Академия Грайн. Выпускной курс (СИ) - Кандера Кристина

А впереди еще и разговор с Шермером.

— Входи! — резко отозвался из-за двери своего кабинета Роан. — Рассказывай!

— Да почти нечего рассказывать, — Егор уселся в кресло, вытянул ноги и с трудом подавил в себе желание откинуться на спинку кресла и прикрыть глаза. — О приезде Лиз в столицу знала уйма народа. Опросить всех пока не успели, но… пока ничего подозрительного.

— Что жертва? — Роан старательно держал маску полнейшей невозмутимости на лице, но Егор слишком хорошо изучил его за последние годы. Полковник был в ярости.

— Дэниэл Ароен. Студент Гардинерского университета, последний курс. Энергет. На хорошем счету. Ни в чем криминальном или подозрительном замечен не был. Не привлекался. Его контакты еще не все проверили, но то, что уже известно никаких подозрений не вызывает. Со всех сторон положительный персонаж. Писал диплом по какой-то хитрой теме, и для этого ему требовалось чуть более углублено изучить схемы работы интуитов. Именно поэтому, он и записался на лекции к Лиз. Был там с парой приятелей, но после окончания лекции, отговорился тем, что ему нужно в туалет и, собственно не ушел вместе с ними. Приятели в этом ничего странного не заметили, поскольку решили, что он хочет пообщаться с лектором. Потому и не стали его ждать. На этом все.

— Как его убили?

— Как и остальных восьмерых — спеленали ментальным ударом, а затем методично выжгли все каналы. Он был в сознании, все чувствовал, но ничего не мог поделать — тело ему не подчинялось.

Роан шумно выдохнул и опустил голову, закрыв лицо руками.

— А что Лиз?

— На первый взгляд, она вписывается в схему. Но… у меня есть еще одна версия. Не знаю, правда, насколько ее можно привязать ко всему этому, но… Вчера вечером, кроме Лиз и охранника, в корпусе находилось еще несколько человек. Какой-то профессор-энергет, мне не удалось пока с ним побеседовать, но мои парни ночью записали его контакты. Он проводил в лаборатории опыты в присутствии двоих своих студентов. Студентов опросили. Они энергеты. Ничего не видели, не слышали — были полностью поглощены опытом и вообще ничего не замечали вокруг себя. В принципе, в это можно поверить — лаборатории находятся в подвале и имеют отдельный вход. К тому же, все трое — энергеты и эмоциональные волны не улавливают.

— Там волны были такой силы, что их и неодаренный мог уловить, — недовольно буркнул Роан.

— Да, но… на лаборатории стоит защита. Не могу пока судить, насколько она гасит все излучения, но…

— Ладно, — Шермер махнул рукой. — Что еще?

— Парочка преподавателей предавались разврату в рабочем кабинете, прямо на столе, — хмыкнул Гардов. — Стол этот, правда находился в противоположном конце здания, но… один из преподов — интуит. Не очень сильный, четвертый уровень, но… он что-то почувствовал.

— И не отреагировал? — Шермер вскинулся, пристально вглядываясь в лицо Егора.

— Нуу… как бы так помягче выразиться. Самый пик излучений, насколько я понял, пришелся на самый ответственный момент и препод этот… в общем, он решил, что это его от секса так торкнуло.

— Хм… А если?..

— Не знаю еще. Его проверяют. Быть может, мы ошиблись, и жертвой была вовсе не Лиз, а именно этот… герой-любовник? В любом случае, Роан… мне нужен в команду толковый интуит. А лучше — несколько. Никто из моих ребят не разбирается во всех этих тонкостях эмоциональных отклонений и излучений. Мы даже не можем разобраться в том, как именно действовал убийца и что он использовал. Слишком все… просто слишком.

— И что ты предлагаешь?

— Задействовать Лиз… — выдохнул Егор и тут же, предупреждая гневную отповедь, продолжил. — Я вовсе не собираюсь выпускать ее в поле или что-то такое. Пусть работает отсюда, удаленно. Анализирует отчеты и материалы, которые мы добудем. Так она будет занята и не наделает глупостей, Роан.

— Я подумаю, — нехотя согласился Шермер. — Может ты и прав. Но… все равно…

— Я дал запрос в стражу и особый отдел, чтобы нам предоставили полные материалы предыдущих расследований. Возможно, мы что-нибудь там найдем. Столько жертв, Роан… они должны быть как-то связаны между собой. Ведь он их как-то отбирает! Значит эта связь есть, но ее просто не нашли.

