Фаворитка (СИ) - Оленева Екатерина Александровна

— Хочешь сказать, что наказания несправедливы? Но если насильников, грабителей и прочих негодяев не казнить, она расплодятся как грибы после дождя. Разве не так?

— По-твоему, справедливо отрезать за прелюбодеяние член? — возмущённо выпалил Арик.

— Действительно жёстко, да, зато действенно. Наверняка многие перестали приставать к женщинам после такого.

Арик выразительно сплюнул, выражая своё отношение к происходящему:

— Ампутация частей тела не самое жуткое. Рассказывают историю, когда гвардейся принца вырезали и сожгли всю деревню.

— Неужели?

— Именно, — подтвердил Арик твёрдо. — Всего лишь за то, что крестьяне были непочтительны и повели себя с Мальдором дерзко.

— Что-то я сомневаюсь.

— Зуб даю!

Впрочем, зубы остались при Арике и слава Богу! Куда важнее оказались последующие слова:

— Вообрази: малые дети, пожилые женщины, больные старики — все сгорели.

— Кошмар, — согласилась Мара, всё ещё не спеша верить его словам, поэтому и не испытывая особого ужаса.

— Тех немногих, кто избежал гибели, — продолжал нагнетать Арик, — развесили на ветвях окрестных деревьев. Для примера остальным. Чтобы каждый знал, что его ожидает, если он осмелится пойти против принца Мальдора.

— Настоящая трагедия, — покачала головой Мара.

Рассказ способен был вызывать дрожь, если бы не крайности, которые казались неправдоподобными даже в таком жестоком мире.

— Народ боится Мальдора Драгонрайдера больше, чем короля. Принц часто вершит расправу без суда и следствия. Достаточно малейшего подозрения или лёгкого намёка на вину, и никто не станет долго разбираться: схватят и казнят до наступления рассвета. Никто не в безопасности, если принц поблизости. Люди избегают говорить о нём открыто.

Эти сведения походили на правду больше сказок о сожжённых деревнях.

Теперь и Мара припоминала рассказы о том, как принц Мальдор любил устраивать публичные казни, превращая их в спектакли. Он заставлял подельников или родственников преступников смотреть на пытки и не дай бой кому в толпе отвернуться или закрыть глаза! Кара могла коснуться и их. За сочувствие преступнику.

— Были случаи, когда обвинённые пытались бежать, но слуги принца неизменно настигали беглецов. Охотники эти упорством под стать своему господину, чужды жалости и не способны прощать промахи. Многие в городе потеряли близких из-за капризов принца.

Арик снова сплюнул с досады:

— Запомни мои слова, девчонка — держись подальше от принца и его приспешников, если жизнь дорога. Живи незаметно, пока судьба позволит.

— Постараюсь, — пообещала Мара.

Вечером путешественники прибыли в таверну «У старого дуба».

— Заходите, старые друзья! — радостно встретил их хозяин-толстяк. — Располагайтесь, отдыхайте!

Мара попросила показать ей комнату для отдыха.

Девушка-служанка провела её наверх. Комнатка оказалась скромной, но чистой: деревянная кровать с мягким тюфяком, столик с тазом для умывания и полотенцами. Глядя на это убожество, Мара смутно вспомнила блага прежней жизни: горячи душ, полки с кремами и лосьонами. В этом мире роскошью был и кусок мыла.

Спустя некоторое время она присоединилась к друзьям в общей зал таверны, чтобы насладиться теплом огня и душистым куском свежем хлеба.

Глава 6. Поэты и тираны

Спустившись, Мара погрузилась в тёплый гул голосов, мягкий свет масляный ламп, в ароматы жаренного мяса и хлеба.

В дальнем углу, среди колец табачного дыма, сидел молодой певец с лютней. Голос его то поднимался, то замирал, исполняя балладу о короле Тарвисе Первом и славном доме Драгонрайдеров:

Когда заря взойдёт над древним Аларисом

Свет коснётся престола величественного!

Помнят люди тех, кто ими управляет,

Тех, чья кровь достойна земли этой древней.

О! Могучие Драгонрайдеры!

Дети пламенных драконов, стремитесь вы к служению.

