Хозяйка своей судьбы (СИ) - Богачева Виктория

— Войско герцога Блэкстона, — гневно раздувая ноздри, процедил король.

— Теперь это ваше войско, — тихо сказал Ричард. — Они готовы сложить оружие, если им будет даровано помилование.

Когда раздался неприятный взвизг, я не сразу поняла, что это, и лишь потом увидела, как король начал задыхаться от возмущения. Именно из его горла вырывались эти странные звуки.

— Помилование?! Помилование изменникам, предателям, подлецам?! Такой мир вы принесли мне, барон Стэнли? Быть может, мне вас ещё и наградить?! Как и их? За то, что превратили страну в лоскутное одеяло и вместе с моим братцем осмелились поднять оружие против законного правителя?!

— Лучшей наградой для меня будет ваша королевская милость, — отчеканил Ричард звенящим голосом и поднял голову, чтобы посмотреть Рейнольду II в глаза.

Тот продолжал бушевать и призывать проклятья на головы изменников. Но по-прежнему сохранялась надежда, что он не тронет Ричарда, поскольку ему нужен был мир. И не тронет меня, поскольку ему нужен был Ричард, чтобы этот мир заключить.

Глава 75

Изматывающая аудиенция в итоге не привела ни к чему. В какой-то момент мы словно наскучили королю, и он нас отпустил.

Что же, по крайней мере мы вернулись в свои покои, а не в темницу. Правда, нас по-прежнему держали в строгой изоляции, и даже оруженосца Эдрика не пускали к его сюзерену. Скромный ужин слуги подали в спальню.

Ричард, как и всегда, держал себя в руках, но по мельчайшим признакам я видела, что он тревожился. Что-то в поведении короля, которого он знал гораздо лучше, чем я, его настораживало.

— Напрасно мы поженились, — сказала я уже вечером, когда остатки трапезы были убраны из спальни, и мы готовились ко сну.

Я сидела на постели, натянув тёплое одеяло почти до подбородка, чтобы согреться. Ричард стоял у окна и всматривался в редкие огни ночной столицы. В разведённом камине негромко потрескивали дрова. Почти убаюкивающе...

— Не говори так, Элеонор, — мои слова заставили его круто развернуться, и тень от огня легла на его лицо, подчеркнула глубокие морщины на лбу.

С недовольством он покачал головой. Я же легко пожала плечами и тряхнула распущенными волосами, которые ещё немного отрасли и теперь спускались чуть ниже плеч.

— Но это так. Раньше король никак не мог тебя достать. А теперь появилась я... и это он ещё не знает о... — и я замолчала, выразительно посмотрела на свой живот, скрытый плотной ночной рубашкой и тёплым одеялом.

Хорошо, что и в замке, и снаружи было холодно, и можно было кутаться в несколько слоёв одежды, накидывать на плечи плащ, и запахивать его на груди, отчего любая, даже самая изящная фигура становилась похожей на шар.

— Он давит на тебя. Намеренно выставляет меня государственной преступницей, едва ли не хуже герцога Блэкстона. Потому что хочет показать, что держит тебя на крючке. Может, пообещать ему что-то? — продолжила я рассуждать вслух.

Жаль, что из своего времени я не помнила ничего толкового! А так могла бы поделиться с королём секретом пороха... Ах, если бы...

— Или расскажем правду о герцоге? — понизив голос до шепота, выдохнула я. — Пусть у него появится другой рычаг давления. Король будет думать, что держит нас в железной хватке.

В два шага Ричард пересёк комнату и опустился на кровать. Он ещё не переоделся ко сну и носил штаны и нижнюю полотняную рубаху с широким воротом. Сейчас он злился, и ткань натянулась на плечи. Заворожённым взглядом я проследила, как бугрились под ней мышцы.

— Не говори глупостей! — свирепо прошептал он. — Это даст ему ещё б о льший рычаг!

— Не рычи на меня, — спокойно сказала я. — Нужно что-то придумать, иначе за нас придумает он! Как отправить меня в обитель, а тебя — на плаху.

В глазах Ричарда мимолётно вспыхнул гнев. Но злился он не на меня. Сжав тяжёлые кулаки, он опустил их на покрывало и длинно выдохнул.

