Академия Грайн. Выпускной курс (СИ) - Кандера Кристина

— М-м-ммм! И что мы имеем? Кто знал, что Лиз приехала в столицу?

Егор задумчиво прожевал шоколадку и вынужден был признать:

— Да кто угодно!

То, что ему об этом не было известно, еще ничего не значит. Он вообще находился в командировке последние три недели. Роан? Судя по всему, тоже не знал. А вот Маргарита вполне могла быть в курсе. Лиз и его, Егора, родная мать, стали очень близки.

— Так, — откусив еще кусочек шоколадки, Егор плюхнулся на стул и шумно отхлебнул кофе. — Мама могла знать. Кто еще? Света. Стас. Администрация университета, служащие кампуса, где Лиз сняла квартиру. Студенты, записавшиеся на ее курс, вольные слушатели, которые, к несчастью, вообще нигде не регистрировались.

Настроение, которое только что взметнулось ввысь, стало медленно падать. По всему выходило, что о приезде Лиз в Гардинеру знала целая куча народа.

— Что ж, — вздохнув, Егор запихал в рот остатки шоколадки, допил кофе и поднялся. — Будем работать.

Пройдя в спальню, он проверил свою дорожную сумку — частые поездки приучили его всегда держать ее наготове — в последний раз окинул комнату взглядом, раздумывая, не забыл ли чего и вышел из квартиры. Запирая дверь, краем глаза заметил какое-то движение и резко обернулся, готовый оказать сопротивление.

ГЛАВА 3

Тонкая фигурка метнулась к Егору и замерла всего в паре шагов.

— Фэй! — Гардов в последний мамент удержал руку от удара. — С ума сошла? Что ты здесь делаешь?

— Я… — огромные светло-карие глаза стали еще больше. — Ты… не звонил и на мои звонки не отвечал и вот я… я хотела…

— Фэй, — простонал Егор, растирая ладонью лицо. — Ты с ума сошла?

— Я просто… просто… я хотела тебя увидеть, — девушка несчастно вздохнула и огромные глаза ее наполнились слезами.

Егор поморщился. Фэй Дартом была его личным наказанием. Совсем юная — только в этом году закончила университет и поступила на службу — она почему-то решила, что влюблена в Гардова. В управлении все время старалась оказаться рядом, взяла себя в привычку приезжать к нему домой — и откуда только адрес узнала? А все попытки Егора объяснить, что ничего у них не выйдет, просто пропускала мимо ушей.

— Фэй, это уже не смешно.

— Но я и не думала… Егор… Я хотела тебя поздравить с новым назначением. Думала, мы вместе сходим куда-нибудь, отметим… А ты не отвечал на звонки и вообще пропал. Где ты был?

Егор вздохнул. Это навязчивое поклонение начинало его раздражать. Сильно.

— Как ты здесь оказалась? — и все же он старался держать себя в руках и говорил тихо, старательно сдерживая раздражение, готовое прорваться наружу.

— Приехала, — пожала плечами девушка. — А ты… — ее взгляд опустился на сумку, которую Гардов держал в руке. — Ты снова куда-то уезжаещь? Но у тебя не было нового задания, я проверяла.

— Знаешь, это уже переходит все границы, — и все же Гардов не смог сдержаться. — На каком основании ты суешь нос в мои дела? Фэй мы же с тобой об этом уже говорили.

— Но я люблю тебя!! — огромные глаза стремительно наполнялись слезами и вот уже прозрачные капли потекли по щекам, пухлые губы скривились.

Прикрыв глаза, Егор едва слышно застонал.

— Егор, пожалуйста, не отталкивай. Я так люблю тебя!!! Я… я жить без тебя не могу.

— Все, хватит! — Гардов решительно тряхнул головой и схватив девушку за руку, потащил к лестнице. — Сейчас ты поедешь домой и перестанешь придумывать глупости. Фэй, это не любовь, это — наваждение какое-то!!!

— Я хочу с тобой… — всхлипывала несчастная, семеня следом за Егором.

— Езжай домой, — Гардов бы непреклонен. В этот момент, он как никогда был рад, что в свое время удержался и не стал заводить их отношения дальше пары свиданий. Страшно подумать, чем бы все это закончилось, не удержись он тогда.

На улице, Егор поймал такси, почти силком усадил уже отчаянно рыдающую девушку в машину, назвал водителю адрес и, захлопнув верь, облегченно выдохнул.