Зверь ваш — дракон, что парит высоко

Сердце ваше полно чести и долга.

Король мудрый, Тарвис Первый

Наш защитник, наш правитель великий,

Неприступен престол твой, остёр твой клинок,

Справедливость твоя крепка, как гранит.

Дом Драгонрайдеров, сверкай ярко!

Реют знамёна ваши горделиво!

Новый рассвет пришёл с королём нашим,

Верящим в силу и честь народа своего.

Восхвалим дом Драгонрайдеров!

Порядок несущих нашему миру.

Да живёт долго король наш любимый!

Правление его долго — да длится!

Баллада звучала негромко, словно фон, почти незаметный для гостей таверны.

За деревянными столами пировали посетители, держа в руках кружки с золотистым элем. Хозяин заведения, ловко управляя напитками и разговорами, успевал следить и за порядком.

В двери вошёл низкорослый мужчина средних лет, быстрый и вёрткий. Плутоватым взглядом окинул помещение, оценивая обстановку. Лёгкая улыбка заиграла на его лице, когда он уверенно двинулся сквозь толпу к пустующему столу.

Простая одежда скрывала его фигуру: потёртый кожаный жилет поверх просторной рубахи, плотные брюки и добротные сапоги. Несмотря на неброский вид, каждое его движение выдавало привычку находиться в центре внимания.

Мужчина положил небольшой мешочек на стол и удобно устроился напротив Мары, вытянув уставшие ноги вперёд. Его тёмные глаза остановились на стоящей поблизости кружке пива.

— Вечер добрый, добрый люди! — воскликнул он звонким голосом.

— Садись, дружище! Рады тебя видеть! Где пропадал столько времени? — раздались голоса.

— Ох, друзья мои! День выдался нелёгкий. Язык едва ворочается.

— У тебя?.. Да ты притворяешься! Уж знаем мы твою любовь к болтовне!

— Что сказать, болтаю я охотно — когда язык промочен.

— Эй, хозяин! Эля!..

Адора, супруга хозяина таверны, поспешила к гостю с полным кувшином вина:

— Неси побольше, дорогая Вот плата за напиток, — бросил ей монету гость. — А вот благодарность за работу, — мужчина игриво хлопнул женщину по бедру. получив в ответ сердитый взгляд.

— Ещё раз позволишь себе подобное — пожалеешь, — предупредила она.

— Девицы нынче совсем не умеют веселиться… Ладно, посмотрим, какие новости принесёт сегодняшний вечер. Старик Маркус вернулся в Роял-Гейтс? Будет интересно посмотреть представление. А ты, красавица, — обратился он к Маре, — случайно не из той самой группы?

— Случайно из неё, — засмеялась в ответ Мара.

— Меня зовут Калеон, — представился мужчину, протягивая руку. — А тебя?

— Мара Уотерс.

— Рад знакомству, Мара Уотерс. Выпьем?

Мужчины разом опустошили свои кружки.

— Так ты Калеон? — хлопнул по столу Арик. — Тот самый?..

— Кто такой «тот самый»?

— Один из?.. — Арик запнулся и его щёки залились румянцем.

— Ублюдков, ты хотел сказать? — язвительно заметил Калеон. — Ага. Тот самый.

— Нет, вовсе не то я имел в виду, — поспешил оправдаться Арик. — Просто слышал о тебе разное…

— Да кто ж не слышал о нашем Калеоне Серебряная Чаша? — добродушно похлопал друга по спине третий участник застолья.

— Я не слышала, — вмешалась Мара, поймав заинтересованный взгляд Арика.

Она слегка пожала плечами:

— Чем же ты так прославился, Калеон?

— Ну, я далеко не столь известен, как мой сводный брат, — хохотнул Калеон в ответ.

— А кто твой сводный брат?

— Его Величество Тарвис Первый.

— Король?.. — изумилась девушка.

— Тсс! — приложил палец к губам Калеон. — Потише, пожалуйста. Узнай кто-нибудь из сторонников Мальдора, и мне несдобровать.

— Почему? — недоуменно нахмурила брови Мара, пытливо разглядывая мужчину в поисках черт, роднящих его с королём-драконьим рыцарем.