Протокол "Гхола": Пробуждение (СИ) - "Ivvin"

Глаза Альдена слегка закатились, губы беззвучно зашевелились, просчитывая вводные. — Вероятность успеха — менее двух процентов, — почти мгновенно выдал ментат. — Системы тепловых глушителей должны работать так, чтобы исключить любые утечки, иначе тепловой след засекли бы еще тысячи лет назад. Для наших тепловизоров стена с тайником и обычная стена будут выглядеть абсолютно идентично.

— Хорошо, отложим, — кивнул я. — Метод второй. Магнитно-резонансное сканирование и плотномеры. Тащим туда портативный георадар. Ищем скопления пластали, скрытые механизмы дверей за феркритом.

Альден снова погрузился в транс вычислений, но и на этот раз вышел из него с отрицательным покачиванием головы. — Снова мимо. Обратите внимание на архитектурный состав. Там всё из пластали и тяжелых сплавов. Стены армированы так, что выдержат ядерный удар. При наложении магнитно-резонансного поля наши радары просто ослепнут от обилия металла. Искать пласталевый сейф внутри пласталевой комнаты — всё равно что искать конкретную песчинку в дюне. Приборы выдадут сплошной красный спектр. Логика подсказывает, что мы не отличим скрытую переборку от обычной несущей балки.

— Тогда ультразвуковая томография, — не сдавался я. — Направленные акустические импульсы. Прижимаем излучатель к стене бункера, посылаем звуковую волну в породу и ловим эхо. Если за стеной пустота — волна отразится иначе, чем от сплошного камня.

На лице Альдена мелькнула тень сомнения.

— Метод классической дефектоскопии… — задумчиво произнес он, но тут же нахмурился. — Нет. Вы не учли ключевую переменную — Арракис. Вся внешняя архитектура здесь пронизана сейсмо-гасителями и акустическими демпферами. Древние строители вшивали в стены слои, поглощающие любую вибрацию, чтобы не привлекать песчаных червей. Эти же демпфирующие слои полностью поглотят наши ультразвуковые импульсы. Эхо не вернется к излучателю. База останется "глухой".

— Если мы не можем пробить их броню ни теплом, ни звуком, ни магнитами… — я скрестил руки на груди, заставляя свой мозг работать на пределе. — Значит, нам нужно искать не саму пустоту. Нам нужно искать то, что делает эту пустоту живой. Подумай, Альден. Если там есть скрытый архив до-Джихадовской эпохи или хранилище ценных технологий, оно не может быть абсолютно мертвым. Данные давно бы стерлись, а органика сгнила без стазис-полей. Что их питает?

Глаза ментата внезапно расширились.

— Энергия! — воскликнул Альден, воодушевленно щелкая пальцами. — Энергетический след! Старая Империя везде ставила долговечные атомные батареи. Независимые источники питания для секретных секторов. Даже если такой реактор перешел в глубокий спящий режим ожидания, он всё равно выделяет энергию, радиацию. Мизерное количество, но за тысячелетия она создаст аномалию. Даже если так искали раньше — то тогда экранирование вполне справлялось со своей задачей, а зачем опять искать там где уже всё проверяли и не раз?

— Сможешь перепрошить наши портативные сканеры на поиск такого резонанса? — спросил я, чувствуя, что мы нашли подходящее решение проблемы.

— Мне придется переписать алгоритмы фильтрации помех, чтобы отсечь уже существующий фон. И для каждой станции придется калибровать отдельно. — Альден уже работал на опережение. — Но да. Это возможно. Впрочем, с учетом фактора времени, другие типы защиты тоже могут дать сбой.

— Вот и проверим.

Я уже стягивал запыленный верх комбеза, когда в дверь коротко постучали. Я замер, прислушался. Знакомый ритм.

— Войди, Элара.

Она вошла, порывисто, стремительно, плотно закрыв за собой тяжелую гермодверь. На ней была обычная «рабочая» одежда, когда не надо выходить за пределы авнпоста.

— Оставлять меня так сильно мучаться от любопытства, Кейн… Это жестоко даже по твоим меркам, — начала она с порога, и в её голосе, обычно ровном, сейчас проскальзывали вибрирующие нотки. — Я не могла нормально работать в эти дни. Я думала только о твоих словах.

Я хмыкнул, добродушно, стараясь сбить градус напряжения. Взглянул на неё исподлобья.

— Значит, Леди Варос решила рискнуть?