Нет, с этой ее одержимостью надо что-то делать. Не хватало еще, чтобы девчонка что-нибудь с собой сотворила.

Проследив взглядом за быстро удаляющимся такси, Гардов направился к своей машине. У него впереди был трудный день и ни минуты лишнего времени.

* * *

— Ты счастлива? — Вопрос вырвался сам собой, Лиз не желала вмешиваться в жизнь Маргариты и отца, но наблюдая за мачехой, она все же не удержалась. Они с Маргаритой сидели на заднем дворе, купаясь в лучах утреннего солнца, медленно потягивали прохладительные напитки и наблюдали за возней близнецов. — Здесь? В этом доме?

Маргарита пригубила свой напиток, медленно покатала его на языке, смакуя, и только затем повернулась к Лиз.

— Место не имеет значения. Я счастлива в целом.

— И все же. Это же… — Лиз обвела рукой задний двор, и презрительно поморщилась, когда взгляд коснулся высокой стены в сотне метров впереди. — Тюрьма.

— Я привыкла, — по-доброму улыбнулась Маргарита. — И потом… твой отец делает меня счастливой, так что я могу позволить ему… некоторые вольности.

Лиз только фыркнула в ответ.

— Это правда, Лиз, — Маргарита тихонько рассмеялась. — Знаешь, в первый раз я рано вышла замуж. Почти сразу забеременела. Мой муж… он был замечательным человеком, добрым, внимательным, любил меня, но… он совсем не трудился за мной ухаживать. Зачем, ведь я и так была его женой и, в принципе, никуда уже не могла от него деться. А Роан… он ведет себя совсем иначе и, знаешь… это подкупает.

— То есть, сейчас ты пытаешься мне намекнуть, что мой отец романтик?

— Нуу… это вообще-то конфиденциальная информация, — рассмеялась Маргарита и Лиз тоже не выдержала, прыснула в ответ. Представила вдруг себе, как ее отец, тот самый, ужасно важный полковник, которого боялись и уважали все без исключения подчиненные с розой в зубах взбирается по плющу на балкон в спальне своей возлюбленной или поет под ее окном серенады и не смогла удержаться от хохота. Да, картинка была так себе, но настроение резко поднялось.

— Вот-вот, — многозначительно покивала Маргарита, словно бы сумела каким-то образом подсмотреть мысли Лиз. — А еще дети. Только после рождения близнецов, я поняла, чего мне не хватало в жизни.

— Детей? — Лиз удивленно приподняла брови. — А Егор?

— Мне было мало одного ребенка. Я всегда хотела большую семью, мечтала о том, как вокруг меня будет много детей, но… не сложилось, и я душила своей любовью и заботой единственного сына.

— Как-то не похож Гардов на придушенного, — буркнула Лиз.

Теперь пришла очередь Маргариты смеяться до слез.

— Я старалась не особо зверствовать и это сказывалось на мне. А теперь… у меня есть все, о чем я мечтала. Так что да, Лиз, я счастлива. И если моему мужу для счастья надо поставить вокруг меня с дюжину охранников или навешать маячков — пусть.

Лиз хотела возразить, что охрана-охраной, но перебарщивать все же не стоит, но не успела — зазвонил телефон. Извинившись перед Маргаритой, она поднялась и отошла на пару шагов, ответила на звонок:

— Здравствуй, Виктор.

— Лиз! Как же я рад тебя слышать!

— Я тоже очень рада, — Лиз не могла не улыбнуться, услышав голос старого доброго друга.

— Я только сегодня узнал!! Лисенок, это же кошмар!!! Ужас просто!! Университет гудит, точно растревоженный улей. Такая жуть! Ты очень испугалась?

— Все уже нормально, — улыбка Лиз стала грустной. Она прислонилась плечом к дверному косяку и, прижав телефон плечом, стала бездумно вырисовывать замысловатые узоры на обоях. Она всегда так делала и никак не могла избавиться от этой старой привычки — что-то чертить, рисовать, просто черкать на бумаге или, вот как сейчас, повторять пальцем узор на стене.

— Нормально?!! Нормально!! Лиз, ты… ты вообще что вытворила, а? ты почему никому не сказала о том, что переезжаешь в Гардинеру? Ну, ладно, я еще могу понять, что ты не сказала об этом отцу, но… но мне, Лиз? почему ты ничего не сказала мне?