— Ладно. Что собираешься делать сейчас?

— Поговорю с Лиз. Пусть еще раз вспомнит все, что случилось вчера. Может быть, она что-то упустила, забыла или посчитала неважным, а на самом деле, нам пригодиться. Ну и… будем дальше отрабатывать связи жертвы, Лиз, остальных причастных ко всему этому.

— Действуй, — кивнул Роан. — Когда стража отчеты пришлет, перешли их Лиз. пусть… изучает, может, и правда, что углядит.

— Хорошо, — кивнул Гардов и поднялся. — Тогда я пойду…

— Угу, — Роан уже не смотрел на него, был занят собственными мыслями, но на пороге Егора догнал его тихий голос: — Мать не забудь навестить. Она скучает.

После ухода Егора, Шермер откинулся на спинку кресла, запрокинул голову и закрыл глаза. Голова раскалывалась, в груди снова поселилась тянущая боль и с дыханием творилась какая-то ерунда. Лечащий врач давно уже зудел, что Роану пора уходить на покой, жить тихо и мирно, на свежем воздухе, без волнений и тревог. Высыпаться, хорошо питаться, заняться чем-нибудь безобидным, вот хоть помидоры с яблоками выращивать. Только как-то не получалось. Да и не чувствовал Шермер в себе склонности к огородничеству или садоводству. Никогда не чувствовал.

Сердце снова кольнуло, и Роан потер рукой грудь, изменил положение в кресле. Хотелось выпить. И он даже покосился в сторону небольшого бара, но усилием воли, заставил себя отвернуться. Спиртное ему тоже было запрещено, как и кофе и все жирное, жареное, острое и… вкусное. От одного воспоминания о том, чем его обычно кормила Маргарита, становилось тоскливо на душе. Так тоскливо, что хотелось выть, но он держался. И даже с улыбкой запихивал в себя что-то полезное, но отвратительно безвкусное. Даже на обед стал ездить домой, когда выдавалась такая возможность, потому что Маргарита расстраивалась. А расстраивать жену, Роан хотел меньше всего в жизни.

И потому, тяжело вздохнув, бросив тоскливый взгляд в сторону бара, все же поднялся и направился искать супругу.

После обеда, на котором, в кои-то веки собралась большая часть семьи, пусть даже Лиз с Гардовым не смотрели друг на друга, а Маргарита снова пыталась накормить его какой-то полезной гадостью, Шермер вернулся в управление. Вошел в свой кабинет, на ходу отдав секретарю пару распоряжений. Упал в кресло и уже поднял трубку, чтобы вызвать к себе одного из начальников структурных подразделений — Егор был прав, к расследованию стоило привлечь интуитов — но не успел даже набрать номер, внимание привлек один из документов, заботливо собранных на его столе секретарем.

Сразу Шермеру показалось, что он что-то неправильно прочитал. Он бросил трубку и схватил бумагу, поднес ее к глазам. Вчитался. Мотнул головой, словно пытался отделаться от навязчивой мысли. Прочитал бумагу еще раз. И еще. И еще. Текст на ней не менялся. И это было… это было…

Судорожно втянув носом воздух, Роан расстегнул несколько верхних пуговиц, поскольку ему вдруг стало не хватать воздуха, и на ощупь принялся искать телефон по карманам. Взгляд его все так же не отрывался от бумаги. Он снова и снова читал текст, уже почти выучил его наизусть, но все никак не мог поверить своим глазам.

Номер Роан тоже набирал на ощупь. И длинные гудки в трубке слушал нетерпеливо.

— Слушаю, Гардов! — наконец отозвались на другом конце.

— Нем… — Шермер закашлялся. И кашлял долго, затем несколько минут восстанавливал дыхание. И когда это у него получилось, просипел в трубку. — Немедленно ко мне!

— Что случилось?

— Что б в течении получаса был в управлении!!

— Хорошо, — Егор явно встревожился, но спорить не стал. Все же понимал, что с начальством не спорят, даже если это начальство и сидело всего пару часов назад напротив тебя за обеденным столом.

А Роан, отключив телефон, еще раз пробежался глазами по документу, в надежде, что написанное там вдруг куда-то исчезнет. Но нет. Буквы продолжали складываться в слова, слова — в предложения. Только вот общий смысл этих слов и предложений все еще не совсем доходил до сознания Шермера.