Городские тени (СИ) - Колесова Наталья Валенидовна

- Мусор! – охарактеризовала она просмотренные сообщения. – Все просто ябедничают или сплетничают. Еще и строят фантастические теории…

- Фантастические?

- Как вам это? – Рэйчел отыскала нужные записки. – Бетси вступила в тайный масонский Орден, по приказу коего и принесла себя в жертву, дабы нарушить христианские заповеди. Или что ее заманили на ведьмин шабаш, а когда несчастная поняла, что ее дитя от дьявола… Уф! Или вот имя… - она покрутила в пальцах обрывок бумаги – похоже, его пытались сжечь. – Алоис… Кто таков? Если подозреваемый, то как его фамилия, приметы? Я что, должна ходить с ним как со знаменем и опрашивать всю школу? А может, это попросту мусор и попал сюда случайно?

- А я сразу говорила, - прогудела преподавательница ритмической гимнастики долговязая плечистая госпожа О Донелл, напоминающая переодетого в женское платье мужчину, - что все эти писульки бесполезны! Думаете, наши безмозглые девицы сумеют удержать хоть один серьезный секрет за зубами?

- Тш-ш-ш, - замахала на нее руками учительница Браун, - тише, тише, госпожа О Донелл! Вдруг кто-нибудь из учениц услышит!

- И что? – подбоченилась та. – Думаете, откроет для себя нечто новое? Я на своих занятиях регулярно и прямо так это и заявляю!

- Но все же, преподавателям не подобает…

Не ввязываясь в привычную перепалку, Рэйчел размышляла. Можно поспорить с учительницей ритмики и калистеники[2]: девицы вполне успешно умудряются хранить мелкие тайны и кое-какие нарушения школьных правил («не от всех», - несколько самодовольно прокомментировала она собственные мысли), но такое серьезное… Если какая-то девочка знает виновника, но продолжает упорно молчать, это означает только одно: он ей близок, возможно, даже член семьи… Хм, придется-таки составлять еще один список, от которого господин Тьер точно впадет в священный ужас!

Директор как причастной сообщил ей, что первый список «уже отработан»: видимо, это означает, что рыжий детектив побеседовал с каждым из «пунктов» и виновника среди них не нашел. При этом господин Тьер очень старался выглядеть огорченным, но втихомолку радовался, что вины школы в недосмотре за преподавателями и работниками не найдено.

Со вторым, будущим, списком инспектору придется куда труднее: попробуй-ка заставь отвечать на вопросы отпрысков аристократических или нуворишских семей! Даже если у полицейского – Рэйчел вспомнила характеристику, данную детективу лаэрдом Марлоу - «нет пиетета перед титулом и авторитетом»! Что ж, свою часть работы она все равно добросовестно выполнит: проштудирует книгу посещений, где каждый, будь то родственник или приглашенный, обязан оставить свое имя и цель визита в школу…

Время отхода ко сну уже наступило, когда Рэйчел возвращалась из классной комнаты в маленькую спальню во флигеле; задержавшись допоздна, она обычно ночевала в школе. Пламя прикрываемой ладонью свечи все равно колебалось под действием сквозняков, привольно гуляющих по старому зданию, то отбрасывая, то наоборот притягивая щупальца темноты ближе. В тусклом неверном свете казалось, что идешь не по до каждой трещинки изученным школьным коридорам, а по каким-то катакомбам или древнему замку, прибежищу лишь нетопырей и призраков. Брр! Рэйчел передернула плечами и строго напомнила себе, что совершенно не боится привидений - хотя бы потому, что те не причинят ей никакого вреда. Опасны лишь определенные вещи, предметы и существа, коих в ее жизни или окрестностях пока нет, и не предвидится.

Но все же когда перед дверью в спальню свеча особенно сильно затрепетала и внезапно погасла, а шеи под строгим узлом волос коснулось ледяное дыхание то ли ночного ветра… а то ли потусторонней сущности, преподавательница Джонс позволила себе застыть на месте и негромко вопросить:

- Элизабет Рэйн, это вы? - Можно ли почувствовать присутствие чего-то невидимого, неслышного, неощущаемого? В данный момент Рэйчел была готова поклясться, что да. И потому, стыдясь самой себя, шепнула в темноту: - Если вы здесь, дайте какой-нибудь знак!

