На вкус кайронианец оказался… приятным. Сладковатым, терпким, почему-то слегка фруктовым. И очень-очень большим. К моему счастью, Риан не был груб со мной. Он осторожно двигал бедрами, позволяя мне привыкнуть к его размерам, скользил между губ, по языку, мягко, но настойчиво упираясь в небо, в горло. Он явно сдерживался, и эта мысль странным образом успокаивала. Постепенно я расслабилась, начала дышать, полностью отдавшись потоку ощущений. А внизу Каэл сводил меня с ума, его язык нашел ту самую точку, от которой закипал мозг и начинали дрожать ноги. Я уже была на грани, мое тело напряглось, готовое взорваться, и в этот самый момент, когда я потеряла всякий контроль, Риан, почувствовав мое состояние, двинулся чуть резче, проскользнув в самое горло.
Непривычное, давящее ощущение, смесь легкого удушья и абсолютной порочности, подстегнуло меня, и я тут же кончила. Спазмы были такими сильными, что у меня потемнело в глазах.
Но даже это не заставило братьев остановиться. Как только одна волна наслаждения спадала, они начинали снова, сменяя друг друга, ведя меня от разрядки к разрядке, управляя моим желанием, как опытные дирижеры. В какой-то момент я уже просто лежала, размякшая, почти бессознательная, полностью превратившаяся в оголенный нерв. А Каэл и Риан безжалостно ласкали меня, приучая мое тело к их запаху, к их вкусу, к их властным, уверенным прикосновениям. Они довели меня до исступления еще несколько раз, и в конце я уже не кричала, а лишь беззвучно дрожала всем телом, почти теряя сознание, полностью опустошенная, выпитая ими досуха, и абсолютно невыразимо удовлетворенная.
Когда все закончилось, Каэл взял меня на руки и прижал к себе. Его кожа была горячей и влажной. Он завернул меня в свои объятия, и я уткнулась лицом в его грудь, слушая частый, еще не успокоившийся стук его сердца. Риан сел рядом, поглаживая мои спутанные, мокрые от пота волосы. В комнате стоял густой, сладковато-горький терпкий запах секса.
— Ты прекрасна, — негромко повторил Каэл, его голос был хриплым от недавней страсти. — А переживала, что мы тебе не подойдем, - усмехнулся он.
Сил возражать не было, поэтому я просто устало и расслабленно улыбнулась, принимая комплимент.
— Когда ты официально станешь нашей женой, — добавил Риан, и его пальцы продолжали свое гипнотическое движение по моей голове, — мы покажем тебе Зифирит. Тебе понравится здесь, Ирина. И никто не посмеет охотиться ни на тебя, ни на твоих питомцев. Ты будешь свободна здесь, с нами.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе возможность думать. Свобода . Это слово должно было прозвучать горькой насмешкой, но вопреки всему, в этот момент я была готова ему поверить. Что вообще такое свобода? Может, я просто всегда неправильно понимала значение этого понятия? Потому что сейчас, я чувствовала себя едва ли не свободнее, чем когда-либо в своей жизни, хотя мое тело только что полностью подчинялось их воле.
Мысли путались в голове, казались тяжелыми и липкими, но я зацепилась за одну из них и прошептала:
— Можно задать вопрос? – голос был сиплым, чужим. В пересохшем, сорванном от криков горле неприятно саднило.
— Конечно, — Каэл не отпускал меня, его объятия стали чуть плотнее. Риан заботливо достал со стола чашу и помог мне напиться. Я благодарно кивнула ему и уже увереннее поинтересовалась:
— Что вы сделали? Почему мои гипы испугались?
Глава 13
Братья переглянулись. В их взгляде на секунду мелькнуло сомнение, но потом Каэл едва заметно кивнул.
— Твои питомцы, — Каэл не отпускал мою талию, но его взгляд стал острым, аналитическим. — Что ты знаешь о тех, кто их создал?
Я замотала головой, пытаясь собрать мысли в кучу.
— Почти ничего. Я говорила, меня наняли как консультанта на время суда. Сторона обвинения сказала, что они - незаконные гибриды, нарушающие галактические конвенции, нестабильны и подлежат уничтожению. Я видела данные… но в основном это были сухие отчеты и заключения независимых подрядчиков из сферы генной инженерии об их искусственной природе. Собственные анализы проводить мне запретили.
