Сиротский приют госпожи Демидовой (СИ) - Боброва Екатерина Александровна
— Ты-то? В камень? — хрипло хохотнул он. — Такое даже Демидовым не под силу. Лишь Хозяйка была бы на такое способна, существуй она.
— Неужели? — удивилась я. И мужчина начал медленно погружаться в камень. Порфирий тяжело задышал, но орать больше не стал. И только когда гранит дошел ему до колен, он не выдержал.
— Стой! — закричал, махая в воздухе руками и кланяясь, как клен под порывами ветра.
— Признаю, вещи я взял самовольно, — выдохнул он с ненавистью.
— Вот и замечательно, — кивнула я, ощущая, как за спиной стражем стала Вильгельмина с ее непременным зонтиком.
— На подавись, — снял мешок Порфирий, швырнул его не глядя за спину. Туда же отпихнул чемодан.
Я через силу улыбнулась, чувствуя, как напряжение отпускает, а вот гадливость остается, словно передо мной стоял не человек, а большая, пузырящаяся грязью и жутко воняющая лужа, об которую не хотелось испачкаться.
Вильгельмина разбудила спавшего в сторожке Ивана Кузьмича, и я попросила его съездить за урядником в волостной центр. Дальше судьбу Порфирия будет решать суд.
Иван Кузьмич вопросов задавать не стал. Видимо и без меня знал о том, что управляющий подворовывал. Оседлал коня и умчался в темноту ночи. А я отправилась в кабинет бывшего уже управляющего, чтобы проверить те самые учетные книги, которыми собиралась заняться утром.
Из-за того, что кому-то не спалось, и он решил сбежать под покровом ночи, не спать придется и мне.
Проснувшаяся Настя сделала мне чай и села помогать разбираться с цифрами. Пусть в пансионе нам не преподавали физику с геометрией, зато как проверять управляющего и разбираться со счетами нас учили очень хорошо.
Несколько раз я вынуждена была обращаться к Порфирию Ивановичу, и тот неохотно, но цедил ответы сквозь зубы. Дело медленно, но продвигалось. И я делала пометки там, где цифры не сходились. Картина вырисовывалась нерадостная. Недостача выходила рублей на двести в год.
Урядник с двумя полицейскими стражниками прибыл на тарантасе часа через два. При виде сидящего на крыльце управляющего, чьи ноги по колено были погружены в камень, самый молодой из них напрягся и даже схватился за кобуру. Но урядник, который, судя по возрасту, явно еще с моим отцом, а может и дедом встречался, лишь уточнил:
— Наследница Демидова?
Я кивнула.
И управляющему прилетела внушительная затрещина.
— Дурак, — сказал полицейский. — Она ж могла тебя и в камень превратить.
— Сказки все это, — буркнул тот, с досадой потирая затылок.
— Да я тебе этих сказок сколько хочешь порасскажу и покажу, — с намеком произнес мужчина и представился: — Урядник Степан Егорович Кокшаров.
— Доворовался Порфирка? — спросил он, доставая наручники, и те с хищным щелчком защелкнулись на запястьях мужчины. — Я твоему бате сколько раз говорил: пороть тебе надобно, а он все твою задницу зачем-то берег. Ну вот и доберегся… В Сибирь пойдешь. А правильно вы его, барышня. Пустая порода, а не человек.
Порфирий в ответ пробормотал что-то, явно ругательное.
— Мария Павловна, — представилась я.
— Очень приятно, Мария Павловна, — и он выжидательно посмотрел на крыльцо. — Мы сейчас вашего управляющего под руки подхватим, а вы его, будьте любезны, освободите, а то с камнем несподручно как-то. Тяжелый больно, а лошадь у нас не молодая.
— Да, конечно, — кивнула я.
Двое стражников подхватили управляющего под руки, а я мысленно обратилась к граниту, и тот нехотя, словно был рад принесенной ему жертве, ослабил хватку.
Порфирий, словно затычка из бочки, легко выскользнул из сапог, и стражники поволокли его к тарантасу.
— А сапоги? — заволновалась я.
— Да себе оставьте, — отмахнулся урядник. — Мы этому удальцу лапти в стане дадим.
Но я все же попыталась вытянуть хотя бы один сапог, только камень внезапно заупрямился и вцепился в них, словно пес в кость. Пришлось отступиться.
Степан Егорович зашел в дом и там, с благодарностью приняв от Насти чай, быстро составил опись того, что было в мешке и чемоданах управляющего. Опись оставил мне, вещи забрал с собой, обещаясь вскорости их вернуть в целостности и сохранности.
