась? — спросила Ирина Антоновна, а именно так звали строгую мадам.
— Мам, всё хорошо. Я хотела побольше узнать о бабушке, папа сказал — в гараже есть её вещи.
— Зачем тебе эта полоумная?
Марина, которая было уже схватилась за ручку гаражной двери, резко остановилась.
— Что… Что ты имеешь в виду?
— Ничего такого, кроме того, что она была с приветом и пыталась вас с братом втянуть в свои… Истории.
— Мам, расскажи— девушка с горящим взглядом схватила мать за руки, чем не в малой степени её испугала.
— Ой, да я не помню уже ничего. Помню только, что очень бесилась от этого. Ну, что она вам всякие абсурдные вещи рассказывала. И если честно, мы вздохнули с облегчением, когда она исчезла…
— Мам, ну как ты можешь так говорить… Это же бабушка… Это… Это папина мама… Она родной человек.
— Да перестань ты, какой родной? Он и сам её почти не помнит. Вечно в облаках летала, а не была с семьёй. Ладно, забирай, что надо, и заходи на кухню. Я шарлотку испекла. Будешь?
— Хорошо, я быстро.
Не сильно надеясь на удачу, девушка начала перебирать старые, пыльные коробки. И не переставала думать:
«Нет, ну как так можно? И мама туда же… Я, может быть, и не очень хорошо, но помню бабулю… Она всегда была очень доброй. Я любила её руки и их крепкие объятия, любила её истории — и не казались они мне бредовыми никогда… Напротив, увлекали и долго не отпускали… Но вот какая заковыка… Я совсем не помню период, когда она пропала. А я была уже подростком. Словно и в моей памяти кто-то поработал… Может, и взаправду нит? Аксис сказал, что кто-то что-то забудет, что-то важное… О!»
Девушка выудила со дна коробки, полной непонятных учебников по высшей математике (откуда они только тут?), старые потрёпанные тетради — или скорее ежедневники. Три штуки. В потёртой кожаной обложке… Они выглядели дорогими, и на каждом красовались золотые буквы.
«Светлова Н. П.» — Нина Петровна… Бабушка… Бабуля.
Девушка пролистала один из дневников — а именно этим и являлись эти тетради: дневниками.
«Знакомый подчерк… Неужели я помню её подчерк? А как выглядела – нет? Вот оно Анкнит!!!» — девушка мысленно возликовала и, быстро сложив по-настоящему полнейший хлам обратно в коробки, направилась на кухню в дом, крепко прижимая к груди свою находку.
Вернувшись домой, Марина села за изучение дневников. Но, на удивление, прочесть большую часть текста девушка не смогла. Буквы прыгали и не желали складываться в слова, а то, что с трудом удавалось прочесть, напрочь вылетало из памяти, стоило начать разбирать следующую строку.
Слова расплывались, как чернила под дождём. Каждый раз, когда она пыталась ухватить смысл, он ускользал, словно боялся быть понятым.
Спустя три часа голова юного исследователя уже распухла от полнейшего отсутствия информации и начала побаливать. Но, подумав, что терпеть неудачу не в её природе, девушка заварила себе крепкий сладкий чай и открыла ноутбук.
По прошествии ещё двух часов Марина зло захлопнула крышку ноутбука и отправилась на кухню греть «что-то, что осталось со вчера».
Когда это «что-то» — а им была варёная сосиска и горсть подсохших макарон — провалилось в благодарно буркнувший желудок, телефон весело тренькнул. Брат.
«Здоров. Я больше никогда не буду пить»
«Я очень рада, конечно, это слышать, но ты к чему?»
«Я только встал, и мне таааак хреново, ты не поверишь»
«Почему же не поверю?.. Слууушай… А ты можешь приехать? Помощь твоя нужна. Ты же этот… интернет-маньяк))) Найдёшь всё, что никто найти не может.»
«Сейчас? Меня от одной мысли о передвижении передергивает»
«Ну можно завтра утром. Но это срочно. Толь, я сейчас ноут сломаю. Не могу ничего найти. Пожалуйста, браааатииик»
«Ох, коварная ты женщина… Хорошо, скоро буду»
Брат действительно выглядел не очень. Высокий, выше Марины на голову, с волнистыми волосами, едва прикрывающими уши, с длинными и густыми ресницами, с живым и искрящимся взглядом под ними — сейчас он являл собой свою же жалкую пародию: ссутулившийся, растрёпанный и слегка дёрганый.
— Ну? Что тут у тебя? — пробубнил он с порога.
— Ты проходи. Может, чаю или кофе?
— Валяй, пофиг что, главное — покрепче — хмыкнул Толя.
Через полчаса девушка устала объяснять брату, в чём причина её фиаско. Он категорически не понимал, почему она, во-первых, не может прочесть простой текст, пусть и рукописный, а во-вторых — как можно не найти такую простую информацию: «что такое Анкнит?»
— Если ты мне не веришь — на ноут. Ищи сам.
— Может, просто не существует такого слова, и мы его придумали?
— Нет, причина в ином — не унималась девушка. — Вот, вбивай.
И действительно, стоило набрать в строке поиска одно единственное слово «Анкнит», как с техникой стало происходить что-то ей не свойственное в данной ситуации.
Вместо результата поиска высвечивались странные символы. Они то появлялись, то пропадали. Потом начинал мерцать экран: на нём то проглядывали привычные строки текста, то они растворялись в белизне экрана.
— Эм… Может, у тебя комп сдох? — предположил юноша.
— Нет, если искать что-то другое — всё нормально. Попробуй. Найти… Ну не знаю… «эффект Гало»
— Что это? — нахмурился Толя.
— Заодно и узнаешь.
«Эффект гало — это атмосферное оптическое явление, создающее светящееся кольцо, дугу или пятна вокруг источника света (чаще Солнца или Луны). Оно возникает…» — прочитал молодой человек.
— Так, действительно. Работает.
Тем временем Марина открыла первый дневник, выуженный из пыльной коробки.
— Вот, можешь прочесть? Вот это слово.
— «Анкнит» — произнёс вслух Анатолий.
— Ага, а дальше? — уставилась Марина на него немигающим взором.
— Ой, ну вот же… Хм… Марина! У нас коллективное помешательство. Будем сидеть в дурке на соседних койках. Эй, ты где?