Я не ждал ответа сразу. Пока она стояла у двери я, не торопясь, закончил стягивать верхнюю одежду. А затем… затем я начал обход комнаты. Это было автоматизмом. Глаза методично сканировали пространство. Сдвинутая на миллиметр пыль на полке? Чуть иначе лежащий кабель? Я проверял свою комнату регулярно, как и комнату Элары. С тех пор, как мы обосновались здесь. Я знал каждый сантиметр этого помещения.

Обход занял минуту. Чисто. Вентиляция шелестела штатно. Только после этого я повернулся к Эларе, которая всё это время молча, с пониманием наблюдала за моими действиями.

— Да. Я решила, — твердо ответила она, делая шаг вглубь комнаты. — Без тебя, Кейн, Дом Варос умер бы четыре года назад. Уж я-то знаю цену выживания. А опасность… опасность здесь повсюду. Это Арракис. Если твои секреты привлекут беду, что ж… уйдем в глубокие пески. Пропадем в пустыне, пусть ищут ветра в дюнах. Не в первый раз.

Я улыбнулся, на этот раз искренне. Её решимость стоила дорогого.

— Даже если это, например, страшные секреты Бене Гессерит?

Элара удивленно вскинула брови. В её глазах мелькнул азартный огонек, смешанный с настороженностью.

— О-о-о… — протянула она, и в её голосе появилось еще больше любопытства. — Это… это делает историю ещё интереснее. И опаснее. Откуда только ты можешь их знать? Как ты там говорил — просто знаю?

Я подошел к кровати и сел на край. Тяжело вздохнул.

— Именно. Считай это моим проклятием или даром. Но есть нюанс. Гарантии, что всё, что я знаю — правда хотя бы близко, нет. Мои информация оказалась не идеальна. Ошибки уже есть, и они значимые. Но основы, остались прежними.

Я замолчал, подбирая слова, чтобы начать этот сложный разговор.

— Но начнем по порядку. Когда ты училась в школе Бене Гессерит, какие мифы или истории ты о них слышала? Что рассказывали послушницам шепотом, когда наставницы не слышали?

Элара задумчиво прикусила губу, вспоминая годы обучения. Она подошла и села в кресло напротив меня.

— Мифы? Да разные. Бене Гессерит окутаны тайнами. Еще до обучения слышала, что они ведьмы, могут управлять другими людьми с помощью своего Голоса. Это оказалось не мифом, я сама это видела. — Она сделала паузу, глядя в пустоту. — Слышала миф, что Преподобные Матери помнят всю свою жизнь, до мельчайших деталей. А что?

Я усмехнулся.

— Просто это не совсем миф, Элара. И Бене Гессерит, некоторые из них, действительно помнят всю жизнь. Только не свою. А вернее, не только свою.

Она резко вскинула голову, впиваясь в меня взглядом.

— Что ты имеешь в виду?

— Об этом не говорят, но те, кто выживают после опаснейшего, смертельного ритуала пробуждают в себе Память. Другую Память. Они получают доступ к памяти всех своих предков по женской линии. Миллионы жизней, миллионы голосов, от начала времен. Они становятся носителями истории своего рода.

Элара застыла в кресле. Её лицо побледнело.

— Это… это… — прошептала она. — Это чудовищно. Как они не теряют себя в миллионах голосов?

— Кто знает? И с этим связан еще один их термин. Мерзость.

Слово повисло в воздухе, тяжелое и зловещее.

— Мерзость — это та, кто по какой-то причине после пробуждения Другой Памяти не справилась с напором предков. Её собственная личность оказалась слабой. Её эго было подавлено, разорвано и заменено на личность кого-то из памяти. Сильного, древнего, злобного предка. Она становится одержимой. Мерзостью. Угрозой для Ордена и всего человечества. Такой объект подлежит немедленному, жестокому уничтожению. Без суда и следствия.

Элара молчала долго. Она переваривала услышанное, сопоставляла факты. А потом она подняла на меня глаза. В них не было страха.

— Как ты, — сказала она. Это не был вопрос. Это было утверждение. Утверждение факта, который она только что приняла.

Я кивнул.

— Именно. Только у меня есть нюанс, который делает ситуацию ещё абсурднее. У меня нет личностей миллионов предков. Нет хора голосов, разрывающих разум. А только одна. Одна посторонняя личность, заместившая прежнюю. Но… — Я криво усмехнулся. — Как ты думаешь, Элара? Бене Гессерит, когда узнают мою историю, будут выяснять такие нюансы? «О, у него всего одна посторонняя личность? Ну, тогда ладно, пусть живет». Нет. Вердикт будет однозначным. Гхола-Мерзость… уничтожить на месте. Изжечь ересь.