Академия Грайн. Выпускной курс (СИ) - Кандера Кристина

— Говори, что знаешь, — упрямо поджала губы Лиз. — Уверены, ты справишься.

Егор вздохнул. Рассказывать девушке о том, что происходит в последнее время в Гардинере, не хотелось совершенно. Убийства потрясли всех, в первую очередь тем, что были слишком необычны. Нет, убивали-то всегда, но чтобы так. Егор вздохнул, покосился на Лиз, усмехнулся, когда перехватил ее взгляд: требовательный, настороженный… С другой стороны, она имеет право все знать. И будь Егор на ее месте, то повел бы себя так же… или еще хуже, но точно хотел бы, чтобы его посвятили во все детали. А начальство… начальство пусть потом само разбирается.

— Ты говорил, что за последние полгода убили девять человек… — решила подтолкнуть Егора к откровенности девушка.

— На самом деле, это пока неизвестно, — сдался Егор. — То есть, убийств, само собой, было куда больше, но только эти девять объединили в серию. Слишком они… похожи, совершены по одному сценарию и наши эксперты утверждают, что совершены одним человеком.

Егор замолчал, давая Лиз время переварить эту информацию. Девушка нахмурилась, закусила нижнюю губу. Она мало что знала о работе следователей. Ее способности лежали в совершенно иной плоскости, хоть по долгу службы ей и приходилось иной раз быть экспертом во время расследований. Но одно Лиз знала совершенно точно — служба безопасности государства этим не занимается.

— То есть… это серия? Мы имеем дело с маньяком?

— Мы? — не смог удержаться от ехидного фырканья Гардов.

Лиз резко выдохнула и сжала кулаки. Как же он ее бесит!! Просто слов нет, как сильно ее бесит вот такой вот весь из себя невозмутимо-язвительный Гардов.

— Я тоже имею ко всему этому отношение.

— Прости, но… не думаю, что тебе стоит… впутываться. Лиз, это не игры.

Лиз прищурилась, набрала в грудь воздуха, чтобы начать доказывать свою правоту, но сдержалась. а что толку? Она может сейчас до потери сознания ругаться с Гардовым, пытаться ему что-то объяснить или доказать, но ничего не изменится. В этом весь Егор Гардов — упрям, непримирим и самоуверен до невозможности. И ей пора бы принять это как должное.

— Почему ты ведешь это дело… то есть, почему это вообще отдали именно вашей конторе? — решила сменить тему разговора Лиз. раз уж ей все равно никогда не получалось переспорить Гардова, то стоит попробовать пойти в обход.

Егор пожал плечами в ответ.

— Это приказ. А в моем деле приказы не обсуждаются. Но если тебе интересно, то можешь поинтересоваться у моего непосредственного командира, — и с проказливой улыбкой добавил, — как только мы к нему приедем. Уже недалеко осталось.

Лиз вздохнула. Что ж, она не ошиблась — отец и впрямь стоит за всем этим.

— Хорошо, но какое ко всему этому имею отношение я?

— Видишь ли… это все тоже считается секретной информацией, так что… — и Гардов притворно вздохнул, как бы говоря, что не стоит и пытаться.

Лиз судорожно втянула носом воздух, но больше ничего говорить не стала. Совершенно по детски надулась и отвернулась к окну.

Егор вздохнул, глянул в ее сторону, отметив и сжатые в кулаки пальцы и упрямо поджатые губы и воинственно выпяченный подбородок. В то, что Лиз сдалась и приняла его объяснения он не верил ни на мгновение — слишком хорошо помнил насколько упрямой она могла быть. Но… наверное, так было бы лучше всего. То есть, сам Егор был бы не прочь привлечь к расследованию интуита такого высокого уровня дара, но… только чтобы этот интутит не был Лиз Шермер. Она правильно сказала — это серия. Неизвестный маньяк с особой жестокостью расправлялся со своими жертвами, не оставляя никаких следов. Но самое ужасное было в том, что убийства были парными. То есть, первой жертвой становился случайный человек. Его мучили, убивали медленно, усердно транслируя все чувства и ощущения, многократно их усиливая. Это доказали специалисты следственного отдела, которые занимались расследованием до того момента, пока сегодня утром это дело не передали Егору. Стража установила, что убийца использовал… нечто, артефакт, амулет или какой-то неизвестный прибор для того, чтобы многократно усилить эманации смерти и практически оглушить находящегося поблизости интутита. Ну а потом… уже он и сам становился жертвой. И сегодня вечером в университете картинка повторилась за тем лишь исключением, что Лиз удалось ускользнуть. К счастью.