Риан встал и отошел к окну, его обнаженное тело казалось еще более внушительным в этой новой, серьезной обстановке, литые мышцы перекатывались под смуглой кожей, придавая ему сходство с хищником.
— У нас возникли догадки относительно природы гипов, едва мы увидели их в твоем номере в отеле. Но сейчас мы уже вполне уверены.
— В чем? — на всякий случай спросила я. Разговор переставал мне нравится. Если братья что-то знали, почему сразу не сказали мне?
—То, что ты услышала, — перехватил инициативу Каэл, — это не просто рычание. Это язык… на котором наш народ говорит с тотемами.
У меня перехватило дыхание. Они же не собираются сказать, что Граш и Шими…
— Кто-то очень умный и очень рисковый, — продолжил Каэл, его голос стал жестким, — попытался искусственно воссоздать тотемов. Такие попытки уже бывали. И все проваливались. Но в этот раз…— он кивнул в сторону зверьков, все еще сидевших у стены и любопытно прислушивающихся к разговору, — эти другие. Кому-то удалось не просто воспроизвести похожий внешний вид, но саму суть нашей связи.
— Но я видела изображения тотемов! — возразила я, все еще не веря. — Тотемы огромные и выглядят совсем иначе!
— Они принимают свою окончательную форму только во взрослом возрасте, — менторским тоном пояснил Риан. — В детстве тотемы разные, некоторые почти такие же, как твои. Мелкие, иногда пушистые, беззащитные. Однако… Дело в том, что настоящие тотемы не совсем животные, они отчасти разумны. Выбирая своего партнера из нашего народа, тотемы формируют с ним связь на уровне мозговых волн, даже… души. И то, как твои гипы защищают тебя… это очень, очень похоже на то, как формируется связь. Правда, обычно это происходит в раннем возрасте. А ты взрослая землянка. Но и они выведены искусственно. Если все подтвердится… это беспрецедентно.
- И очень опасно, - качнул головой Каэл. – Кайронианцы держат тотемов в секрете не из желания казаться загадочными.
Мой мир перевернулся. Вся моя борьба, мой побег, мое отчаяние… все это оказалось частью чего-то невообразимо большего. Я не просто спасала двух милых зверушек от уничтожения. Сама того не ведая, я стала центром невероятного генетического эксперимента, который каким-то образом воссоздал сердце культуры Кайрона. Любопытство ученого быстро взяло верх над другими чувствами.
— Я должна увидеть других тотемов, — прошептала я, глядя на Шими, которая, уже успокоившись, флегматично намывала лапу. Они с Грашем выглядели такими… обычными.
Каэл и Риан снова переглянулись, и на этот раз в их глазах вспыхнул тот же интерес.
— Как только пройдет церемония, — серьезно кивнул Каэл. — Первым делом. Нам и самим не терпится ознакомиться с результатами изучения твоих питомцев, сравнить, проследить, какими они станут. Обычно, — он сделал паузу, подчеркивая нестандартность ситуации, — у одного кайронианца только один тотем. Один спутник на всю жизнь. А у тебя их сразу двое.
Я посмотрела на моих малышей, и сердце сжалось от странной, гордой нежности. Они были не просто моим спасением. Они были моей… судьбой? Нет, это звучало бы слишком грандиозно. Но они были чем-то бесконечно важным.
Вдруг в дверь в гостиную резко постучали. От неожиданности я вздрогнула. Это точно была не Элира, звук был слишком настойчивым.
Братья мгновенно подобрались. Каэл заботливо прикрыл меня пледом, лежавшим на спинке дивана.
— Войдите, — бросил Риан, его голос снова обрел стальные властные нотки.
Дверь приоткрылась. На пороге показался не мит, а один из стражей в темной униформе. Он почтительно склонил голову.
— Прошу прощения. Внизу ожидают галактические инспекторы и группа наемников из гильдии «Стальной Коготь». Требуют выдать, - он на мгновение замялся, но продолжил, - преступницу Ирину Вос и незаконные биообъекты. У них на руках ордер, санкционированный Советом по Биобезопасности.