Долгая минута тянулась в молчании и неподвижности. То ли привидение озадачил ее простой вопрос (видит Бог, бедняжка Бетси при жизни была изрядной тугодумкой!), то ли рациональная часть натуры учительницы все-таки взяла верх: больше никаких необычных ощущений и открытий не случилось. Рэйчел решительной рукой отворила дверь, но укрылась за ней с большим облегчением, в котором не стыдилась себе признаться. Что ж, все пережитое в последнюю неделю - гибель ученицы, визиты полиции, «пропажа» души самоубийцы, бессонные ночи - не могли не сказаться и на ее хладнокровном характере.

Каковым его Рэйчел искренне считала.

По большей части.

Иногда.

***

[1] Браун – коричневый.

[2] Калистеника – викторианская гимнастика для девушек, в основном, для рук и плеч.

Глава 7

Четыре девицы уставились испуганными глазами на не вовремя заглянувшую в их дортуар учительницу. Как же так?! Ведь они очень старались, чтобы никто не увидел, не услышал! Не застукал. Вовремя отошли ко сну. Переждали контрольный визит надзирательницы. Постарались не задремать до полуночи. Совершенно бесшумно перенесли столик меж двумя кроватями и водрузили на него все необходимое. Зажгли минимум свечей и тщательно задернули плотные портьеры, дабы ни один лучик не был заметен с улицы. Передвигались исключительно на цыпочках и разговаривали шепотом.

Однако же с первым полуночным боем часов, который традиционно разносился с холла первого этажа по всему зданию, в дверях спальни возникла окаянная мисс Джонс! Словно уже вызванный кем-то дух взамен тому, кого они только собирались призвать.

Стеклышки очков учительницы, а то и сами глаза за стеклами сверкнули, когда она окинула цепким взглядом необычную обстановку и безмолвно застывших в ней школьниц.

- О, Доска Уиджа[1]! – произнесла мисс Джонс как ни в чем не бывало. – Давненько я ее не видела.

И, шагнув в спальню, аккуратно и плотно закрыла за собой дверь. Школьницы следили за ее приближением, словно кролики за удавом. Лишь когда учительница аккуратно переставила пустующий стул и с «вы позволите?» присела рядом с вышеупомянутой доской, самая младшая жалобно пискнула:

- Госпожа Джонс, мы…

- Вижу, Алисия, что это вы, - дружелюбно отозвалась та. – Итак, кого же мы будем сегодня вызывать?

«Мы»?! Девушки растерянно переглянулись.

- Мисс Джонс, то есть вы не против спиритического сеанса? – осмелев, уточнила чернокудрая Джульетта. – А то викарий в своих наставлениях говорит, что вопрошание духов суть общение с дьяволом…

Мисс Джонс пожала плечами.

- Надеюсь, вы не собирались вызвать самого Сатану? Нет? Тогда не вижу ничего страшного в том, что мы чуть-чуть поболтаем с потусторонним миром. Только договоримся сразу: я вас не выдам, если вы меня не выдадите!

Про себя добавив крамольное: а что приходской священник не узнает, то его не расстроит!

Школьницы вновь нерешительно переглянулись. Рэйчел прекрасно понимала их (присутствие учительницы не только сковывало, но и лишало саму затею сладко-запретного вкуса), но отступать не собиралась – такой удачный случай подвернулся! Как вовремя она сюда заглянула! Особенно с учетом того, что намедни повстречалась (если встречалась) с духом Бетси Рэйн… Девушка потерла руки, осведомившись оживленно:

- Итак, какие у нас кандидатуры?

Вызванный знаменитый философ на все вопросы отвечал очень философски – то есть крайне возвышенно и непонятно – и быстро всем надоел. Со следующим, романтическим поэтом начала века, дело пошло веселее, но и конфузливее, ибо литератор оказался отчаянным сквернословом. Когда, обругавши всех подряд, он добрался даже до мисс Джонс, смутившиеся школьницы поспешно с ним распрощались.

Отсмеявшись – особо смешливым пришлось уткнуться лицом в подушку, дабы заглушить предательский хохот, заговорщицы вернулись к Доске Уиджа. Учительница взглянула на пристегнутые к кармашку жакета часы.