Дальше коляска покатила в сторону начинающегося наливаться серым восхода, оставив меня с тем чувством опустошенности, какое бывает после кражи, пусть и несостоявшейся.
Глава 12ч2
Ложиться спать было бессмысленно, и я занялась сборами. Следовало как можно скорее наведаться на гору Высокую и посетить Меднорудянский рудник. Точнее, не сам рудник, а старые, уже заброшенные шахты.
В каждой части Урала жили свои легенды о Хозяйке Медной горы. На юге она обитала в Гумешках, у нас — ее домом была Высокая. И забавно было слушать споры местных жителей о том, где все-таки ее дом. В итоге сходились на том, что дом у нее по всему Уралу, но больше всего ей по душе места богатые малахитом.
Я же сердцем чувствовала, что Огневушка на севере — ближе к Тагилу. Как раз там и стояла Высокая гора. А там, где Огневушка, там и Федька.
— Ой, барышня, куда ж это вы, — причитала Аксинья, собирая мне корзину с припасами. Я не знала, сколько придется провести в гостях, потому брала с запасом.
— Одна. В горы. Не к добру это…
— Нужно, Аксинья. Дар требует навестить Хозяйку. Не поклонюсь — житья нам не будет.
— Ох, страсти-то какие, — перекрестилась служанка и, понизив голос, словно Каменная дева могла ее подслушать, проговорила: — А ведь она женщин на дух не переносит. За мужиками охотится. Где какой симпатичный, да талантливый — к себе норовит заманить. У нее этот… — и она наморщила лоб, вспоминая восточное слово, — гарем из мастеров, во!
— Бесстыдница! — и она ловким движением прихлопнула поспевшую залететь в открытое окно муху.
— Ну вот видишь, — напряженно улыбнулась я, — мне и беспокоиться не о чем. Я для ее гарема не гожусь.
— Ваша правда, — вздохнула Аксинья, но сомнение во взгляде осталось. Знала бы она о том, что я не просто еду поклониться Каменной деве и принести дары, дабы была она милостива к дочери Демидова, но собираюсь забрать будущего Мастера из этого самого гарема… Обругала бы безмозглой дурой и полотенцем по спине, как ту самую муху…
Ночную суматоху Аксинья благополучно проспала. Сон ее был столь крепок, что мы шутили — вздумай ее жених украсть, не проснулась бы. И утром она приставала к каждому, жадно выпытывая подробности. Особенно ее восхищали оставшиеся на крыльце сапоги. Из камня едва торчала кожаная полоска, и сколько я ни билась — отнять обувку у камня не смогла.
— Пущай торчат, барышня, — уговаривала меня Аксинья. — Мы внутрь песочка засыплем — красота будет. Всяким супостатам предупреждение, чтоб не совались к нам.
И сапоги остались памятником жадности бывшего управляющего.
Вильгельмина решила, что я еду забрать Огневушку, которая вернулась в родные горы, и в ее взгляде читалось нетерпение. Немке хотелось поскорее приступить к исследованию фамильяра и порадовать отца, а вот Настя хмурилась, явно подозревая меня в утаивании истинной цели внезапного отъезда. По ее мнению я срывалась непонятно куда, еще и одна… Но большего я сказать ей не могла. Хозяйка не любила болтовни о себе.
Иван Кузьмич оседлал мне коня — норовистого жеребца по говорящей кличке «Буян». В этот раз в гости я собиралась верхом, а потому амазонка была приобретена заранее, как и собран откуп для Хозяйки.
Осталось лишь раздать указания, прежде чем отправиться в покрытое сверкающей росой солнечное утро…
— Настя, договоришься об уборке и попросишь подыскать рабочих для ремонта. Деньги оставляю с запасом. Аксинья, присмотрись к кухарке. Если готовит съедобно — берем. Кабинет управляющего не трогайте. Вернусь — сама еще раз проверю. Нам нужны доказательства его воровства. Фрау Вильгельмина, вас попрошу заняться доставкой наших вещей со станции. Коляска в поместье имеется. Пусть Кузьмич запряжет битюга. А я постараюсь к вечеру вернуться — нет, завтра утро.
Похожие книги на "Сиротский приют госпожи Демидовой (СИ)", Боброва Екатерина Александровна
Боброва Екатерина Александровна читать все книги автора по порядку
Боброва Екатерина Александровна - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.