— Ты можешь рассказать мне, что именно произошло? — очень тихо спросил Егор. — Я понимаю, что ты устала и пережила не мало неприятных минут, но… это важно, Лиз.

— Я не знаю, — немного подумав, произнесла она. — Не понимаю. Было… плохо. Так плохо, что я упала на ковер и почти отключилась… Но потом все же пришла в себя и вышла в коридор.

— Ты могла быть рядом с ним, — выдохнул Егор и протянул руку, накрывая своей ладонью пальцы Лиз, поморщился от того, насколько ледяными они были и уже сильнее сжал ее руки. — Все будет хорошо. Вот увидишь. Лиз, я… я все сделаю, чтобы тебе никто не причинил вреда. Но ты же понимаешь, что это во многом зависит от тебя самой?

Лиз вздрогнула и вынырнула из своего отрешенного состояния. Недоуменно посмотрела на Гардова.

— Ты будешь сидеть дома. Под присмотром Роана и его охраны. Не станешь геройствовать, не будешь пытаться… делать глупости. Поняла?

Лиз только качнула головой и снова посмотрела вперед.

Дома. Она потому и сняла квартиру в кампусе, что не желала становиться заложницей в доме отца. В последнее время тот стал… параноиком.

Все это Лиз и высказала Егору.

— Маргарита все время жалуется, что отец сошел с ума и держит под наблюдением ее и близняшек круглосуточно. И я не желаю, чтобы меня контролировали двадцать четыре часа в сутки. Я не хочу жить за высоким забором, вдоль которого прогуливаются вооруженные до зубов охранники.

— Все не так плохо, — попытался было успокоить ее Егор. В этот момент они как раз подъехали к высоким, почти в три человеческих роста, воротам, и, почувствовав приближение, сработала система охраны. Яркий луч прорезал ночную темноту, хлестнув по глазам. Егор лишь поморщился, ожидая подобного приветствия, а вот Лиз вскрикнула от неожиданности и отвернулась. — Посмотри перед собой, — произнес Гардов. — Система должна считать твои параметры.

Лиз тихо рыкнула, по голову подняла и глаза открыла, глядя прямо перед собой и чувствуя, как чужой разум вторгся в ее голову, считывая показатели. Поморщилась от противнейшего ощущения.

— Отец рехнулся, — произнесла она, когда система перестала работать и луч погас. Ворота стали медленно разъезжаться в стороны. — Вооруженная охрана, психологическое и эмоциональное воздействие, постоянное наблюдение и считывание физиологических и психологических показателей всех, кто находится внутри охраняемой территории!! Это паранойя! Маргарита жаловалась, что не может с детьми даже на прогулку выйти, чтобы вокруг них не начало светиться энергетическое поле.

— Недавно он добавил ментальную атаку, — усмехнулся Егор. — Последняя разработка. Мощная такая штука.

— Дурдом!! — не удержалась от емкого комментария Лиз. — Чего он опасается?

— Он переживает за жену и детей. Ты же знаешь, его должность помимо прочего принесла ему немало врагов.

— Но ты считаешь, что так тотально контролировать свою семью — это нормально?

— Ну… — Гардов усмехнулся, направляя автомобиль по широкой подъездной дорожке прямо к высокому крыльцу огромного особняка, — его жена — это моя мама, так что тут… знаешь ли, я — заинтересованная сторона.

— О как! — Лиз всплеснула руками. — Тогда почему не живешь с ними?

Егор закашлялся от ее вопроса и ловко избежал ответа, выскочив из машины.

— Идем, Роану уже сообщили о нашем приезде, — он распахнул перед Лиз дверцу и подал руку, помогая ей выбраться из салона.

Лиз оставалось только фыркнуть и послушно выбраться из машины. Поднявшись вслед за Егором по ступенькам крыльца, она немного замешкалась, ожидая пока Гардов откроет двери, и вздрогнула всем телом, когда воздух вокруг нее вдруг стал стремительно густеть. Неприятное ощущение продлилось всего несколько секунд.