— Хорошо, — проскрежетал зубами. — Но я не хочу больше слышать от тебя, что напрасно мы поженились. Если бы я получил шанс прожить всё заново, я бы ничего не изменил, — горячо добавил Ричард.

— Я бы тоже, — я протянула ладонь и накрыла его кулак. — Что мы можем предложить королю? Ведь ты уже принёс ему мир.

— Не до конца... — хмыкнул Ричард. — Если он не пообещает помилование, они не сдадутся. Война продолжится.

— Но кто их тогда возглавит? И что будем делать мы?..

— Я не знаю. Без Блэкстона они обречены на поражение. Но если их всё равно казнят, то зачем сдаваться сейчас? Можно умереть в бою.

— И утащить с собой ещё многих других... — я покачала головой и нахмурилась.

Думай, — приказала себя. — Думай.

— А король знает? Об их разобщённости?

— Откуда бы ему? — Ричард внимательно посмотрел на меня. — Я никогда не писал о таких вещах, любое послание могло попасть не в те руки. Пусть даже мы использовали специальный язык. Вчера была наша первая встреча с ним.

Он кривовато усмехнулся, а у меня в голове словно зажглась лампочка. Я порывисто подвинулась к мужу и стиснула его руки в своих.

— А если ты завтра попросишь о личной встрече? Чтобы обсудить не мои грехи, а насущные вопросы. И скажешь, что войско Блэкстона готовится выступать на столицу, как только растает снег и схватится весенняя грязь?

— Я не хочу оставлять тебя здесь одну.

— Немного пренебрежения к жене показать не помешает, — я хмыкнула и увидела, как гнев вновь вспыхнул в глазах Ричарда. — Со мной едва ли что-то произойдёт. А вот ты сможешь вложить в голову короля толику сомнений.

Он стиснул челюсти, и под тёмной щетиной на скулах прокатились желваки.

— Ты единственный, кто может остановить эту войну. Ничего не изменилось. Пусть король об этом помнит. Даже хорошо, что он не давал тебе сегодня говорить, — я позволила себе лёгкую улыбку. — Ты молчал, а теперь завтра сможешь сказать всё так, как будет выгодно нам...

Кажется, моё лицо приняло слишком мечтательное выражение, потому что Ричард поднял на меня изумлённый взгляд.

— Откуда это в тебе, жена? — спросил он задумчиво. — Не раз уже размышлял об этом... порой ты плетёшь интриги не хуже, чем во дворце.

Я скромно потупилась.

— Научилась в обители, — сказала, в общем-то, правду. — Очень хотелось выжить.

Ричард хмыкнул. Почти теми же словами я объяснялась сегодня перед королём. Он поцеловал меня в лоб и встал, подошёл к кувшину с водой, чтобы умыть лицо перед сном, и я проследила за ним взглядом.

Во всём, что касалось меня, он был слишком прямолинеен и честен. Водил за нос Блэкстона, давно замышлял предательство, чтобы отомстить за жизнь сестры, а теперь боялся оставить меня во дворце, чтобы поговорить наедине с королём.

Я стала его слабостью. Непозволительной слабостью в это жестокое время, точкой давления, которую нащупал и Его Величество Рейнольд II.

Но утром Ричард поступил, как мы договорились. Слуге, принёсшему завтрак, он велел позвать главного распорядителя, а уже ему сказал, что желает встретиться с монархом в более узком кругу.

— Мне не нужны чужие уши, — цедил он через зубы, высокомерно смотря куда-то поверх головы распорядителя. — Вчера мы были окружены посторонними. Я не мог говорить о действительно значимых вещах.

Надо было видеть Ричарда в тот момент! Даже я, зная всю правду, прониклась до мурашек, что рассыпались по рукам и спине.

Кажется, проникся распорядитель, потому что не прошло и получаса, как он вернулся и увёл Ричарда одного.

— Вам не позволено покидать покои, — сказал мне, желая лишь ещё раз подчеркнуть этот запрет.

— Не будем же задерживаться, — нетерпеливо позвал его Ричард, даже не взглянув на меня. — Накануне мы уже потеряли время.

Об этом мы с ним тоже уговорились заранее. Дать понять, что, пусть мы и близки, пусть и поженились без благословения монарха, всё же на первом месте у барона Стэнли были дела государственной важности.

А уже после них шла супруга. Мятежная маркиза Равенхолл.